Вплоть до начала 20 в. и окончательного оформления Нидерландской Ост-Индии, как именовалась огромная голландская колония, непосредственная предшественница сегодняшней Индонезии, не существовало единой государственной структуры, которая охватывала бы территорию всего архипелага. На протяжении всей истории на этих многочисленных островах располагалось великое множество всевозможных княжеств и королевств. Не существовало и людей, которых можно было бы с полным основанием назвать индонезийцами. Правильнее утверждать, что на островах проживали малайцы, яванцы, балийцы, бугисы и сотни других обособленных этнических и родовых групп.

Ранние королевства. О раннем периоде истории региона мы знаем в основном из рассказов побывавших на архипелаге китайских купцов. До 600 на Яве и Суматре уже существовало несколько королевств. Эти ранние государства были индуистскими и буддийскими, что, вероятно, объяснялось стремлением возглавлявших их местных правителей сравняться по мощи и великолепию с индийскими монархами, о которых им было известно от торговцев. С принятием индуизма (или буддизма) местные вожди получали право на совершение торжественных обрядов, превращавших их в богоподобные существа. Возможно, именно эти правители пригласили к себе индийских брахманов; они же собирали книги на санскрите, рассказывавшие об индийской религии и политике. Во всяком случае, в более поздние века находится вполне достаточно подтверждений того, что верхушка общества на Яве и других островах достаточно хорошо знала санскрит и была знакома с индийской литературой. За исключением королевской семьи и круга придворных, мало кто из населявших эти земли людей разбирался в индуизме и буддизме. Поэтому можно предположить, что основной религией простого народа был анимизм - вера в существование духов. Хотя ранние королевства, расположенные на островах Малайского архипелага, получали определенный доход от торговли, основой их экономики было все же культивирование на заливных полях риса-падди. Такой рис приносит отличные сборы, а при условии хорошего водоснабжения высокая урожайность может поддерживаться на одних и тех же землях в течение столетий. Так, в центральной части острова Ява имеются рисовые чеки, которые постоянно возделываются вот уже около 2 тыс. лет. Для выращивания риса требуется постоянный полив, а это предполагает наличие оседлого населения и определенной социально-политической структуры для отпуска и регулирования потребления воды. Важность Малайского архипелага для международной торговли была обусловлена его географическим положением. Еще в древние времена обширная сеть морских торговых путей Азии протянулась из Китая через Юго-Восточную Азию в Индию и далее в страны Среднего Востока. Некоторые торговые маршруты достигали Рима. Основная часть товаров, следовавших через Юго-Восточную Азию, доставлялась морским путем через Малаккский пролив. Контролировать эту трассу можно было с соседних Суматры и Явы, а также с полуострова Малакка. Как раз на этих территориях и возникли вскоре несколько торговых королевств.

Королевство Шривиджайя. В 7 в. королевство Шривиджайя, центр которого находился возле нынешнего города Палембанг на Суматре, сумело распространить свое влияние на весь этот остров и на полуостров Малакка и, таким образом, взять под контроль Малаккский пролив. Путем подкупа, политических манипуляций и карательных экспедиций все прочие приморские государства были подчинены или разгромлены, и теперь Китай мог вести торговлю только с королевством Шривиджайя. Теперь через это королевство проходили драгоценные камни, благородные металлы, ароматное дерево и даже африканские львы, а также местная продукция - рис и бензойная смола. При этом Шривиджайя оставалась буддийским королевством, чье религиозное значение было настолько велико, что паломники из Китая на своем долгом пути в Индию непременно задерживались здесь на несколько лет для изучения священных буддийских рукописей и монашеского устава. Могущество королевства Шривиджайя обеспечивалось его военным флотом, который доминировал на местных морских путях и жестоко наказывал непослушных вассалов. Купцы обязаны были уплатить установленную королем особую пошлину за проход через пролив. Размеры богатства и сила королевства постоянно менялись в зависимости от условий торговли и мощи его врагов. Тем не менее традиционный статус этого королевства в качестве главной портовой державы в Малаккском проливе, господствующем над торговыми путями, и короля как единого местного верховного правителя сохранялся не одно столетие. В 14 в. королевство Шривиджайя было разрушено яванцами, однако королевская семья и торговцы, перебравшись через пролив на полуостров Малакка, примерно в 1400 основали там портовый город Малакка. Постепенно Шривиджайя - одна из величайших торговых империй Азии - была столь основательно забыта, что лишь в 20 в. специалистам удалось воссоздать историю ее развития.

Королевство Матарам. К востоку от Суматры на о.Ява примерно в 8 в. образовалось другое мощное государство - королевство Матарам. Оно возникло на землях равнин Кеду в центральной Яве, в одном из самых благодатных для рисоводства районов на всем архипелаге. Своего максимального могущества королевство Матарам достигло в 9 в. Создавшая его королевская буддийская династия выбрала себе имя Шайлендра (санскр. "короли гор"). В отличие от своих современников королей Шривиджайи, правители королевства Матарам оставили после себя множество буддийских храмов. Из них наиболее известен Боробудур, построенный примерно в 800. Это огромное, напоминающее гору сооружение украшают бесчисленные барельефы, которые изображают жизненный путь Будды. В 856 правление династии Шайлендра в королевстве Матарам было прервано соперничавшей с ней династией, представители которой оказались почитателями индуистского бога Шивы. Именно они построили храмовый комплекс Прамбанан, находящийся на небольшом расстоянии к востоку от Джокьякарты. Здесь, по обе стороны от возвышающейся центральной башни храма Шивы, расположились два храма, построенные в честь индуистских богов Брахмы и Вишну. Украшающие строения каменные барельефы изображают сцены из эпоса Рамаяна.

Королевство Восточной Явы и Бали. В 10 в. очаг политической власти на Яве начал смещаться из центральной в восточную часть острова. От того времени сохранились многие сотни каменных и медных табличек с надписями, в основном на старом яванском языке. До наших дней дошли также несколько классических литературных произведений, включая индийские эпосы Бхаратаюддха и Рамаяна в адаптированном переводе на древний яванский. Империя Маджапахит, крупнейшее из восточнояванских государств, достигла зенита своего могущества в 14 в. Ее центр располагался в плодородной долине р.Брантас, в окружении богатых сельскохозяйственных земель. Владея устьем этой реки и обладая портами северного побережья (среди которых выделялся Тубан), империя была вовлечена в активную торговую деятельность, в том числе международную. В те времена территория государства Маджапахит простиралась от Молуккских островов до Малайи. В его пределах исповедовался одновременно и индуизм, и буддизм, а некоторые из монархов носили даже имя Шива-Будда, что должно было обозначать соединение двух религий. На Бали королевства начали появляться примерно в 10 в. Королевские династии этого острова и восточной Явы оказались тесно связаны между собой династическими браками и завоевательными походами. Поэтому по традиции, традицией, после происшедшего примерно в 1500 краха империи Маджапахит, многие аристократы перебрались на Бали. Именно от этих беженцев ведет свою родословную нынешняя элита Бали - единственного в Индонезии крупного очага древней индуистской культуры.

Распространение ислама. Хотя мусульманские купцы столетиями вели торговлю на архипелаге, ислам стал утверждаться среди обитателей Индонезии лишь в 13 в. К концу этого столетия новая религия была принята правящей элитой государства Ачех на северной оконечности Суматры, а в начале 15 в. также и малайским правителем Малакки (Мелаки). Вскоре Малакка превратилась в центр ислама. В 14 и 15 вв. ислам распространяется на территорию Явы. Хотя в 1580-х годах при индуистско-буддийском дворе империи Маджапахит (восточная часть острова) были обратившиеся в мусульманство аристократы, оно стало наиболее массовой религией среди жителей северного побережья Явы, активно занимавшихся торговлей. Связанные с Малаккой яванские купцы-мусульмане доминировали в торговле, которая велась в области восточнее Явы, достигая Молуккских островов и даже южных островов Филиппинского архипелага. Благодаря им ислам продвинулся еще дальше на восток. Система международной торговли сыграла важную роль в распространении ислама в Юго-Восточной Азии. К 14-15 вв. почти вся эта система, от Средиземноморья до Индии, находилась в руках мусульман. Впрочем, проникшее на острова мусульманство значительно отличалось от строгой и непреклонной веры его первых арабских последователей. При своем продвижении из Аравии на восток, через Персию и Индию, первоначальное учение пророка Мухаммеда постепенно насыщалось верованиями этих древних земель, и впоследствии именно в Юго-Восточной Азии стал преобладать т.н. "мифический ислам". На Яве эта форма ислама дополнилась индуистскими и буддийскими идеями, а также культом предков. Специальные выражения, использовавшиеся при отправлении обрядов в честь бога Шивы, применялись теперь при поклонении Аллаху. Ява была одной из тех немногих мусульманских территорий, где даже архитектура мечетей оказалась по-своему уникальной: характерные для индуистских храмов многоярусные крыши и дверные проемы делали эти постройки мало похожими на культовые сооружения Среднего Востока с их изящными арками и луковичными куполами. Примерно к 1500 ислам приняла большая часть королевств архипелага. Великая яванская империя Маджапахит пала под натиском султаната Демак (с центром в одноименном торговом порту на северном побережье острова), чьи мусульманские правители вопреки своей религиозной принадлежности утверждали, что ведут происхождение от прежних индуистско-буддийских королей. Наступлению ислама не поддался лишь остров Бали. Самая обширная в то время в мире территориальная система международных торговых связей, простиравшаяся от Средиземного моря до Молуккских островов, оказалась под контролем мусульман.

Появление европейцев. С 16 в. европейцы становятся активными участниками событий в Индонезии. По меркам Азии, а в особенности Китая, в те далекие времена Европа была весьма примитивным обществом - неструктурированным, бедным и отсталым. Однако соотношение сил постепенно менялось. Примерно к 1500 европейцы много узнали - более всего от арабов - о морском деле. Они значительно продвинулись в кораблестроении и навигации и теперь могли плавать в открытом море. Наконец, достижения в артиллерийском деле открывали перед ними возможность использовать военную силу. Гвоздика и мускатный орех, наиболее ценные из пряностей, поступали с нескольких малых восточноиндонезийских островов - Банда, Амбона, Тернате, Тидоре и Серама, входящих в состав Молуккского архипелага. В 15 в. яванские купцы доставляли этот важный груз в Малакку, откуда везли его через Индийский океан, Персидский залив и Средиземное море в Венецию.

Португальцы. Португальцы первыми из европейцев проложили путь к Молуккским островам ("Островам пряностей"). Направляясь на восток, они обогнули Африку и прибыли в Индию, откуда направились дальше через Индийский океан. В 1511 они достигли Малакки, важнейшего центра торговли во всей Юго-Восточной Азии, и с ходу захватили его. К началу 1520-х годов они разместили на Молуккских островах сторожевое охранение, что положило конец мусульманской монополии на торговлю пряностями. Взятием Малакки и разрушением главного порта в проливе португальцы дезорганизовали работу местной торговой сети. В связи с этим сразу несколько новых приморских городов стали претендовать на ту центральную роль, которую прежде играла Малакка. Мощные торговые государства появились на северном побережье Явы, на южном берегу Борнео (ныне Калимантан), в районе Бантама на западе Явы, на южной оконечности полуострова Малакка (Джохор) и в области Ачех. Предприимчивые местные производители пряностей вскоре стали тайно переводить свою деятельность на другие острова, а торговые агенты португальцев, нарушая договора, вели свои собственные торговые операции. В дополнение ко всему местные правители довольно быстро переняли европейский опыт в орудийном деле и судовождении. В силу необходимости португальцы приобщились к местной системе временных союзов, при которой здешние мусульманские государства с равным успехом могли оказаться и врагами, и союзниками. Ко второй половине 16 в. суда со смешанными командами из португальских и местных матросов содержались совместно Португалией и ее деловыми партнерами в регионе. Уже через короткое время португальцы стали частью политических и торговых структур архипелага. Со временем на островах даже укоренились некоторые элементы португальской культуры, включая романтические песни-баллады кронконг, исполняемые под гитару, и некоторые обряды и танцы, которые по-прежнему популярны в восточной части архипелага. Более того, еще в начале 19 в. при обсуждении деловых проблем наряду с малайским языком по-прежнему использовался португальский. Местные языки, а впоследствии и современный индонезийский включили в свой словарь немало португальских слов, служивших для обозначения вещей, которые были привезены сюда португальцами или использовались ими в быту - например "туфли", "рубашки", "столы".

Появление голландцев. В конце 16 в. свою дорогу к индонезийскому архипелагу нашли представители севера Европы. Так, британская Ост-Индская компания, созданная в 1600, обосновалась в Бантане (на западном побережье Явы), который стал главным портом по вывозу перца. Однако гораздо более ощутимым оказалось присутствие голландцев. За первой экспедицией, которая продолжалась с 1595 по 1597 и принесла известия о возможности получения баснословных прибылей, последовал ряд других, конкурирующих между собой экспедиций из Голландии. В 1602 это соперничество завершилось созданием совместной нидерландской Ост-Индской компании.

Голландии не потребовалось значительных усилий, чтобы удалить с Молуккских островов португальцев, однако вытеснить англичан удалось лишь после кровопролитных столкновений. Проводя суровую политику, необходимую для установления и поддержания торговой монополии (аналогичную той, к которой стремились португальцы), нидерландская Ост-Индская компания использовала военно-морские силы страны. Флотилии военных судов ежегодно совершали инспекционные проверки Молуккских островов, уничтожая все незаконные посадки пряностей. Печально известен случай, когда в 1621 в процессе борьбы с такими нарушениями было уничтожено едва ли не все население острова Банда. Штаб-квартирой голландцы выбрали не Малакку, а портовый город в западной части Явы, который назывался Джаякарта, или Джакарта. В 1619 город был захвачен войсками, которыми командовал генерал-губернатор колонии Ян Питерсзон Кун, и переименован в Батавию.

Интервенция нидерландской Ост-Индской компании. Компания была заинтересована прежде всего в прибыльной торговле, однако интересы безопасности города Батавия требовали, чтобы на западе Явы сохранялась более или менее спокойная обстановка. Население города нуждалось в постоянном поступлении риса с востока Явы, а успешная торговля предполагала наличие прочных деловых отношений с портами на северном берегу острова и с королевствами в его внутренних районах. Вот почему Компания оказалась вовлечена в столь нежелательные для нее локальные конфликты и, перестав быть лишь просто купеческим предприятием, превратилась в конечном итоге в орган власти. На Яве голландцам противостоял серьезный противник. Незадолго до этого к власти в королевстве Матарам в центре Явы пришла новая династия. С 1613 по 1645 Матарамом правил султан Агунг, самый могущественный яванский монарх со времен расцвета империи Маджапахит в 14 в. В 1628-1629 армия Агунга осаждала Батавию, хотя и не сумела захватить город. На западе Явы голландцам приходилось иметь дело с султанатом Бантам, который был расположен значительно ближе к Батавии, а потому представлял опасность. Впрочем, к началу 1670-х годов двор султана переживал раскол, и одна из соперничавших группировок, подыскивая союзников, обратилась к нидерландской Ост-Индской компании за помощью. Голландцы оказали необходимое содействие, и в ответ Компания получила исключительные торговые права на территории султаната. В 1880-х годах султанат Бантам оказался под столь сильным влиянием голландцев, что утратил самостоятельную роль в торговых и политических делах региона. Еще одним результатом доминирующего положения голландцев в султанате стало изгнание из него британских торговцев, которые перебрались на юг Суматры. Нарастающие противоречия наблюдались также в центральнояванской империи Матарам. Султан Матарама Агунг, умерший в конце 1645, был сменен на троне его сыном Амангкуратом I (1646-1677) - весьма жестоким правителем, расстроившим отношения с нидерландской Ост-Индской компанией. В результате усилилась оппозиция ему со стороны князей, местных аристократов и особенно торговцев северного побережья, которым было гораздо интереснее торговать с европейцами, чем платить непомерные налоги султану. В 1675 на Яве вспыхнуло крупное восстание, а в 1677 в ситуацию вмешались голландцы. Они сместили узурпатора с трона Матарама, а после его смерти объявили законным наследником престола его сына, считая это путем к установлению политической стабильности в государстве и активизации прибыльной торговли. Всячески поддерживаемый Компанией, Амангкурат II (1677-1703) создал новый двор в Картасуре, неподалеку от нынешнего города Суракарта. В обмен на оказанное ему содействие Амангкурат II предоставил голландцам контроль над торговыми операциями и доходами нескольких морских портов на северном побережье, монополию на импорт опиума и тканей, а также передал им во владение нагорье Прианган к югу от Батавии. На контролируемых территориях голландцы получали доход благодаря системе принудительных культур, в соответствии с которыми местные чиновники должны были изымать у крестьян и передавать голландцам различные ценные продукты, такие как рис, древесина и пр. К концу 17 в. Компания организовала выращивание кофейных деревьев на землях нагорья Прианган. Однако в центральной части острова вмешательство голландцев лишь продлило состояние политического кризиса. В период существования двора в Картасуре (1680-1743) и вплоть до 1757 на острове постоянно вспыхивали вооруженные волнения и мятежи. Восставшие яванцы отказались признавать законность посаженных на трон голландцами королей, которым в 1686 и 1741 пришлось вместе со своими дворами находиться под охраной предоставленных нидерландской Ост-Индской компанией гарнизонов. Тем не менее голландцы упорно продолжали направлять войска в центральную Яву для поддержания власти слабых местных правителей, которые расплачивались с ними все новыми и новыми территориями. В 1746 голландцы получили в аренду все северное побережье Явы. В 1749 умирающий правитель подписал договор, в соответствии с которым Компания получила суверенитет над всей территорией королевства Матарам. Однако к тому времени у оказавшейся в долгах Компании уже не было ни намерения, ни возможности самостоятельно наводить порядок в центральной части Явы, где продолжали кипеть страсти. Голландцы попытались стабилизировать положение в регионе возведением на престол формально независимых и дружественно настроенных монархов. С этой целью они в 1755 убедили короля Суракарты (чей двор обосновался в Картасуре в 1745) уступить половину своих владений султану Джокьякарты - Хаменгкубувану I (1749-1792). Таким образом, эта часть Явы оказалась поделена на два королевства: на Джокьякарту и Суракарту. Оба княжества, как именовали их голландцы, стали союзниками Компании и сохранились поныне в качестве особых административных единиц в составе Республики Индонезия. В 1757 часть территории Суракарты получил другой мятежник - князь Мангкунегара I (1757-1796), чьи потомки стали независимыми наследными князьями под покровительством голландцев. Во второй половине 18 в. нидерландская Ост-Индская компания все более разорялась, и, наконец, была объявлена банкротом в 1799. Все ее долги и все имущество перешли к правительству Нидерландов. Наблюдая это постепенное угасание компании, яванские монархи все чаще приходили к мысли, что голландцы не так уж сильны и не представляют угрозы для их королевств. Тем не менее местные властители были рады подобным союзникам, поскольку голландцы продолжали платить за аренду северной приморской полосы острова и одаривали их дорогими вещами, такими, как золоченые кареты, персидские скакуны и тонкие ткани. Как показали последующие события, это представление о соотношении сил было глубоко наивным. Тем не менее нежелание голландцев вмешиваться во внутренние дела королевств (за исключением случаев, когда речь шла о торговых интересах) привело к тому, что многие структуры яванского общества в этот период существенно не изменились. На Молуккских островах голландцы действовали решительно; так, в 1666-1669 их отряды завладели Макасаром (ныне г.Уджунгпанданг), который мешал Компании добиться превосходства на море у берегов расположенных далее к востоку островов. В большинстве случаев местные королевства продолжали завоевывать или терять свои территории безо всякого участия в этом процессе голландцев. Так, султанат Ачех достиг пика своего могущества в период правления султана Искандара Муды (1607-1636), чье влияние распространялось на всю Суматру и на расположенный по другую сторону Малаккского пролива полуостров Малакку. Жившие на берегах Макасарского пролива бугисы в 18 в. бороздили воды архипелага и завоевывали влияние при малайском дворе в султанате Джохор. Начиная с 16 в. балийцы вторгались на соседний остров Ломбок.

Период междуцарствия. В начале 19 в. Нидерланды оказались под властью Наполеона, и уже в 1808 голландец маршал Г. В. Данделс был направлен на Яву в качестве нового губернатора колонии. Находясь под сильным влиянием либеральных принципов Великой французской революции, Данделс верил, что европейцы имеют полное право навязывать неевропейцам свои представления о справедливости и хорошем управлении. Он решил, что с договором 1749 не согласуется положение, при котором губернатор Батавии обязан ежегодно выплачивать яванским королям некую сумму за контроль над побережьем, а потому отменил все подобные выплаты. Кроме того, он построил военные дороги через весь остров, создав возможность быстрой и массовой переброски войск по суше. Все эти действия Данделса встретили оппозицию со стороны яванской аристократии, а кульминацией противостояния стало смещение им в 1811 с трона в Джокьякарте султана Хаменгкубуваны II. Впрочем, в том же году администрация Наполеона была изгнана с Явы прибывшими из Индии британскими экспедиционными войсками. Великобритания как враг Наполеона была уполномочена королевским домом Нидерландов (укрывшимся на Британских островах) обеспечить "защиту" Явы от французского императора. После взятия Явы англичанами управление островом доверили сэру Стамфорду Рафлзу. Планы нового губернатора по обустройству Явы напоминали идеи Данделса, однако, в отличие от последнего, за ним стояла мощь британских вооруженных сил. Прежде всего Рафлз задумал изменить местную систему административного управления, отобрав реальную власть на острове у традиционного правящего класса. Как он надеялся, непосредственный контакт между европейской администрацией и яванскими крестьянами постепенно превратит остров в огромный рынок сбыта британских промышленных товаров. Рафлз попытался заменить систему принудительных поставок экспортных сельскохозяйственных продуктов системой свободного предпринимательства, а также принял меры по введению новой структуры налогообложения на основе земельной ренты. В последующие 5 лет (1811-1816) британской администрации фактически мало что удалось осуществить из этих грандиозных планов. Тем не менее идея Рафлза относительно внедрения денежного земельного налога была позднее использована голландцами. Новая колониальная эпоха. Наполеон потерпел окончательное поражение в 1815, а уже в 1816, вопреки надеждам Рафлза, англичане возвратили Яву голландцам. Новый курс Рафлза и Данделса на изменение подхода европейцев к делам Явы был отставлен, и началась подготовка к введению на острове типично колониальной системы под строгим европейским контролем. На этот раз благодаря углублявшейся индустриализации европейцы располагали более совершенными производительными силами, что и позволило им с течением времени взять под свой контроль весь архипелаг.

Яванское восстание. Вскоре после своего возвращения на Яву голландцам пришлось иметь дело с очередным выражением протеста против их присутствия на острове. Речь идет о Яванском восстании (1825-1830), руководителем которого был Дипонегоро, происходивший из султанского рода Джокьякарты. Он верил, что тем самым выполняет священную миссию освобождения своей страны от иностранного правления и что это ознаменует новую эру ислама. В 1830, после продолжительной партизанской войны, отряды Дипонегоро были разбиты, а сам он сослан на север острова Сулавеси. С подавлением восстания все местные правители и князья заключили мир с колониальным режимом. Вне своих владений они получили право служить в качестве провинциальных и местных чиновников под руководством вышестоящих голландских администраторов.

Система принудительных культур. К 1830 казна колонии опустела. Для увеличения доходов новый голландский губернатор колонии Иоханнес ван ден Босх ввел так называемую систему принудительных культур. Все живущие на острове земледельцы, кроме иностранных подданных, должны были выделить часть обрабатываемой площади для таких экспортных культур, как индигоносные растения, сахарный тростник и кофейное дерево. Подобное усовершенствование прежней системы обязательных поставок вызвало ряд экономических перемен на Яве. В частности, начал увеличиваться объем находящихся в обращении денежных средств, местные аристократы-чиновники и китайские торговцы стали более активно заниматься сбором, обработкой и доставкой голландцам всех этих видов аграрной продукции. Доходы колонии возросли до необычайных размеров. В 1870 система принудительных культур была отменена в отношении всех продуктов, за исключением кофе. Вслед за этим начался быстрый рост частных инвестиций в экономику острова, мощным стимулом для которых стало открытие Суэцкого канала в 1869.

Территориальная экспансия голландцев. В договоре с Великобританией, подписанном в 1824, весь индонезийский архипелаг, за исключением султаната Ачех, признавался зоной влияния Нидерландов. Однако большая часть населения за пределами острова Ява продолжала подчиняться независимым или псевдонезависимым местным правителям. В последующие десятилетия голландцы постепенно укрепляли свое господство над всеми этими образованиями, иногда заключая с ними договор, а иногда захватывая их земли. Начиная с 1880-х годов, по мере развития промышленности Нидерландов и расширения географии мировой торговли, даже мелкие острова индонезийского архипелага приобретали значение в качестве возможного источника сырья или рынка сбыта голландских товаров. Кроме того, Нидерланды опасались возможной конкуренции со стороны таких мощных колониальных империй, как Великобритания, Германия и Франция и, желая утвердить свое абсолютное господство над всем архипелагом, провели несколько завоевательных войн. В самой долгой из них население султаната Ачех в течение 30 лет противостояло армии голландцев и сложило оружие лишь в 1903, хотя отдельные местные группы населения еще несколько лет продолжали сопротивление. Последние независимые княжества на Бали покорились лишь после яростных военных мероприятий, проведенных голландцами в 1906 и 1908. В итоге к 1910 в состав Нидерландской Индии вошли практически все острова архипелага. Исключение составили Новая Гвинея, западная часть которой (именуемая ныне Ириан-Джая) была взята голландцами под контроль в период с 1919 по 1928, а также принадлежавший португальцам Восточный Тимор.

Частное предпринимательство и "Этическая политика". После 1870, по мере значительного увеличения производства экспортных товаров, Нидерландская Индия стала одной из богатейших колоний в мире. Одновременно население архипелага быстро подключилось к системе международной торговли. Многие жители работали за денежную плату - на полях сахарного тростника, кофейных плантациях и предприятиях обрабатывающей промышленности; другим принадлежали второстепенные экономические позиции в больших и малых городах; третьи занимали нижние ступени служебной лестницы в быстро разбухавшем чиновничьем аппарате колонии. На острова переселялись китайцы, игравшие важную роль в качестве оптовых и розничных торговцев, подрядчиков, мастеровитых ремесленников и ростовщиков. Для простых крестьян благоприятная рыночная конъюнктура на сахар, табак и каучук означала рост доходов за счет труда по найму и мелкого предпринимательства, повышение уровня жизни и возможность содержать более крупные семьи. Однако, когда на мировом рынке цены на производимые в колонии товары снижались, колониальная экономика переживала спад, а те же самые крестьяне начинали испытывать огромные трудности и терпеть нужду. Отчасти по этой причине в 1901 голландцы приступили к осуществлению своеобразной социальной программы, именуемой "Этическая политика". Этой вновь разработанной программой предусматривалось создание государственных ломбардов и бюро кредитной информации (которые должны были заменить китайских ростовщиков), предлагались новые схемы развития орошения и других видов общественных работ, а также простейший вариант системы государственного обучения. Однако подобная программа не смогла существенно изменить положение бедноты. Некоторые из предпринятых шагов не дали результатов из-за быстрого прироста населения, другие не получили необходимого финансового обеспечения, а остальные потеряли силу, когда запросы местных жителей столкнулись с коммерческими и политическими интересами голландцев.

Рост национального самосознания. Экспансионистская политика Голландии встречала упорное сопротивление коренного населения. Единое организованное сопротивление режиму впервые возникло лишь после Второй мировой войны. Голландцам никогда бы не удалось покорить острова, если бы на их стороне не выступали автохтонные группы местных жителей, всегда готовые воевать друг с другом. Положение дел стало меняться лишь после того, как в начале 20 в. идеи прогресса, демократии и патриотизма нашли отклик у членов небольшого кружка индонезийской интеллигенции, получивших образование в Голландии. В 1908 яванскими аристократами была создана первая на архипелаге националистическая организация Буди утомо, главная цель которой заключалась в воспитании чувства гордости за богатое культурное наследие Явы. Мусульманская организация Сарекат Ислам, появившаяся в 1911, охватывала местных торговцев и ремесленников, чьим профессиональным интересам угрожала конкуренция со стороны этнических китайцев. Возглавляемая У.С.Чокроаминото (1882-1934), который обладал особыми качествами харизматического лидера, Сарекат Ислам быстро стала популярным массовым объединением, а к 1919 число ее членов составило 2 млн. человек. Созданная в 1912 реформистская мусульманская организация Мухаммадия выдвинула свою программу подъема благосостояния населения и распространения образования, а также борьбы с местными анимистическими верованиями и с христианством. В 1910-х годах в колонии возникло много политических групп всех мастей, что явилось своеобразной подготовкой почвы для появления в будущем полноценных партий. Следуя программе "Этическая политика", колониальное правительство мирилось с деятельностью разного рода псевдополитических организаций. В 1916 голландцы решили создать консультативный орган, названный ими Фольксраад (народный совет), в число членов которого, помимо назначаемых правительством представителей местных жителей и голландцев, входили индонезийцы. Между тем на островах продолжали усиливаться антиголландские настроения. В организации Сарекат Ислам сформировалось радикальное крыло, пополнявшееся наиболее активной частью городского населения. К началу 1920-х годов терпению голландских властей пришел конец, и с этого времени частым явлением стали аресты по политическим мотивам и ссылки. Хотя Фольксраад просуществовал до 1941, ему так и не довелось стать настоящим парламентским советом; избираемые члены совета впоследствии составили большинство, однако максимальное число подготовленных выборщиков не превысило 2228 человек. Символично, что в 1920, в период усиления политизации общества, произошло образование Коммунистической партии Индии (КПИ; позднее - Коммунистическая партия Индонезии). Идеи коммунизма проникли в Нидерландскую Индию в 1920-х годах через нидерландских профсоюзных деятелей, в частности через Х.Снефлита, и тотчас же были подхвачены рабочими, связанными с организацией Сарекат Ислам. В декабре 1926 и январе 1927 КПИ возглавила восстания, вспыхнувшие на Яве и Суматре. Оба эти выступления вскоре были подавлены голландцами, а деятельность КПИ объявлена вне закона. После этого на первый план выдвинулась новая политическая партия, руководителем которой был молодой инженер Сукарно, получивший образование в Нидерландах. Речь идет о Национальной партии Индонезии (НПИ), созданной в 1927. Деятельность этой организации была направлена на то, чтобы объединить все разрозненные части общества с антиголландскими настроениями в единое широкое движение за национальную независимость. Эта позиция нашла поддержку у находившихся в Голландии патриотически настроенных студентов, таких как уроженец Суматры Мохаммад Хатта, которые одобрили призыв НПИ забыть обо всех региональных и религиозных противоречиях во имя общенациональных интересов. Подхватив этот призыв, делегаты Конгресса молодежи, проходившего в столице колонии в 1928, торжественно поклялись быть верными трем идеалам: один народ - индонезийцы, одна страна - Индонезия, один язык - индонезийский. В 1929, после того как Сукарно выступил инициатором проведения политики полного отказа от сотрудничества с властью, он и другие руководители НПИ были арестованы. Сама Национальная партия Индонезии была распущена, но их дело продолжили другие. В течение некоторого времени новую НПИ возглавлял Хатта, однако затем и его подвергли аресту и отправили в ссылку. Тем не менее идея создания независимой Индонезии дала плоды и в 1930-е годы распространилась среди общественных и политических организаций колонии.

Вторая мировая война и японская оккупация. Вслед за нападением японцев на американскую военно-морскую базу в Перл-Харборе в 1941 правительство Нидерландской Индии объявило Японии войну, однако после непродолжительного сопротивления было вынуждено капитулировать. Японская оккупация колонии продолжалась с 1942 по 1945 - отчасти с целью эксплуатации богатых месторождений нефти и оловянных руд, а также каучуковых плантаций. Японская администрация интернировала голландцев и евроазиатов, а на высшие административные посты назначила коренных жителей. Японцы выпустили из тюрем лидеров движения за национальную независимость и даже разрешили им заниматься политической деятельностью. Среди вернувшихся из ссылки политических деятелей были Сукарно и Мохаммад Хатта, которые возглавили объединение групп сторонников национального освобождения под названием Путера. В этот период официальным языком на архипелаге стал индонезийский. Десятки тысяч молодых индонезийцев вошли в создававшиеся японцами военные и молодежные организации, которые после войны состави

Составить слова из слова индонезия. история

К югу от Китая и к востоку от Индии находится полуостровной и островной регион Юго-Восточной Азии, включающий Мьянму (Бирму), Таиланд, Индокитай (Лаос, Камбоджу, Вьетнам), Малайзию и Индонезию, а также Бруней и Сингапур. На этой территории в первые века новой эры выросла самобытная цивилизация, породившая большие города, гигантские храмы, сложные ирригационные системы, а также обширные мощные государства. Самое известное из них - держава, созданная кхмерами на землях Камбоджи со столицей в самом сердце джунглей, в районе Ангкора. Своим происхождением и в значительной степени своими основными чертами цивилизация Юго-Восточной Азии обязана влиянию Индии, в частности индуизму и буддизму. Их воздействие было настолько сильным, что современные ученые называют данную цивилизацию "индусско-буддийской". ПРОИСХОЖДЕНИЕ ИНДУИСТСКО-БУДДИЙСКОЙ ЦИВИЛИЗАЦИИ

История Юго-Восточной Азии до 2 в. н.э. остается белым пятном в науке. Наиболее ранние сведения о ней содержатся в китайских письменных источниках того времени и находках археологов. В китайских династических хрониках упоминаются государства, чьи правители носили индийские имена на санскрите, а священнослужителями были представители высшей касты - брахманы. Изображения Будды того же стиля, что и в Амаравати на р.Кришна, в Южной Индии, характерные для периода между 150 и 250 н.э., были обнаружены в Таиланде, Камбодже и Аннаме (Центральный Вьетнам), и на островах Ява, Суматра и Сулавеси. Самые ранние тексты - на санскрите - были найдены на Западной Яве, Восточном Калимантане, на севере Малайи и в Камбодже. Эти надписи выполнены древним алфавитом времен Паллавов - тамильской династии, правившей с 3 по 8 в. в Канчипураме, на юго-востоке Индии. К более поздним временам относятся свидетельства, отражающие культурные веяния из других областей Индии. С северо-востока пришло одно из направлений буддизма - махаяна. Она несла на себе отпечаток мистической, сложившейся под влиянием индуизма доктрины тантризма, зародившейся в буддийском монастыре Наланда в Бихаре. С 11 в. начинает сказываться авторитет цейлонской (ланкийской) ветви буддизма. Эта ветвь буддизма - хинаяна (тхеравада) - постепенно вытеснила махаяну и индуизм из Бирмы, Таиланда, Камбоджи и Лаоса.

Древнейшая культура Юго-Восточной Азии. Происхождение народов Юго-Восточной Азии. Мало что известно о генезисе и ранней миграции народов, которые под влиянием индуизма и буддизма выработали свои собственные культуры. В наши дни наиболее цивилизованные народы населяют равнины, особенно речные долины и дельтовые низменности, а также морские побережья. Относительно отсталые в хозяйственном отношении народы ведут полукочевой образ жизни в горах и других возвышенных районах. Культуры неолита, а также бронзового и железного века были принесены в Юго-Восточную Азию малайскими племенами из Юго-Западного Китая, которые подразделяются соответственно на протомалайские и предмалайские. Они и стали этническим субстратом нынешнего населения региона. Обе эти группы, вероятно, мигрировали вниз по речным долинам в сторону дельтовых и приморских районов. Южно-Китайское море, Сиамский залив и Яванское море образовывали своего рода внутренний бассейн, способствуя общности культур народов, проживавших на побережье и берегах впадающих в них рек.

Материальная культура. Материальное благополучие народов Юго-Восточной Азии было основано на выращивании плодовых деревьев, интенсивном возделывании риса и рыболовстве. Системы искусственного орошения требовали сравнительно высокой плотности населения: ирригационные сооружения строились при участии больших масс людей, организованных либо под властью сильного вождя, либо, в ряде случаев, в рамках сельских общин. По-видимому, к этому времени относится появление свайных построек и использование одомашненных буйволов для вспашки полей. Существовала и "лодочная" цивилизационная культура, отличавшаяся удивительным разнообразием используемых судов разных видов и размеров. Многие семьи проводили жизнь на своих лодках, и вплоть до недавнего времени сообщение между населенными пунктами в Юго-Восточной Азии осуществлялось преимущественно по воде. Особенно высоким искусством судовождения обладали жители побережий, совершавшие дальние морские путешествия.

Религия. Религия представляла собой смесь трех элементов: анимализма, культа предков и поклонения местным богам плодородия. Особенно почитались водные боги плодородия в виде нага - мифической кобры с несколькими человеческими головами. Для жителей Юго-Восточной Азии мир был наполнен таинственными силами и духами, представления о которых отражались в драматических мистериях и в дошедших до наших дней произведениях искусства. С культом предков было связано строительство мегалитов, в которых помещали останки умерших вождей.

Проникновение индийской культуры. Проникновение индуизма и буддизма в Юго-Восточную Азию, по-видимому, началось еще до 2 в. н.э. Индуизм насаждался правителями местных государств, стремившимися подражать пышности индийских дворов. Буддизм приносили с собой нищенствующие буддийские монахи (бхиксу), основывавшие монастыри. Правители, принимавшие индуизм, приглашали индийских брахманов для отправления ритуалов обожествления монархов путем их отождествления с одним из высших индуистских богов - Шивой, Вишну или Харихарой, (божеством, соединяющим черты двух первых). Новые имена правителей часто указывали на богов, с которыми они отождествлялись (Исанаварман - "Любимец Шивы", Индраварман - "Любимец Индры" и Джайяварман - "Любимец победы"). Широкое использование суффикса "-варман" в именах, по-видимому, уходит корнями к Паллавам. Поначалу это был ритуальный суффикс кшатриев - сословия (варны) воинов и вождей в Древней Индии, но позже он утратил сословное значение и употреблялся для обозначения членов правящего класса. Кроме брахманов, властители должны были приглашать специалистов по сооружению подобающих святилищ для поклонения богу-царю. Постепенно санскрит стал священным придворным языком. Со временем индийское письмо было адаптировано для первых литературных произведений на местных языках. Великолепными примерами этого служат наиболее ранние из дошедших до нас надписей на яванском, малайском, монском и кхмерском языках. Для легитимизации правителей Юго-Восточной Азии брахманы использовали мифические образы, взятые из эпических поэм Рамаяна и Махабхарата, а также из пуран (сборников религиозных мифов и гимнов) и других текстов, содержащих мифическую генеалогию царских фамилий области Ганга. Они насаждали также систему управления, изложенную в Артхашастре (Трактате о политике и государстве), индийскую астрологию и индийские календари. В этот процесс важный вклад внесли и сами жители Юго-Восточной Азии, многие из которых совершали паломничество в Индию для изучения священных текстов. Ранние шиваитские надписи указывают на то, что в основе государственной религии лежал культ царской линги (фаллического символа), в которой, как считалось, концентрировалась магическая сила бога-царя, обеспечивавшая благоденствие государства. Таким образом, автохтонный культ плодородия был облачен в индийские одежды

РАННИЕ ИНДУИЗИРОВАННЫЕ ГОСУДАРСТВА

Фунань. Первые находившиеся под индийским влиянием царские дворы, известные историкам, появились к концу 2 в. н.э. в трех областях: а) в дельте Меконга, б) на побережье современного Вьетнама, к югу от Хюэ, и в) на севере Малайи. Название "Фунань", под которым известно государство, располагавшееся в дельте Меконга, встречается в китайских источниках и представляет собой производное от древнекхмерского слова "гора". Для китайцев Фунань означала страну "царя горы". Китайские источники сообщают, что ее правящая династия была основана брахманом по имени Каундинья, женившимся на предводительнице одного из местных племен. В основу этой легенды была положена местная версия династического мифа Паллавов, в котором основательницей рода была принцесса Нага - мифическая девятиголовая кобра, богиня воды. Позже Нагу в качестве священного символа переняли у Фунани кхмеры, и она стала непременным атрибутом иконографии кхмерской столицы Ангкора. Считалось, что процветание страны поддерживается еженощным соединением кхмерских царей и принцессы Наги. В первой половине 3 в. Фунань превратилась в мощную империю под управлением царя, чье имя упоминается в китайских хрониках как Фан Шиман. Корабли этого монарха господствовали на морях, а государства на землях нижнего течения Меконга вплоть до северных районов п-ова Малакка были его вассалами. Фан Шиман принял титул магараджи, или "великого правителя", направил одно посольство ко двору Мурунды в Индию, а другое в Китай. Некто Канг Тай, которого китайский император направил с ответным посольством, оставил первое описание Фунани. Ее последующие правители расширили территорию государства и его заморскую торговлю. Как следует из сохранившихся надписей, одной из задач царской власти было развитие ирригации. Крупномасштабные работы по созданию оросительных систем часто связывались со святилищами, где хранились следы Вишну. Подобно Риму в Европе, Фунань оставила многие элементы своей культуры в наследство сменившим ее государствам, но в середине 6 в. под напором набиравших силу кхмеров влияние самой Фунани сходит на нет. Китайцы называли кхмерское государство Ченла и сообщали, что поначалу оно было вассалом Фунани. Никакого объяснения этого названия не обнаружено. На протяжении столетия, предшествовавшего вступлению на престол кхмерского царя Джайявармана II в 802, китайские источники упоминают о двух государствах: Ченла Земли и Ченла Воды. До сих пор мало что известно об их истории. Название "Ченла" упоминалось еще долгое время после основания великого кхмерского города Ангкор.

Тьямпа (Чампа). Историческая вьетнамская область Аннам богата археологическими памятниками народа, известного как тямы (чамы). Впервые в истории они упоминаются как линь-и в донесениях китайского наместника севернее расположенного Намвьета: высокопоставленный чиновник жаловался на набеги тямов. До сих пор остается невыясненным, каким образом к ним проникали индийские веяния. Самые ранние надписи, датированные ок. 400 н.э., свидетельствуют о том, что придворной религией у них был шиваизм. Одна из надписей связана с самой древней лингой, обнаруженной в Юго-Восточной Азии. Ранняя история тямов представляет собой непрерывную череду попыток экспансии на север как сухопутным, так и морским путями, что вынудило китайцев предпринять против них карательные экспедиции. Вьетнамцы в то время населяли земли, граница которых на юге лишь ненамного выходила за пределы области Тонкин, занимающей северную часть современного Вьетнама. После освобождения от китайского владычества в 939 между вьетнамцами и тямами развернулась длительная борьба за обладание землями к югу от Тонкина. В конечном итоге, после падения Тьямпы в 15 в. испытавшая сильное китайское воздействие вьетнамская культура вытеснила индуизированную культуру тямов.

Государства на полуострове Малакка. Скудные сведения об этих государствах имеются в китайских источниках. Более ценную информацию содержат надписи, выполненные древнейшим письмом Паллавов, самые ранние из которых относятся к концу 4 в.

Ранние индонезийские государства. Самые первые известные нам надписи на Яве относятся примерно к 450. Они были сделаны царем Тарумы на Западной Яве - Пурнаварманом, который начал строительство оросительных систем и воздвиг храм, посвященный богу Вишну. На востоке Калимантана, в районе Кутей, на р.Махакам, найдены относящиеся к началу 5 в. надписи некоего царя Мулавармана, но о дальнейшей судьбе его державы ничего не известно. В китайских источниках упоминается существование индуизированных государств на Суматре начиная с 5 в., обнаруженные надписи датируются не ранее конца 7 в.

Юго-Восточная Азия ок. 500 г. н. э.

Надписи в Мьянме и Таиланде. Имеются свидетельства того, что с середины 4 в. в Аракане, на западном побережье Бирмы (Мьянмы), к северу от дельты р. Иравади, правила династия Чандра, но эти сведения известны лишь из надписей более позднего периода. В Шрикшетре, неподалеку от современного Пьи (Прома), в Центральной Мьянме, обнаружены надписи, относящиеся, вероятно, к 500. Шрикшетра была столицей государства народа пью, который, как полагают, был авангардом мигрировавших в страну бирманцев (мьянма). Пью занимали долину Иравади вплоть до Халинджи, на севере, около современного Шуэбо. К востоку от них, от Чаусхе до современного Моламьяйна на юге, и в долине Иравади находились государства монов Пегу и Татон. Моны населяли также долину Менама-Чао-Прая (Таиланд). Самые ранние из выявленных надписей монов относятся примерно к 600. Они были найдены в Пхрапатоне, где располагалась древнейшая из известных столиц монского государства Дваравати, находившегося в бассейне указанной реки. В дальнейшем моны оказали сильное культурное влияние на родственных им кхмеров, а также на бирманцев и тай (сиамцев), об истории которых мало что известно вплоть до 11 в.

Возвышение государства Шривиджайя. После падения Фунани в 6 в. ее место заняла Шривиджайя, сложившаяся вокруг Палембанга, на юго-востоке Суматры. Эта обширная торговая империя была обязана своим процветанием контролю за Малаккским и Зондским проливами, а также благорасположению Китая, куда она направляла многочисленные посольства. Шривиджайя просуществовала с 7 до 13 в. Она не оставила после себя таких монументальных памятников, какие встречаются на Центральной Яве, однако Палембанг долгое время был важным центром просвещения для махаянистов. В 671 с целью изучения санскритской грамматики его посетил китайский буддистский монах И Цзин, направившийся затем в Индию. После нескольких лет учебы в Наланде он вернулся в 685 в Палембанг, где перевел санскритские тексты на китайский язык и оставил свое описание буддийской религии того времени. Тесные связи Шривиджайи с индийскими областями Бенгалией и Бихаром позволяют объяснить то сильное влияние, которое оказал тантрийский буддизм на правителей индонезийских государств. В 9 в. Наланду посещало такое количество паломников с Суматры, что для них был построен специальный дом.

ЭПОХА СТРОИТЕЛЕЙ ХРАМОВ

В период с 650 по 1250 в государствах Юго-Восточной Азии были созданы замечательные произведения искусства и архитектуры, ни в чем не уступающие лучшим мировым образцам. У тямов этот расцвет в художественной сфере начался в середине 7 в., когда династия Тан в Китае надолго остановила экспансию Тьямпы на север. О значительных переменах в районе нижнего течения Меконга после завоевания кхмерами Фунани известно очень мало. Достаточно полные и надежные сведения по истории этой территории появляются только со времени основания кхмерской столицы на северном берегу озера Сап (или Тонлесап - "Великое озеро"), заложенной в 802 царем Джайяварманом II. Но еще раньше начались те грандиозные изменения в искусстве и зодчестве, которые в конце концов привели к созданию таких шедевров, как ансамбли Ангкора. На Яве аналогичный процесс зарождается ок. 730 в ее центральных областях, а на бирманской почве, в государстве Паган, значительно позже - ок. 1100. (Однако на месте столицы государства пью Шрикшетры сохранились руины построек 8 в., явившихся прототипами храмов, сооруженных позднее в Пагане.)

Яванские царства. Исторические сведения, которыми мы располагаем об этих царствах, часто оказываются неточными. Развитие искусства Центральной Явы было связано с двумя местными династиями: махаянистской Шайлендров и шиваитской Санджайя. Сведения об этих династиях до 8 в. отсутствуют. На санскрите Шайлендра означает "царь горы", и не исключено, что это свидетельствует о связях династии с "царями горы" Фунани более раннего периода. При Шайлендрах были возведены замечательные буддийские памятники и храмовые комплексы, из которых самыми впечатляющими являются огромный ансамбль Боробудур и чанди (индуистский храм) Мендут. В 9 в. строительство подобных сооружений на Яве прекращается, однако оно начинается в государстве Шривиджайя. Вероятно, на Центральной Яве возобладала династия Санджайя, а один из ее правителей женился на принцессе из династии Шайлендров. Ее брат Балапутра бежал на Суматру, женился на наследнице из рода Шривиджайи и дал имя Шайлендров династии Шривиджайя. Выдающимся памятником династии Санджайя остается великолепный шиваитский храмовый комплекс Лара Джонгранг в Прамбанане, построенный в начале 10 в. Вскоре после этого по невыясненным причинам центр власти перемещается на Восточную Яву. На Центральной Яве прекращается строительство монументальных архитектурных объектов. Не создавалось ничего подобного и на Восточной Яве вплоть до 13 в. С другой стороны, это был важный период в развитии оригинальной яванской литературы. Санскритский эпос Махабхарата оказал сильное влияние на яванскую литературу и театр теней "ваянг", а также на скульптурные рельефы, которыми стали украшаться восточнояванские храмы более позднего периода. Одно из самых знаменитых произведений древнеяванской литературы Арджунавиваха (Свадьба Арджуны) основано на содержащемся в Махабхарате рассказе об аскете Арджуне. Эту поэму написал придворный поэт Мпу Канва в честь женитьбы самого почитаемого из восточнояванских царей Эрланга (годы правления 1019-1049), представив жизнеописание царя в аллегорической форме. Расцвет царства Эрланга приходится на короткий период упадка Шривиджайи, когда суматранское государство было ослаблено войной с южноиндийским государством Чолов. В следующем столетии, в период расцвета восточнояванского царства Кедири, был создан другой шедевр яванской литературы - Бхаратхаюддха. В ее основе также лежит санскритский эпос, но по своему духу это чисто яванское произведение. Расцвет Кедири продолжался до 1222, когда она стала вассалом другого яванского государства - Сингасари. В религиозной сфере произошло тесное слияние буддизма и индуизма, которые к тому времени впитали в себя местные магические обряды и культ предков. В тот период существовал обычай, согласно которому царей после смерти отождествляли с богом Вишну. Великолепным выражением этой традиции служит скульптура царя Эрланга, установленная первоначально в его мавзолее в Белахане и хранящаяся в настоящее время в Моджокертском музее. Сложившийся вокруг нее культ представлял собой разновидность яванского культа предков.

Кхмеры и Ангкорская Камбоджа.

Создание государства. В 802 Джайяварман II основал государство Камбуджадеша (в исторической литературе Ангкорская Камбоджа) в районе оз. Сап (совр. Камбоджа). Выбор места определялся рядом условий, объясняющих то могущество, которого достигла новая империя, возникшая на перекрестке морских и сухопутных путей. Озеро изобиловало рыбой, а аллювиальная равнина позволяла получать до четырех урожаев в год с помощью разработанных кхмерами методов ирригации. Богатство лесом сочеталось с возможностью добывать в горном массиве Дангрэк, расположенном к северу, песчаник и глину, необходимые для строительства гигантских архитектурных сооружений. Джайяварман II распространил среди кхмеров культ бога-царя, который лег в основу разработанной его преемниками разветвленной религиозной системы. На вершине горы была воздвигнута линга, и брахманы, ставшие верховными жрецами культа, посредством медитации стали отождествлять царя с Шивой, а линга стала вместилищем его священной души. Святилище, вокруг которого выросла столица, олицетворяло мифическую индуистскую гору Меру, центр мироздания, тогда как монарх в качестве "царя горы" объявлял себя владыкой вселенной.

Ранние государства и народы Юго-Восточной Азии около 825 года

Доиндийские корни культа бога-царя. При ближайшем рассмотрении обнаруживается, что под покровом индуистской терминологии и мифологии скрывались идеи и понятия, зародившиеся в более ранний период. Так, в Камбодже, Тьямпе, на Яве и Бали существовало поверье, что возведение храма-образа закрепляет в камне сущность, или жизненное начало увековечиваемого человека. Храм строился как будущая усыпальница-святилище царя, который, закладывая его, оставлял надпись, предписывавшую потомкам продолжать эту традицию, а вместе с ней сохранять заведенный порядок - "дхарму". Тем самым правитель связывал воедино себя, своих пращуров и потомков в едином культе предков. Замечательным примером является Боробудур, храм-гора династии Шайлендров на Центральной Яве. Этот буддийский памятник, включающий сотни барельефных изображений, представляет собой настоящий учебник махаянистского направления в буддизме, которое развивалось в Наланде, в Бихаре, в те времена, когда сооружался Боробудур. Однако его полное название Бхумисамбарабхудхара - Гора накопления добродетели на десяти ступенях бодхисатвы - имеет еще одно значение, которое раскрывается только с учетом культа предков. Каждая из десяти ступеней, за исключением самой нижней, символизирует одного из Шайлендров, предшественников создателя храма царя Индры. Нижнюю ступень намеренно оставили недостроенной в ожидании смерти монарха и превращения его в ботхисатву, будущего Будду.

Кхмерские завоевания. Царство Джайявармана II было небольшим. Строительство крупных водохранилищ и системы каналов, которые стали основой процветания государства, начал Индраварман II (годы правления 877-889). При нем место естественных высот, откуда вселенский царь осыпал благодеяниями население своей миниатюрной вселенной, занимают рукотворные храмы-горы. Первый город Ангкор был основан Ясоварманом I (годы правления 889-900). Несколько позже кхмерская столица была перенесена на короткий срок в Чжок Гаргьяр (Кохкер), северо-восточнее Ангкора, но уже Раджендраварман II (годы правления 944-968) возвратил ее обратно в Ангкор, который с тех пор оставался местопребыванием кхмерских царей вплоть до 1432, когда город был полностью заброшен. История кхмерских завоеваний изучена мало. Первая из кхмерских войн с Тьямпой велась в царствование Раджендравармана II, но видимых успехов она не принесла. В 10 в. ангкорские владения, вероятно, простирались вверх по долине Меконга вплоть до границы Китая. Сурьяварман I (годы правления 1002-1050) расширил свои земли на запад, завоевав монское государство Дваравати, в долине Менама, и часть полуострова Малакка, входящую в настоящее время в состав Таиланда. С этого времени отчетливо прослеживается монское влияние на искусство и архитектуру кхмеров. К началу 12 в. кхмерская цивилизация и государственность достигли своей вершины. Сурьяварман II (годы правления 1113-1150), при котором строился Ангкорват, явившийся кульминацией развития храмов-гор, был самым могущественным монархом в истории кхмеров. Тем не менее его нескончаемые войны против монов, тай, вьетнамцев и тямов не дали устойчивых результатов. Его неудачный поход в Тьямпу привел к нескольким ответным ударам, во время одного из которых, в 1177, тямы неожиданно захватили и разграбили Ангкор. Джайяварман VII (годы правления 1181-1219) в ответ оккупировал в 1203 их страну и удерживал ее до конца своего правления. Джайяварман VII, последний из Великих строителей. Джайяварман VII осуществил самый экстравагантный строительный проект за всю кхмерскую историю. Он перепланировал столицу, сделав ее меньше по размеру, но одновременно превратив в укрепленный город Ангкор-Тхом. В центре города возвышался храм Байон, а по периметру были сооружены монументальные ворота с башнями, увенчанными гигантскими головами с четырьмя колоссальными лицами. Это уже было время экспансии буддизма махаяны: в центральном храме Ангкор-Тхома находилось изображение Буддараджи - царя как воплощения Будды, а в радиально расположенных храмах размещались изображения с именами высших придворных вельмож Джайявармана, которые таким образом приобщались к процессу его обожествления. Лица на башнях были его портретами в виде бодхисатвы Авалокитешвары - "бога, который смотрит вниз", с состраданием, на страждущее человечество. Еще Сурьяварман II заменил в Ангкорвате Дэвараджу, шиваитского бога-царя своих предшественников, Вишнураджой. В сущности, произошло слияние двух культов, подобно тому как это имело место на Восточной Яве. Джайяварман VII, утвердив культ Буддараджи, главным храмом которого стал Байон, сделал еще один шаг в этом направлении, точно так же, как это происходило на современной ему Яве, при правителях государства Сингасари. И так же, как на Яве, индуистские и буддийские элементы переплелись с традиционной кхмерской магией и культом предков: мифология, терминология и ритуалы были индуистскими, но выражали сугубо кхмерские представления о мироздании. Культы были посвящены материальному процветанию страны и земному спасению людей. Сострадание Буддараджи выразилось также в строительстве на дорогах, расходящихся лучами от столицы, более 100 гостиниц для паломников и такого же числа больниц, открытых для всех подданных. Выдержать такую политику, беспрерывно требовавшую подневольных рабочих и солдат, государство долго не могло, и она закончилась со смертью Джайявармана. Новые грандиозные сооружения уже не строились. Об истории кхмеров в оставшиеся годы 13 в. известно так мало, что трудно судить о положении, создавшемся после смерти Джайявармана VII. Кхмерам пришлось оставить Тьямпу, а земли в верхнем течении Менама перешли к тайским племенам. Посетивший эту область в конце века китайский путешественник Чжоу Дагуань писал о великолепном городе и процветающей сельской местности. В его записках присутствует новый, исключительно важный момент: религией народа стал буддизм хинаяны. Таким образом, государственная религия бога-царя должна была утратить свое значение.

Эпоха Великих храмов, 1100 год

Паган: мон-бирманский синтез. Возвышение Пагана. Великая эпоха храмового строительства связана у бирманцев с городом Паганом, объединившим их в первое государство, просуществовавшее с 1044 по 1287. Бирманцы, правившие в Пагане, мигрировали в засушливую центральную часть страны с Шанского нагорья во второй половине 9 в. Сначала они сосредоточились в районе Чаусхе, недалеко от современного Мандалая, а затем обжили и другие земли, которым дали свое имя. Более ранние насельники-моны были первыми, кто стал выращивать рис и зернобобовые на территории Мьянмы. Бирманцы переняли у них технику искусственного орошения, жизненно необходимую для Пагана. От монов были восприняты также основы индусско-буддийской культуры, в том числе письменность. Государство пью Шрикшетра рухнуло под натиском Наньчжао, тайского государства в Юньнани, перед самым приходом бирманцев, сам же народ пью постепенно утратил свою самобытность и был ассимилирован. Монские государства Нижней Бирмы были покорены царем Анорате (годы правления 1044-1077), основателем Пагана. Это привело к усилению монского культурного влияния в Пагане, где государственной религией был буддизм хинаяны. Каноническим языком стал пали, заменивший санскрит. В сущности, паганский буддизм представлял собой то же сочетание буддизма, индуизма и местных культов, как и в других местах, но официальной религией была хинаяна, с помощью царской власти постепенно занявшая ведущие позиции.

Монское влияние. Монское влияние в Пагане становится преобладающим при царе Чанзите (годы правления 1084-1112). При нем строится храм Ананды, первый и, возможно, самый красивый из культовых сооружений. В отличие от Ангкора, тогдашний Паган не был центром обширной ирригационной сети. Перед концом процветания Пагана, который пришелся, как и в случае с Ангкором, на первую половину 13 в., наблюдалась смена культур, сопровождавшаяся изменением языка надписей с монского на бирманский. Однако значительно более важными были сдвиги в местном буддизме, свершившиеся как результат развития связей с Цейлоном (Шри-Ланкой). Новые веяния приносились монскими паломниками, посещавшими этот остров в конце 12 в. Они вылились в движение за очищение хинаяны в соответствии с ортодоксальным учением, которое проповедовало личное спасение через бедность, медитацию, полную отрешенность. Монахи-миссионеры распространили эту доктрину по всей стране и далеко за ее пределами.

ЮГО-ВОСТОЧНАЯ АЗИЯ ПОСЛЕ ТРИНАДЦАТОГО СТОЛЕТИЯ

Тринадцатое столетие оказалось важным поворотным пунктом в истории региона. В Ангкоре и Пагане прекратилось строительство огромных храмов, и умами людей, населявших вассальные владения этих двух центров, овладел буддизм хинаяны. Ему суждено было закрепиться на религиозной карте материковой части Юго-Восточной Азии. Произошли и серьезные политические изменения. Исчезла морская держава Шривиджайя, хотя имеющиеся данные не дают ясного представления о том, как это случилось. После завоевания Китая Хубилай-ханом монголы вторглись в Бирму, Вьетнам, Тьямпу и даже проникли на Яву. Паган распался в 1287, еще до нашествия монголов, то же произошло и с восточнояванским государством Сингасари в 1293.

Тайские завоевания. К концу 13 в. вне островов на ведущие позиции выходят тайские народности. Шаны, одна из них, стремились установить контроль над Верхней Бирмой, а основанное царем Рамкамхенгом (годы правления 1283-1317) государство Сукотаи подчинило себе мон-кхмерские племена, населявшие западные окраины Ангкорской Камбоджи, и переняло хинаяну. Тайская экспансия решительно изменила соотношение сил в регионе. В 1350 была основана Аютия, положившая начало современному Таиланду, а уже в 1378 она завоевала Сукотаи. Тремя годами позже в среднем и верхнем течении Меконга возникло государство Лансанг. После 1350 под напором тайских племен быстро распалась кхмерская держава. В 1431 они разорили Ангкортхом, который в результате уже в следующем году перестал быть столицей. Кхмеры перенесли столицу к югу, в Пномпень, но возродить былую мощь их государство так и не сумело. В 1471 вьетнамцы захватили Тьямпу, а ее индуистско-буддийская культура постепенно исчезла по мере проникновения вьетнамцев все дальше на юг, в дельту Меконга.

Тайские завоевания в Юго-Восточной Азии в 1300 году

Бирманские и монские государства. В Бирме борьба между бирманскими и тайскими племенами шла до середины 16 в. и закончилась решительной победой бирманцев. За время этого противостояния большой шаг вперед сделала бирманская культура. Ее центром стала Ава, основанная в 1364. Южнее расселенные моны, которые обрели свободу после падения Пагана, создали свое независимое государство Пегу, которое существовало до 1539. Столицей его был одноименный город, а порты Сириам, Мартабан и Бассейн превратились в центры международной торговли. Пегу внесло важную лепту в развитие бирманского буддизма благодаря широким реформам, проведенным монским царем Даммазеди (1472-1492). И снова инициатором преобразований выступил Цейлон. В 1472 царь послал миссию монахов и послушников на остров в монастырь Махавихара на р.Келани. По возвращении они освятили центр рукоположения в Пегу, куда были приглашены все монахи для прохождения обряда согласно ланкийским правилам хинаяны. Инакомыслие среди монахов было решительно осуждено, и повсюду насаждалась ортодоксальность.

Индонезия: закат Сингасари и возвышение Маджапахита. Государство Сингасари на Восточной Яве, распавшееся накануне монгольского вторжения в 1293, завершило процесс религиозной унификации. Кертанагара (годы правления 1268-1292), одна из самых противоречивых фигур индонезийской истории, ввел культ Шивы-Будды - смесь местной магии и тантризма, развивавшего демонические аспекты "калачакры" ("Колеса времени"). Для отправления этого культа его последователи устраивали тайные бдения. Целью непристойных ритуалов было стремление придать царю необходимые магические способности для борьбы с угрожающими царству демоническими силами: внутренним расколом и внешней угрозой. Кертанагара пытался создать под своим руководством конфедерацию индонезийских островов для организации отпора монгольскому нашествию, угроза которого оказалась реальной для Юго-Восточной Азии после начатых Хубилай-ханом в 1264 захватнических походов. Брошенный Кертанагарой вызов не остался без ответа, и в 1293 против него была направлена монгольская армада. Но еще до ее вторжения на Яву восстал один из вассалов Кертанагары, который захватил столицу, а самого царя убил, когда тот вместе с группой приближенных выполнял тайные тантрические ритуалы. Конфедерация, или "священный союз", как его назвали, распалась. Но монгольская армия, разбившая после своей высадки на острове силы узурпатора, попала в расставленную прямым наследником Кертанагары, принцем Виджая, западню и смогла избежать разгрома, только отказавшись от намеченной цели и вернувшись на родину. После этого Виджая короновался под именем царя Кертараджаса. При Кертараджасе, политика которого была продолжением экспансионистской линии Кертанагары, новой столицей восточнояванского царства стал Маджапахит. Однако многие годы государство раздиралось междоусобицами. Своему возвышению Маджапахит обязан таланту главного министра Гаджа Мада, занимавшего этот пост с 1330 до конца жизни в 1364. Ученые расходятся во мнении относительно того, насколько широко простирались завоевания Маджапахита за пределами Явы. Его власть безусловно признавали соседние острова Мадура и Бали, но вряд ли владения Маджапахита простирались на всю ту территорию, которая в первой половине 20 в. составляла Нидерландскую Индию. Упадок царства начался незадолго до конца 14 в., хотя в следующем столетии оно все еще сохраняет доминирующее положение на Яве. Однако по мере усиления исламского султаната на полуострове Малакка и проникновения мусульманства в северные районы Явы территория Маджапахита уменьшалась. В конце концов государство исчезло с политической арены в первой половине 16 в., а его история в 15 в. настолько туманна, что породила массу догадок о причинах гибели державы.

Памятники Маджапахита. В то время как рельефы на сооружениях Центральной Явы отличаются реалистичностью, на рельефах Восточной Явы герои и их слуги изображены в причудливой форме марионеток театра "ваянг", словно принадлежащими к миру духов предков. Большинство памятников Явы известны как "чанди". Это название, прилагаемое к храмам-святилищам, имеющим отношение к умершим, является производным от одного из имен индуистской богини смерти Дурги. В яванской народной традиции, однако, эти храмы приобрели несколько иное значение. Они были индуистско-буддийскими только внешне, и их рассматривали скорее как места высвобождения духа и воскрешения, что явно восходит к местному культу предков.

Бали. Завоевание Бали главным министром Гаджа Мадой было важнейшей вехой в культурной жизни острова. Сотни лет там существовала собственная форма индуистско-буддийской культуры, ставшей впоследствии полностью яванской. Помимо прочего, древнеяванская литература оказала сильное влияние на балийскую, в которую была инкорпорирована. В настоящее время именно Бали остается хранилищем яванских литературных произведений индуистско-буддийского периода, поскольку на самой Яве многое из исторического наследия было утрачено в результате последующей исламизации.

Распространение ислама в Малайе и Индонезии. В конце 13 в. в Юго-Восточной Азии начали ощущаться результаты деятельности исламских проповедников. Марко Поло, посетивший суматранский порт Перелак в 1292, отмечал, что его население уже было обращено в религию Пророка. Под влиянием Северной Суматры в ислам перешел монарх Малакки, с усилением мощи которой в 15 в. ислам приняли малаккские вассалы в материковой части страны и на Суматре. Торговые связи Малакки способствовали проникновению ислама в северные порты Явы и Брунея, на Калимантане, чьи правители пополнили ряды ст

Составить слова из слова юго-восточной азии цивилизация