БЕККЕРЕЛЬ Антуан Анри - БЕККЕРЕ́ЛЬ (Becquerel) Антуан Анри (15 декабря 1852, Париж - 25 августа 1908, Ле-Круазик, Бретань, Франция), французский физик, сын Александра Эдмона Беккереля (см. БЕККЕРЕЛЬ Александр Эдмон). Открыл (1896) естественную радиоактивность солей урана. Профессор Парижского национального естественно-исторического музея (1892) и Политехнической школы (1895). Нобелевская премия (1903, совместно с П. Кюри (см. КЮРИ Пьер) и М. Склодовской-Кюри (см. СКЛОДОВСКАЯ-КЮРИ Мария)).

Династия физиков

Антуан Анри Беккерель появился на свет в старинном, принадлежавшем Национальному музею естественной истории доме Кювье (см. КЮВЬЕ Жорж). Жизнь всех представителей прославленной династии Беккерелей была связана с этим домом. Дед Антуана Анри, Антуан Сезар Беккерель (1788-1678), был членом, а с 1838 - президентом Парижской академии наук. Широкую известность получили его исследования минералов, в частности, их механических, пьезоэлектрических, термоэлектрических, магнитных и др. свойств. В доме появилась уникальная коллекция образцов, сыгравшая важную роль в исследованиях его сына, Александра Эдмона Беккереля (1820-1891), который также был членом, а с 1880 - президентом Парижской АН, профессором физики и директором национального музея естественной истории. В 18 лет он стал ассистентом своего отца. Именно тогда и на всю жизнь сформировался его интерес к проблемам фосфоресценции и фотографии. Этот интерес унаследовал и его сын Антуан Анри. Труд его отца - «Свет, его причины и действия» - стал настольной книгой у сына.

Дед, Антуан Сезар, уделял воспитанию ребенка большое внимание, и было в мальчике что-то такое, что позволяло деду, не усматривавшему у внука каких-то выдающихся способностей, говорить: «Он далеко пойдет!»

Вся атмосфера в «доме Кювье» формировала серьезный и глубокий интерес к физике. В лицее Луи Леграна, куда определили мальчика, ему также повезло с преподавателями.

В 1872 девятнадцатилетний Анри Беккерель, окончивший лицей, поступил в Политехническую школу. На первых же курсах он начал самостоятельные научные исследования, приобретая весьма пригодившиеся ему впоследствии экспериментальные навыки.

Начало творческого пути

После окончания Политехнического института у Анри Беккереля начинается трехлетний период инженерной деятельности в Институте путей сообщения. К этому же времени относится его женитьба на Люси Жамен, дочери профессора физики, с которой он был знаком еще со времени учебы в лицее. Увы, семейное счастье оказалось недолгим:

Анри потерял любимую жену, едва достигнувшую двадцати лет и оставившую новорожденного ребенка - сына Жана, который также впоследствии стал физиком, четвертым в поколении Беккерелей.

Перенести потерю помогала наука, в которую Анри погрузился полностью. В 1875 появилась его первая публикация в «Журналь де физик». Она была замечена, и двадцатитрехлетнему ученому была предоставлена должность репетитора в Политехнической школе, в которой через 20 лет ему суждено было стать профессором.

В 1878 Анри стал ассистентом отца в Музее естественной истории. Научная тематика их работ относилась, в основном, к области кристаллооптики и магнитооптики. В частности, были выполнены интересные исследования открытого Майклом Фарадеем (см. ФАРАДЕЙ Майкл) вращения плоскости поляризации света в магнитном поле. Повседневно наблюдая за научным ростом сына, уже завоевавшего репутацию прекрасного экспериментатора, отец не мог не испытывать гордости за него. Представленная им в 1888 в Сорбонну докторская диссертация, явившаяся продолжением исследований его деда и отца и плодом десятилетних трудов автора, получила высокую оценку. Через год Анри Беккерель был избран в Парижскую АН и занял там должность непременного секретаря физического отделения. Тремя годами позже он стал профессором Национального музея естественной истории. К этому времени относится и его вторая - после 14-летнего вдовства - женитьба.

Лучи Беккереля

Возможно, об Антуане Беккереле осталась бы лишь память как о весьма квалифицированном и добросовестном экспериментаторе, но не более, если бы не то, что произошло 1 марта в его лаборатории. Тогда он исследовал люминесценцию солей урана, и, закончив работу, завернул образец - узорчатую металлическую пластинку, покрытую урановой солью - в черную, плотную, непрозрачную бумагу и, положив ее на коробку с фотопластинками, поместил все это в плотно закрывающийся ящик стола.

Вынув позже коробку с фотопластинками, он, скорее всего, лишь по привычке добросовестно все проверять, проявил их и был озадачен, обнаружив, что они по какой-то причине оказались засвеченными - на фотопластинке проявилось изображение узорчатой металлической пластинки. Но почему? Попасть на пластинки свет заведомо не мог, значит, понял Беккерель, действие было вызвано какими-то другими лучами.

О том, что существуют невидимые для глаза, но вызывающие почернение фотопластинки лучи, физики уже знали. За полгода до этого совершилось сенсационное открытие Рентгена (см. РЕНТГЕН Вильгельм Конрад). Рентгеновские лучи стали выдающимся событием в физике. Может быть и по этой причине доклад Беккереля 2 марта 1896 в Парижской АН был встречен с большим интересом. 12 мая он рассказал о сделанном им открытии перед более широкой аудиторией, в Музее естественной истории, а затем, в августе 1900 и на Международном физическом конгрессе, который собрался в Париже, чтобы обсудить основные итоги физики 19 века. К тому времени Беккерель уже успел понять, что излучение не является ни люминесценцией, ни чем-либо другим, уже знакомым физикам. Оно не менялось ни при физических (нагревание, давление и т. д.), ни при химических воздействиях, заметить уменьшение его интенсивности не удавалось и, казалось, его энергия черпается из неиссякаемого источника.

Уже было установлено, что неведомые лучи не только вызывают почернение фотопластинок, но и производят разнообразные другие действия (включая биологические: на теле самого Беккереля от находившегося в его кармане препарата образовались долго не заживавшие язвы; с тех пор препараты стали помещаться в свинцовые коробочки). Открытие Рентгена, а затем и Беккереля породило нечто подобное «лучевой эпидемии». Возможно, из множества заявок на открытие такого рода больше других привлекли внимание физиков выступления профессора Блондо из Нанси, который не только «видел» некие новые лучи, но даже сумел провести их спектральный анализ. Правда, другие исследователи (в числе которых, заметим, оказался и Жан Беккерель) не смогли подтвердить этих сообщений, и вскоре, благодаря вмешательству блестящего американского экспериментатора Роберта Вуда (см. ВУД Роберт Уильямс), все закончилось скандальным разоблачением. Финал был, увы, трагичен: Блондо, который, скорее всего, был жертвой самовнушения, не перенеся удара, обрушившегося на него после шумного успеха (Парижская АН успела даже наградить его золотой медалью и премией в 20 тыс. франков), сошел с ума и вскоре умер.

В числе тех, кто всерьез заинтересовался открытием Беккереля, был и ряд выдающихся ученых, в том числе Анри Пуанкаре (см. ПУАНКАРЕ Жюль Анри), Д. И. Менделеев (см. МЕНДЕЛЕЕВ Дмитрий Иванович), специально приехавший в Париж, чтобы познакомиться с работами автором этого открытия и, что нужно подчеркнуть особо, супруги Пьер и Мария Кюри (см. КЮРИ Пьер) .

Деятельный интерес последних привел к новым важным результатам. Было установлено, что, кроме урана, радиоактивность (сам этот термин был введен Марией Кюри) присуща - хотя и в разной степени - и ряду других химических элементов. Начались интенсивные исследования физической природы лучей Беккереля, был обнаружен (столь важный для дальнейшего!) эффект энерговыделения при радиоактивных распадах, открыта наведенная радиоактивность и т. д.

Признание

Все эти выдающиеся достижения не остались незамеченными. Беккерель был избран в Лондонское королевское общество (см. ЛОНДОНСКОЕ КОРОЛЕВСКОЕ ОБЩЕСТВО), Парижская академия наук присудила ему все имевшиеся знаки отличия.

8 августа 1900 Беккерелю предоставляется право выступить с основным докладом на Международном физическом конгрессе в Париже.

Тремя годами позже он, совместно с Пьером и Марией Кюри, удостаивается Нобелевской премии - Беккерель был первым французом, привезшим в Париж Нобелевскую медаль (премию супругам Кюри, которые не смогли приехать в Стокгольм, шведский король Оскар вручил министру Франции).

Почести, восторженный прием при всех его научных выступлениях, поистине международное признание его открытия - все это не изменило стиля жизни Беккереля, он до своего последнего часа остался все таким же, как и прежде - скромным и преданным науке тружеником.

Как и все принципиально новые достижения, открытие радиоактивности не только открыло взгляду ученых новые горизонты в науке, но и породило новые проблемы. Каков механизм радиоактивных распадов? Каковы продукты этих распадов и каковы источники их энергии? Какие действия и почему производят лучи? И вообще - каковы те новые представления о материи, которые вытекают из самого существования явления радиоактивности?

Не на все вопросы мы умеем давать исчерпывающие ответы и сегодня, хотя научные и технические достижения двадцатого века, как и его трагедии, нередко связывают с ядерной физикой, первые шаги которой были сделаны в 1896 в старинном парижском доме Кювье в тихом, живописном Жарден де Плант.

Составить слова из слова беккерель антуан анри

Шрёдингер Эрвин (SchrÖdinger) (1887-1961), австрийский физик-теоретик, один из создателей квантовой механики, иностранный член-корреспондент (1928) и иностранный почетный член (1934) АН СССР. Разработал (1926) так называемую волновую механику, сформулировал её основное уравнение (уравнение Шрёдингера), доказал её идентичность матричному варианту квантовой механики. Труды по электродинамике, статистической физике, элементарным частицам, теории относительности, биофизике, философии. Нобелевская премия (1933, совместно с П. А. М. Дираком).

* * *

ШРЕДИНГЕР Эрвин - ШРЕДИНГЕР (Schrodinger) Эрвин (1887-1961), австрийский физик-теоретик, один из создателей квантовой механики, иностранный член-корреспондент (1928) и иностранный почетный член (1934) АН СССР. Разработал (1926) т. н. волновую механику, сформулировал ее основное уравнение (уравнение Шредингера), доказал ее идентичность матричному варианту квантовой механики. Труды по кристаллографии, математической физике, теории относительности, биофизике. Нобелевская премия (1933, совместно с П. А. М. Дираком).

* * *

ШРЕДИНГЕР (Schrodinger) Эрвин (12 августа 1887, Вена - 4 января 1961, там же), австрийский физик, один из ведущих физиков-теоретиков 20 века, автор основного уравнения волновой механики, вошедшего в квантовую теорию под названием «уравнение Шредингера (см. ШРЕДИНГЕРА УРАВНЕНИЕ)».

Детство, юность, учеба

Отец Эрвина Шредингера, Рудольф Шредингер, получил по наследству небольшую фабрику клеенки, что обеспечивало его семью материально и оставляло ему возможности заниматься и естественными науками: он много лет был вице-президентом Венского ботанико-зоологического общества и выступал там с докладами. Эрвин Шредингер писал впоследствии, что отец был ему «другом, учителем и неутомимым собеседником». Мать Эрвина была чуткой, заботливой и жизнерадостной женщиной. Безоблачное детство Эрвина протекало в доме, где царили доброта, наука и искусство.

До одиннадцати лет ребенка учили дома, а в 1898 он, успешно выдержав вступительные экзамены, поступил в Академическую гимназию, которую окончил в 1906. Эта гимназия пользовалась репутацией престижного учебного заведения, но, в основном, гуманитарного профиля. Тем не менее, после блестяще сданных выпускных экзаменов (Эрвин вообще неизменно был первым учеником в классе), когда пришла пора выбора дальнейшего пути, без колебаний предпочтение было отдано математике и физике. Осенью 1906 Шредингер поступил в Венский университет, где еще недавно, до своей трагической гибели работал Людвиг Больцман (см. БОЛЬЦМАН Людвиг). Но этот выбор Эрвина не сделал его узким специалистом. Круг его интересов всегда оставался удивительно широким. Он знал шесть иностранных языков, хорошо знал немецких поэтов, сам писал стихи.

Все же, на первый план все определеннее выступали дисциплины физико-математического цикла. Во многом, это было заслугой преподавателей, в частности, Фрица Газенроля, о котором в 1929 в Нобелевской лекции Шредингер говорил: «Тогда (во время Первой мировой войны) погиб Газенроль, и чувство подсказывает мне, что не случись этого, он стоял бы здесь вместо меня». Именно этот яркий человек помог второкурснику Шредингеру понять, что его призванием является теоретическая физика. Однако, для докторской диссертации (аналога теперешней дипломной работы) Шредингеру была предложена экспериментальная работа, которая была не только успешно защищена, но и удостоилась опубликования в «Докладах» Венской академии наук. После сдачи выпускных экзаменов, двадцатитрехлетнему Эрвину Шредингеру была присуждена степень доктора философии.

Ассистент, доцент, офицер. На юго-западном фронте.

По тогдашним австрийским законам выпускник университета Эрвин Шредингер должен был год отслужить в армии. После этого он получил место ассистента физического практикума во Втором физическом институте Венского университета. Круг его интересов был весьма широк: радиоактивность в ее связи с атмосферным электричеством (за эти годы работы он был удостоен премии, учрежденной Австрийской академией наук), электротехника, акустика и оптика, в особенности, теория цветов. Тогда же он впервые заинтересовался квантовой физикой. Успешная работа молодого преподавателя была замечена, и 9 января 1914 он был утвержден министерством в звании доцента, что давало ему право читать лекции. Однако, приват-доцентура не оплачивалась, так что материальное положение Шредингера не изменилось, и он по-прежнему жил с родителями в Вене и «залезал к ним в карман» ввиду скудности университетской заработной платы. Попытки изменить это положение были прерваны: началась война, и Шредингер был мобилизован. Но ему еще повезло: его часть находилась на сравнительно тихом участке, так что можно было даже иногда выкроить время для чтения физической литературы. Именно тогда Шредингер познакомился с только что появившимися работами Эйнштейна по основам общей теории относительности.

«Академические годы странствий»

После окончания войны, в ноябре 1918 Шредингер вернулся в Венский физический институт. Однако, послевоенная жизнь в Австрии была трудна, перспектив улучшения не было, и поэтому, получив приглашение поработать в Йенском физическом институте у Макса Вина, Шредингер взял в Вене полугодовой отпуск и с молодой женой (он только что женился) в апреле 1920 поселился на новом месте.

В Германии тогда трудилась плеяда выдающихся физиков, среди которых прежде всего можно упомянуть Эйнштейна (см. ЭЙНШТЕЙН Альберт) и Планка (см. ПЛАНК Макс), и возможность общения с ними была привлекательной. В Йене Шредингер проработал, однако, только четыре месяца. Он уже приобрел «имя» и приглашения на работу в различные научные центры начали поступать все чаще. В начале 1921 университеты Киля, Бреслау, Гамбурга и его родной Вены обещали ему должность профессора теоретической физики. Поступило приглашение и из Штутгарта, и Шредингер переехал туда и в начале 1921 приступил к чтению лекций. Но работа в Штутгарте продолжалась всего один семестр, и Шредингер перешел в университет в Бреслау. Однако, несколько недель спустя, он получил приглашение возглавить кафедру теоретической физики Политехникума в Цюрихе, которую до этого занимали ни больше ни меньше как Альберт Эйнштейн и Макс фон Лауэ (см. ЛАУЭ Макс фон). Это приглашение поднимало Шредингера на высшую ступень академической «табели о рангах». В 1921 г. он перебрался в Цюрих.

Уравнение Шредингера

По складу ума Шредингер, подобно Планку, Эйнштейну и ряду других физиков того времени, тяготел к классическим представлениям в физике и не принял копенгагенской вероятностной интерпретации корпускулярно-волнового дуализма. В 1925 - 1926 Шредингером были выполнены работы, выдвинувшие его в первый ряд создателей волновой механики.

Наличие волновых свойств у электронов Шредингер принял как фундаментальный экспериментальный факт. Для физики волны далеко не были чем-то новым. Было хорошо известно, что в описании волн различной физической природы есть много общего - математически они описываются похожими методами (так называемыми волновыми дифференциальными уравнениями в частных производных). И здесь проявляется любопытнейшее обстоятельство, которое можно проиллюстрировать на примере звуковой волны в органной трубе. Все величины, относящиеся к звуковой волне - и распределение плотностей, и давлений, и температур и т.д. в такой «стоячей» волне являются обычными, описываемыми классической теорией, но, в то же время, существуют и определенные дискретные «резонансные» состояния: каждая из труб, в зависимости от ее длины «настроена» на определенную частоту. Это наводит на мысль, что, например, и различные квантовые дискретные состояния электронов в атомах также имеют такую же «резонансную» природу. Таким образом, волны де Бройля (см. ВОЛНЫ ДЕ БРОЙЛЯ) становятся в ряд «обычных» классических волн, а квантовые дискретные состояния - в ряд «обычных» резонансных. Конечно, для описания электронных (и других подобных им) волн необходимо располагать уравнением, такой же степени общности, как и уравнения Ньютона в классической механике, и в 1926 Шредингер и предложил такое уравнение, знаменитое уравнение Шредингера, явившееся математической основой волновой (по другой терминологии - квантовой) механики. Эта серия работ Шредингера была им опубликована в 1926 под общим названием «Квантование как задача о собственных значениях». Уравнение Шредингера заняло лидирующее место в квантовой теории, и не утратило его и поныне.

Но предложенная Шредингером «классическая» интерпретация той величины, которая определяется этим уравнением - волновой функции - не удержалась. После напряженнейших дискуссий с Бором (см. БОР Нильс), доводивших Шредингера до изнеможения и до отчаяния, ему пришлось признать необходимость отказа от ее классического истолкования в пользу вероятностного. Это был тяжелый удар. Перед отъездом из Копенгагена от Бора Шредингер сказал ему: «Если мы собираемся сохранить эти проклятые квантовые скачки, то мне приходится пожалеть, что я вообще занялся квантовой теорией». Негативное отношение к «копенгагенской интерпретации» квантовой теории у Шредингера (как и у Эйнштейна, Планка, де Бройля, Лауэ) так и не изменилось до конца его дней.

В Берлинском университете

После ухода в почетную отставку Макса Планка кафедра теоретической физики в Берлинском университете оказалась незанятой, и вопрос о его приемнике должна была решить специально созданная комиссия. Она предложила список кандидатов, в котором на втором месте (после Арнольда Зоммерфельда (см. ЗОММЕРФЕЛЬД Арнольд)) значилась фамилия Шредингера. Зоммерфельд отказался переехать в Берлин, и возможность занять весьма престижное место открылась перед Шредингером. Он колебался и, может быть, не покинул бы прекрасный Цюрих, если бы не узнал, что Планк «…был бы рад…» видеть его преемником. Это решило дело, и в конце лета 1927 Шредингер переселился в Берлин. Тепло принятый новыми коллегами, он быстро освоился на новом месте, и годы жизни и продуктивной работы в Берлине он потом вспоминал как «прекрасные». На следующий год после переезда из Цюриха Шредингер был единогласно (что бывало чрезвычайно редко!) избран членом Берлинской академии наук. Но основным полем деятельности оставался университет. Хотя Шредингер был типичным «одиночкой» и не создал школы, его научный и нравственный авторитет играл важную роль.

Все рухнуло в 1933, когда к власти пришли фашисты. Началось массовое бегство из Германии лучших ученых. Даже отсутствия «гарантии, что человек безоговорочно примет национал-социалистический режим» было достаточно, чтобы подвергнуться преследованию. Шредингер также решил покинуть Германию. «Я терпеть не могу, когда меня донимают политикой» - это его слова. Под предлогом творческого отпуска он уехал в Южный Тироль, а оттуда в октябре 1933 вместе с женой перебрался в Оксфорд. Вскоре Шредингер получил известие, что он удостоен Нобелевской премии по физике за 1933.

Три года проработал Шредингер в Оксфорде исследователем-стипендиатом. Тоскуя по родине, он вернулся в Австрию; с октября 1936 Шредингер - ординарный профессор теоретической физики университета в Граце. Но в марте 1938 после аншлюса (см. АНШЛЮС) немецкие порядки распространились и на Австрию, и 31 марта Шредингер был из-за политической неблагонадежности вычеркнут из всех университетских списков Германии и Австрии.

Опять скитания. Переезд в Дублин

Через Италию, Швейцарию и Бельгию Шредингер в 1939 опять вернулся в Англию, где он был защищен от непосредственной фашистской угрозы. В это время глава правительства Ирландии, И. де Валера, математик по образованию, занимался организацией в Дублине института, подобного Принстонскому, и Шредингер стал его главой. Здесь он проработал 17 лет, активно занимаясь не только физикой, но и философией, поэзией и даже биологией; в 1944 г. вышла его известная книга «Что такое жизнь? с точки зрения физика», в 1949 г. - сборник стихов, а в 1954 - книга «Природа и греки». Как физик, он в эти годы много работал в области теории гравитации и, подобно Эйнштейну, прилагал большие усилия для построения единой теории поля (см. ЕДИНАЯ ТЕОРИЯ ПОЛЯ).

После окончания войны Шредингер не раз получал приглашения вернуться в Австрию и в Германию. Но он полюбил Ирландию, и только поверив, что угрозы новых политических потрясений миновали, решился вернуться на родину. Его возвращение было триумфальным. Шредингер проработал в Венском университете два года и еще один «год почета». Последние годы его жизни прошли в живописной тирольской деревне Альпбах.

Составить слова из слова шрёдингер эрвин