БУДУЩНОСТЬ

В системе русского литературно-книжного словообразования характерно наличие лишь очень небольшого количества имен существительных, произведенных при помощи суффиксов от основ старославянских причастий на -ущ-. Это слова с суффиксом -ств-о: могущество, имущество, преимущество, существо - и с суффиксом -ность: сущность и будущность (ср. бытность).

Но было бы величайшей ошибкой найти в этих двух морфологических цепях или даже в одной из них продукт словотворчества одной и той же социальной среды и одной и той же эпохи. Обоснование такого вывода невозможно без предварительной реконструкции индивидуальной истории каждого слова. Так, слово будущность в русском литературном языке - более нового образования, чем слова сущность и бытность.

Слово будущность в современном русском языке выражает два значения:

1) `Будущее чего-нибудь, состояние, положение чего-нибудь в будущем'. Например: будущность европейской культуры, будущность народного образования. Это значение свойственно стилям книжного языка, хотя оно широко употребительно и в разговорной речи интеллигенции.

2) `Участь, карьера; ожидаемый успех, будущее преуспеяние'. Пророчить кому-нибудь блестящую будущность. У этого дела нет никакой будущности. Погубить свою будущность. Перед ним - печальная будущность (см. Ушаков, 1, с. 199). Это значение тоже носит отпечаток книжности, но оно ближе к общеразговорной бытовой речи. Это значение развилось на основе оптимистической, положительной оценки того будущего, на которое указывало слово будущность.

Легко заметить, что слово будущность в одном из своих значений - именно в первом, основном - синонимично со словом будущее. Однако эта синонимия не полная. Она не покрывает всех значений и оттенков слова будущее. Например, в предложениях: будущее покажет, как ты заблуждаешься; в ближайшем будущем сообщение об этом появится в газетах - слово будущее имеет значение будущего времени, т. е. времени, следующего за настоящим. Это очень отвлеченное значение чуждо слову будущность. С другой стороны, значение `участь, карьера' не развилось и не могло развиться в слове будущее, так как общее, нейтральное обозначение того, что случится и может случиться вслед за настоящим, лишено непосредственной эмоциональной оценки. В русском литературном языке XVIII и начала XIX вв. в субстантивированном значении слово будущее употреблялось главным образом в простом и среднем стиле. В высоком стиле ему соответствовало церковнославянское слово грядущее, которое было широко употребительно и в поэтическом языке до 40-х годов XIX в. Например, у Пушкина в «Элегии» («Безумных лет угасшее веселье...»):

Мой путь уныл.

Сулит мне труд и горе

Грядущего волнуемое море.

У Лермонтова в «Думе»:

Печально я гляжу на наше поколенье,

Его грядущее иль пусто иль темно.

Слово будущность было образовано в новом стиле российского языка конца XVIII - начала XIX вв. для вытеснения слова грядущее. Карамзину и особенно той литературной школе, которая сделала имя его своим знаменем, слово грядущее представлялось церковнославянизмом, не соответствующим легкости и элегантности среднего светского стиля, а слово будущее - слишком банальным, маловыразительным бытовым или школьным. На помощь приходил излюбленный Карамзиным и его сторонниками (например, П. А. Вяземским) прием образования отвлеченных слов при помощи суффиксов -ость и -ность (ср. продуктивность французских суффиксов -eté, -ité, -abilité и т. п.). Для слова будущность образцами могли служить сущность и отчасти бытность. В журнале «Московский зритель», издававшемся кн. П. Шаликовым (1806, ч. 2, № 3, с. 24), издатель в примечании указывал, что слово будущность - неологизм. Поводом к издательскому примечанию послужило употребление слова будущность в стихотворении Б.* «Воспоминание»: «А я всю будущность мечтаньем обнимая».

А. С. Шишков в «Рассуждении о старом и новом слоге российского языка» порицал писателей, которые «из русских слов стараются делать не русские, как, например: вместо будущее время говорят будущность, вместо настоящее время - настоящность и проч.» (Шишков, Рассужд. о ст. и нов. слоге, 1813, с. 23). Тут же в примечании разъяснялось, что «сии слова, нигде прежде в языке нашем не существовавшие, произведены по подобию слов изящность, суетность, безопасность и проч. Ныне уже оные пишутся и печатаются во многих книгах: а потому надеяться должно, что словесность наша время от времени будет еще более процветать. Например: вместо прошедшее время станут писать прошедшность».

Иронические пророчества Шишкова не сбылись: не только не возникло слова прошедшность, но заглохло и индивидуальное новообразование настоящность. Но слово будущность укрепилось в русском литературном языке, правда, не без борьбы. Еще в 30-х годах в анонимной повести «Авторский вечер» (1835) литературный старовер-дядя убеждал своего племянника, сторонника стиля Сенковского и «Библиотеки для чтения», что у слова будущность нет никаких перспектив, что оно образовано вопреки морфологическим нормам не только русского, но и французского языка. Ведь во французском языке нет слова la futurité, а `будущее' здесь выражается словами le futur или l'avenir. И все же слово будущность вошло в норму нового слога российского языка уже в 10-е годы или, вернее, к 10-м годам XIX в. У А. Ф. Мерзлякова в «Воспоминании о Ф. Ф. Иванове»: «Они умеряли порывы восторгов наших, не убивая их совершенно, давали нам строгие советы, не приводя нас в отчаяние и закрывая перед очами нашими печальную будущность завесою благообещающей отдаленности» (Труды о-ва люб. росс. словесн., 1817, ч. 7, с. 103).

Слово будущность в силу особенностей своего образования и своей экспрессивной окраски ужилось рядом со словом будущее. Неологизм будущность представлялся более литературным, эффектным, чем будничное слово будущее. В этом отношении между словами будущность и будущее, с одной стороны, и настоящность - настоящее, с другой стороны, не было стилистического параллелизма. Слово настоящее в отвлеченном, субстантивированном употреблении (т. е. в значении `современность, наличная жизнь, настоящее время') само казалось слишком книжным, школьным. В образовании слова настоящность тем менее ощущалось нужды. Характерно, что субстантивированная форма настоящее в качестве особого слова не помещено ни в одном русском толковом словаре XIX в.

В слове будущность, в отличие от будущего, уже в 20-30-х годах XIX в. обозначился оттенок `перспектива, участь, карьера'. Но в словаре 1847 г., куда впервые попало слово будущность, оно определяется еще как синоним слова будущее: «То же, что будущее. Счастливая будущность» (1, с. 180). Так же поступает В. И. Даль: «Будущность ж. будущее, все то, что еще впереди, по времени» (cл. Даля 1880, 1, с. 148).

У В. И. Даля в «Похождениях Христиана Христиановича Виольдамура и его Аршета»: «Расписав себе великолепную, громкую и славную будущность, он простился с благодетелем своим и перебрался на другой конец города» (Даль 1898, 10, с. 72); «Великолепная будущность, громкая слава на весь крещенный мир - и нищенская сума» (там же, с. 198); «Христиан... ожил, повеселел, старался расписать будущность свою по возможности веселыми красками» (там же, с. 223).

В последнем слове И. Г. Прыжова на суде (1870): «В моем прошедшем... была разрушена почти вся будущность. Виною этому не я, виною этому - самые сложные обстоятельства... Из всех людей моей профессии не было почти ни одного, у которого будущность эта не была разрушена, все это были жертвы...» (Прыжов, с. 419-420).

Любопытно, что в чешском языке образовано целое гнездо слов однородного типа, включающее в себя и прилагательное на -ný, и имя существительное на -nost, и субстантивированную форму имени существительного на -по, и соответствующие наречия: budoucný `будущий'; budoucno `будущее'; budoucnost `будущность, будущее'; do budoucna `вперед, впредь'; budoucnĕ `впредь, на будущее время'.

Трудно сомневаться в том, что все эти слова не восходят ко времени, более раннему, чем конец XVIII - начало XIX в.

Статья ранее не публиковалась. Печатается по машинописному экземпляру с авторской правкой, содержащему исправления и дополнения по сравнению с сохранившейся рукописью (6 ветхих листков разного формата). На одном из листков имеется текст, отсутствующий в машинописном экземпляре. Этот текст помещен в конце статьи.

В опубликованных работах В. В. Виноградова встречаются следующие упоминания слова будущность:

1) «Карамзин выдвигал задачу - образовать один, доступный широким кругам национально-литературный язык "для книг и для общества, чтобы писать, как говорят, и говорить, как пишут". Для этого необходимы: устранение резких церковнославянизмов, особенно культового, архаически-книжного и "учено"-старомодного типа в произношении, грамматике и словаре, при широком использовании тех славянизмов, которые стали общим достоянием книжной речи; тщательный отбор наличного языкового материала и создание новых слов и оборотов (ср. неологизмы самого Карамзина: влюбленность, промышленность, будущность, общественность, человечность, общеполезный, достижимый, усовершенствовать и др.)» (Вопросы образования русского национального литературного языки // Виноградов. Избр. тр.: История русск. лит. яз., с. 198).

2) «А. С. Шишков замечает: "другие из русских слов стараются делать нерусские: напр., будущность, настоящность и проч." (Шишков, Собр. соч., ч. 2, с. 23, 24). Как отмечено в работе G. Hüttl-Worth [Gerta Hüttl-Worth. Die Bereicherung des russischen Wortschatzes im XVIII. Jahrhundert. Wien, 1956, S. 53, 54], слово будущность - новообразование Н. И. Новикова» (Виноградов. Проблема авторства, с. 313).

3) «Особенно труден и запутан вопрос о новообразованиях русского языка, содержащих морфемы церковнославянского происхождения (типа будущность, современность, общественность и т. п.)» (О новых исследованиях по истории русского литературного языка // Виноградов. Избр. тр.: История русск. лит. яз., с. 245). - И. У.

Составить слова из слова будущность

УХАЖЁР

Выделение живого суффикса в группе заимствованных слов и включение его в систему русского национального словообраз ования - знаменательный момент в истории русского словаря. Так возникают новые русские лексические категории слов, главным образом в пределах классов имен и глаголов, новые словообразовательные модели, которые в целом никак не могут быть отнесены к заимствованиям. Понятно, что и единичные, затерянные среди многочисленных лексических рядов просторечные образования останавливают внимание историка-семасиолога.

Слово ухажёр представляет большой интерес для историка русского языка и по своему строению и по своим семантическим особенностям. Оно кажется продуктом мещанского лингвистического вкуса. Оно особенно широко распространилось в первые годы после революции 1917-1918 гг. и тогда же поразило ревнителей русского языка. Так, А. Г. Горнфельд в своей брошюре «Новые словечки и старые слова» признает образование ухажёр «оскорбительным» для русского литературного языка. Причина дефектности новшеств этого рода «лежит, по Горнфельду, целиком в недостаточной культурности массы, внезапно ставшей главным, если не единственным, регулятором и фактором языкотворческого процесса»³⁹⁴.

Но суждение пуриста часто бывает односторонним и в силу этого неисторичным. Действительно, морфологический состав слова ухажёр в высшей степени своеобразен. Оно образовано от глагольной основы ухаж- (ср. глагол ухаживать) с помощью суффикса -ёр, осознаваемого в таких заимствованных словах, обозначающих действующее лицо, как режиссёр (ср. режиссура), дирижёр (ср. дириж-ировать), хроникёр (хроника), репортёр (репортаж) и т. п. Продуктивность суффикса -ёр и распространяющаяся тенденция сочетать его с чисто русскими основами обнаруживаются в образовании на русской почве не только таких слов, как киоскёр (30-е годы XX столетия), но и таких, как шумёр (в профессиональном диалекте театра). Слово шумёр зарегистрировано словарем Д. Н. Ушакова: «Шумёр, а, м (театр.). Лицо, ведающее постановкой шумовых эффектов» (4, с. 1376).

Однако, в слове ухажёр поражает выделение основы ухаж- из глагола ухаживать. Нормально-литературным образованием имени действующего лица от основы этого глагола было бы ухаживатель. Такое слово и существует. В сочетании с другими суффиксами основа ухаж- или что-нибудь подобное в русском языке неизвестны. Эта единичность, раритетность образования ухажёр, его несоответствие литературным нормам словопроизводства, некоторая монструозность вызывает представление о мещанской, неинтеллигентной, полукультурной социальной среде, в которой это слово сложилось. Вместе с тем, в самом методе образования этого слова есть претенциозность, как бы потуги на «европеизм». Само собою разумеется, что слово ухажёр возникает и употребляется как слово в высшей степени экспрессивное.

Тот же прием сращения заимствованного, народно-книжного суффикса действующего лица с русскою или славяно-русскою основною частью отмечен и в таком областном синониме слова ухажёр: «Воздыхатор - ухаживатель, влюбленный. - Саратовск. губ.»³⁹⁵ И от этого образования веет духом мещанской претензиозности. Именно такие слова Пушкин связывал со стилем «дурного общества».

Непосредственно очевидно, что слово ухажёр - образование сравнительно недавнее. Но в том, что оно существовало до революционной эпохи и возникло не позднее конца XIX в. и самых первых годов XX столетия, нельзя сомневаться. Слово ухажёр впервые в лексикографические коллекции внесено проф. И. А. Бодуэном де Куртенэ. Среди нового материала, присоединенного Бодуэном де Куртенэ к словарю В. И. Даля, находим: «Ухажёр, ухажор, м., ухаживающий за девушкой или взрослой дамой, говорящий ей комплименты и т. п. Ср.: уходить - ухаживать» (сл. Даля, 1913, 4, с. 1103).

В словаре Д. Н. Ушакова уже помещено целое гнездо из трех слов: « Ухажёр, а, м. (простореч.) Мужчина, любящий ухаживать за женщинами, волокита...»; «Ухажёрский, ая, ое (простореч.) Прил. к ухажер. Ухажерские ухватки»; «Ухажёрство, а, мн. нет, ср. (простореч.) Ухаживание за женщинами, поведение ухажера» (4, с. 1027-1028).

Из сопоставления этих фактов можно заключить, что слово ухажёр стало широко распространяться в общеразговорной речи только в первые десятилетия нашего столетия. Это слово было неизвестно В. И. Далю. Есть основания предполагать, что оно образовано не раньше, чем в 90-е г. XIX в., быть может, даже в первые годы XX в. В самом деле, М. Михельсон еще не знал этого слова. Он не включил его в свои фразеологические сборники, даже в последнюю редакцию «Русская мысль и речь. Свое и чужое» (1912). То значение глагола ухаживать, с которым связано слово ухажёр, стало широкоупотребительным в русском литературном языке только с 40-50-х гг. XIX в.

Глагол ухаживать в этом значении стал рядом как синоним с более старым офицерским - приударять (или ударять), который в свою очередь пришел на смену слову волочиться.

Например, у Тургенева в повести «Первая любовь»: «Я ухаживал за ней так, как будто дело это было мне не внове: точно так, как я ухаживал потом за другими» (ср. примеры употребления глагола ухаживать в романе Писемского «Тысяча душ»). Любопытно, что в словаре В. И. Даля это применение глагола ухаживать еще не нашло отчетливого и полного отражения. Здесь читаем: «Ухаживать - (ваю) за кем, за чем, у чего, прислуживать, пещись, заботливо ходить, угождать; присматривать, наблюдать, смотреть, холить, охранять; ходить за чем-либо. Она век за больным мужем ухаживает. Коровница наша хорошо ухаживает за скотом. Я за цветами сама ухаживаю. // Стеречь с корыстною целью, желая приобрести что-либо. Уж он давно около моего коня ухаживает» (сл. Даля 1912, 4, с. 1113).

Опубликовано в 1992 г. (см. комментарий к статье «Маковая росинка»). В архиве сохранилась машинопись с авторской правкой (4 стр.) и машинописная копия с нее (4 стр.). Печатается по машинописи, с авторской правкой с внесением ряда необходимых поправок и уточнений.

О словах ухаживать, ухажёр см. также статью «Волочиться за кем-н., махаться с кем, приударить, ухаживать, ухажёр» в III ч. настоящего издания. - Е. X.

³⁹⁴ См. Успенский Л. Русский язык после революции // Slavia, 1931, ročn. 10, seš. 2. С. 253.

³⁹⁵ Водарский Вяч. Список некоторых областных слов // РФВ, 1912, № 4. С. 398.

-----------------------------------

Волочиться за кем-нибудь, махаться с кем, приударить, ухаживать, ухажёр.

Зависимость социально-экспрессивных значений и употреблений слов от мировоззрения, культуры и быта социальной среды, ее языка ярко сказывается в истории переносных выражений, которыми обозначался в русском языке эротический интерес мужчины к женщине. Так, в светской дворянской речи XVIII в. возникло слово махаться в значении: `флиртовать, волочиться'.

П. И. Мельников в «Бабушкиных россказнях» писал: «Махаться с кем в XVIII столетии употреблялось вместо нынешнего волочиться за кем. Перевод s'éventer - обмахиваться веером. Веер, как и мушки, прилепленные на лицо, играли важную роль в волокитствах наших прадедов и прабабушек. Куда прилеплена мушка, как и куда махнула красавица веером - это была целая наука». Ср. там же, в «Бабушкиных россказнях»: «Ах, как любил покойник об амурах козировать (causer. - В. В.), ах, как любил!.. Бывало, не токма у мужчин, у дам у каждой до единой переспросит - кто с кем «махается», каким веером, как и куда прелестная нимфа свой веер держит» (Мельников-Печерский П. И., Полн. собр. соч., 1909, 1, с. 209).

В позднее распространившемся выражении волочиться за кем-нибудь (ср. опытный волокита), также связанном с жаргоном дворянства, есть налет иронической экспрессии. В Академическом словаре 1847 г. это значение толковалось так: «Стараться преклонить к плотской любви» (сл. 1867-1868, 1, с. 322).

Военно-офицерским духом пахнет распространившееся с 20-30-х годов выражение приударить в значении: `начать усиленно флиртовать, волочиться'. Ср. в воспоминаниях генерал-майора князя А. В. Трубецкого об А. С. Пушкине: «Дантес часто посещал Пушкиных. Он ухаживал за "Наташей", как и за всеми красавицами (а она была красавица), но вовсе не особенно "приударял", как мы тогда выражались, за нею» (Русск. старина, 1901, январь-март, с. 258). У А. Ф. Писемского в романе «Взбаламученное море»: «За ней что-то флигель-адъютант очень уж приударяет». В очерке А. Чужбинского «Стоянка в Дымогаре»: «Полковой адъютант начал ударять за городничихой...».

Буржуазно-мещанский колорит ощутителен в слове ухаживать (ср. претенциозно-мещанское словообразование по типу «европеизмов»: ухажёр).

(Виноградов. О языке худож. лит., с. 175-176).

Составить слова из слова ухажёр