БАЛКАНИ́СТИКА - совокупность науч. дисциплин, изучающих языки, историю и культуру народов, населяющих терр. Балканского п-ва; в узком смысле - балканское языкознание, лингвистич. дисциплина, занимающаяся изучением яз. Балканского п-ова. Традиционно считается, что впервые балканистич. проблемы поставлены В. Копитаром, отметившим в 1829 единство "языковой формы" албан., болг. и рум. языков. Однако, как показала А. В. Десницкая, истоки сопоставит. изучения балканских яз. уходят глубже, к трудам балканских просветителей Т. Каваллиотиса и Даниила, авторов первых многоязычных словарей балканских языков, к работам ученых кон. 18 - нач. 19 вв. И. Тунмана и В. Лика. Линия иссл., намеч. Копитаром, продолжена Ф. Миклошичем, отметившим (1861) общие черты грамматики балканских языков. В целом в 19 - нач. 20 в. выделяются две линии иссл., соединение к-рых привело к возникновению Б. как науки: конкретные иссл. по славянским, балкано-романским, новогреч. и албан. языкам и изучение взаимодействия этих языков (работы Шухардта, сторонников теории субстрата, Бодуэна де Куртенэ). Начало Б. как самостоят. науч. дисциплины связывается с выходом в 1926 монографии датского ученого К. Сандфельда "Балканская филология. Проблемы и результаты", в к-рой впервые собран воедино огромный мат-л схождений между балканскими яз. на разных уровнях - балканизмов - и обоснованием выдвинутого в 1928 Н. С. Трубецким понятия языковой союз.

По наст. время проблематичен вопрос о круге яз., включаемых в поле зрения Б. Так, предлагается считать балканскими лишь языки балканского яз. союза: албан., балкано-романские, болгар., македон., новогреч., часть говоров сербскохорватского яз., осн. внимание уделяя сравнительно небольшому числу общих для этих яз. балканизмов. Более перспективным представляется др. подход (намеч. еще Санфельдом), при к-ром объектом иссл. становится весь языковой материал Балкан, включающий также сербскохорват., турецкий яз. и островные диалекты, однако рассматривается он с т. з. языковых схождений, в т. ч. охватывающих лишь два соседних яз. или диалекта.

В наст. время господствует мнение, что развитие балканского яз. союза представляет собой пост. смену и взаимодействие сосуществующих географически и сменяющих друг друга разных ситуаций двуязычия и многоязычия. В последнее время делались попытки построения единой грамматики балканского яз. союза на основе фронтального сравнения грамматик (прежде всего синтаксиса) балканских яз. (Т. В. Цивьян). Также нарастает тенденция к комплексному изучению процессов, происходящих на Балканах, с учетом истории, этнографии, литературы, фольклора, мифологии и т. п. народов Балканского п-ова.

Особый раздел составляет античная Б. (или палеобалканистика), изучающая древние яз. Балканского п-ова и прилегающих регионов: иллирийский, фракийский, дако-мизийский и др.

Большую роль в становление Б. как науки внесли труды Н. С. Трубецкого и А. М. Селищева. В наст. время гл. центрами балканистических иссл. в России является Ин-т славяноведения и балканистики РАН в Москве (Вяч. Вс. Иванов, Т. В. Цивьян и др.) и Ин-т лингвистических иссл. РАН в Пб. (А. В. Десницкая и др.; в числе проч. выпускается многотомный труд "Основы балканского языкознания").

Составить слова из слова балканистика

Малоази́йские алфави́ты -

буквенные письменности, распространённые в

древности в пределах Малой Азии (Турция), на островах Эгейского моря и в

прилежащих областях. По письменным памятникам известны алфавиты: фригийский (конец 8-3 вв. до н. э.) на

территории Древней Фригии (центр и северо-запад Анатолии),

мизийский - одна надпись из Уюджика (северо-запад полуострова),

лидийский (надписи конца 7 - конца

4 вв. до н. э. из Лидии, Карии и Египта), «паралидийский» (одна

надпись 6 в. до н. э. из лидийского города Сарды), карийский, насчитывающий свыше 10 локальных и

хронологических вариантов (в Карии, Египте, Ионии, а также одна надпись

из Афин) в надписях начала 7 - начала 3 вв. до н. э.,

«паракарийский», известный по нескольким глиняным табличкам,

по-видимому, из Карии, а также по «кароидным» надписям из Эфеса,

Халкетора и Стратоникеи 7-2 вв. до н. э. (?). Возможно, сюда же

относится текст на остраконе (глиняном черепке) из Диосполиса Малого

(Египет). Ликийским алфавитом записаны

тексты 5-3 вв. до н. э. Надписи сидетским алфавитом из города

Сиде и Селевкии (Южная Памфилия) относятся к началу 5 - началу 2 вв. до

н. э. Вероятны находки в этих районах и других памятников, записанных

неизвестными до сих пор алфавитами. Древнейшие карийские и лидийские

тексты могут восходить, по крайней мере, к середине 7 в. до н. э., и при

этом они резко отличаются от соседних эолийских и ионийских

алфавитов.

М. а. сильно различаются между собой как по числу знаков, так и по их

форме, а также по фонетическому значению

формально близких или идентичных знаков. Число букв во фригийском и

мизийском алфавитах около 20, в «паралидийской» надписи 18, в сидетском

не менее 25, в лидийском 26, в ликийском 29, в каждом из вариантов

карийского не более 35. В «паракарийском» отмечено более 45 различных

знаков, но этот факт может быть объяснён невозможностью ныне определить

как состав графем, так и их локальную и

хронологическую дистрибуцию.

До последнего времени господствовало мнение, что все алфавиты были

заимствованы у греков, но в каждом ареале подверглись соответствующей

модификации. Однако лишь древнефригийские надписи 2‑й половины 8 в. до

н. э., синхронные древнейшим греческим, очень близки архаическому греческому письму, особенно «западному». Наиболее

вероятной представляется гипотеза о том, что западносемитская

«квазисиллабическая» (консонантная) письменность

с невыраженными гласными была заимствована, в

основном независимо друг от друга, индоевропейскими народами Малой Азии, с одной

стороны, и греками - с другой, примерно в 9-8 вв. до н. э. (см. Западносемитское письмо). Если источником

греческих алфавитов (из которых «западные» заметно ближе малоазийским),

а также фригийского было финикийское

письмо (однако в варианте, отличном от дошедших до нас алфавитов

Библа, Сидона и финикийских колоний), то М. а., возможно, восходят к

другим вариантам древнесемитского квазиалфавита, содержавшим значительно

большее число графем и графических вариантов, чем финикийский, и,

возможно, распространённым в Палестине и северной Аравии. Использование

семитских знаков для фарингальных, ларингальных и велярных спирантов, а

также сонантов в фонетическом значении чистых гласных могло произойти у

этих народностей в значительной мере параллельно. Особенно наглядно это

видно в карийских, лидийских и «паралидийских» текстах, где в

хронологический ряд выстраиваются факультативные консонантные,

полуконсонантные и полностью огласованные записи (ср. подобные примеры в

этрусских и иных италийских текстах), например карийское msnr, msnar

и mesnar. Показательно, что многие графемы М. а. находят ближайшие

формальные и фонетические аналогии в южносемитских, а не в

северносемитских квазиалфавитах (ср. лидийскую l из южносемитской

«ламеда», ликийскую χ из южносемитской «хета» и т. д.). Локальные

греческие и территориально смежные М. а. непрерывно взаимовлияли, а

заимствования шли в обе стороны (ср. появление в некоторых греческих

алфавитах «беты» в форме N). Такая интерференция

усилилась с 6 в. до н. э. в связи с возрастающей ролью эллинской

цивилизации; чётко видна графическая адаптация букв (вплоть до усвоения

«восточногреческих» графем) в памятниках ликийского и карийского языков

6-4 вв. до н. э. С другой стороны, сидетский алфавит, вплоть до времени

окончательного вытеснения его греческим, внешне резко отличался от

последнего. Можно предположить сознательную тенденцию отталкивания от

него: ср., например, графическое упрощение знаков для k, t, z в сторону

большего несходства с соответствующими греческими буквами. В эпоху

эллинизма все эти алфавиты вытесняются общегреческим ионийским (не

позднее 2 в. до н. э.). Дошедшие до нас более поздние тексты на

писидийском (1-2 вв. н. э.) и новофригийском (2-4 вв.) языках записаны

обычным греческим письмом того времени.

/>

Языки Азии и Африки, т. 1, М., 1976;

Тайны древних письмён. Проблемы дешифровки, М., 1976;

Фридрих И., История письма, пер. с нем., М., 1979;

Гельб И. Е., Опыт изучения письма, пер. с англ., М.,

1982.

А. А. Королёв.

Составить слова из слова малоазийские алфавиты

Фраки́йский язы́к

(фрако-дакийский язык) - язык индоевропейских племён фракийцев,

населявших в древности северо-восток Балканского полуострова, а также

северо-запад Малой Азии; составляет отдельную группу в составе семьи индоевропейских языков.

Засвидетельствован в нескольких надписях 6-3 вв. до н. э., выполненных

греческим письмом и плохо поддающихся

истолкованию, в многочисленных именах

собственных, глоссах из сочинений античных и

византийских авторов, а также в дакийских названиях растений из списка

позднеантичного врача Диоскорида, дошедшего в записи 3-4 вв. В состав

Ф. я. включают и мизийский язык (одна надпись 3 в. до н. э. из Малой

Азии и несколько глосс). Некоторые учёные выделяют из Ф. я. особые

дако-мизийский (В. Георгиев) и дако-гетский языки (А. Врачу). Следы

Ф. я. сохраняются в современных балканских

языках (румынском, албанском, болгарском).

Фонетика Ф. я. характеризуется наличием 5 гласных (a, e, i, o, u), различавшихся по долготе и

краткости, 18 согласных фонем и сонантов, дифтонгов

ai, ei, au, eu. Характерной особенностью является передвижение согласных

и чередование в некоторых случаях гласных в корне. Морфологическая

структура, воссоздаваемая главным образом по данным имён собственных,

представлена отдельными падежными формами имени

(им. п., род. п., дат. п., местный п.), рядом словообразовательных элементов (суффиксов и

префиксов), формами прилагательных на -ēnos, -mēnos. Синтаксис практически не реконструируется из-за

отсутствия надёжно толкуемых связных текстов.

Лексика состоит главным образом из имён

собственных (около 1500), глосс (около 30), дакийских названий растений

(около 40), слов из надписей.

В изучение Ф. я. большой вклад внесли В. Томашек и Д. Дечев,

создавшие корпус фракийских языковых памятников и осуществившие их

первую лингвистическую интерпретацию. Дальнейшее развитие

фракологические исследования получили в трудах Георгиева, В. Бешевлиева,

И. Дуриданова, К. Влахова, Й. Руссу и Врачу (вопросы реконструкции

различных уровней Ф. я., его лингвистического

статуса, ареальных и генетических связей с другими индоевропейскими

языками, систематическое описание ономастики,

изучение влияния фракийского субстрата на

формирование современных балканских языков).

В СССР произведена ареально-этимологическая

интерпретация имён собственных и некоторых глосс, выявлена их тесная

связь с балтийскими языками (В. Н. Топоров);

осуществлено комплексное описание надписей, глосс и дакийских названий

растений, на основании которого определена принадлежность Ф. я. к

палеобалканской языковой зоне (В. П. Нерознак); установлены отдельные

фрако-хетто-лувийские ономастические параллели

(Л. А. Гиндин).

Дечев Д., Характеристика на тракийския език,

София, 1952;

Бешевлиев В., Проучвания върху личните имена у

траките. София, 1965;

Топоров В. Н., К фракийско-балтийским языковым параллелям,

в кн.: Балканское языкознание, М., 1973;

его же, то же, ч. 2, в кн.: Балканский лингвистический

сборник, М., 1977;

Влахов К., Тракийски лични имена, София,

1976;

Георгиев В., Траките и техният език, София,

1977;

Нерознак В. П. Палеобалканские языки, М., 1978,

с. 21-65;

Tomaschek W., Die alten Thraker, I-II,

«Sitzungsberichte der Akademie der Wissenschaften in Wien», 1893-94,

Bd 128-31;

Russu I. I., Limba traco-dacilor, 2 ed., Buc.,

1967;

Duridanov I., Thrakisch-dakische Studien, Bd 1.

Die thrakisch- und dakisch-baltischen Sprachbeziehungen, Sofia,

1969;

Detschew D., Die thrakischen Sprachreste,

2 Aufl., W., 1976;

Vraciu A., Limba daco-geților, Timișoara,

1980.

В. П. Нерознак.

Составить слова из слова фракийский язык