Ао́рист
(греч. ἀόριστος) -
грамматическая категория праиндоевропейского глагола, выражавшаяся совокупностью нескольких
парадигм личных форм, различных по
своей структуре и происхождению, но имевших относительно общее видо-временно́е значение
недлительного совершенного прошедшего
действия.
Праиндоевропейский аорист реконструируется по
данным текстов Ригведы и Авесты, санскрита, древнегреческого и старославянского языков. В некоторых славянских языках аорист как особая глагольная
категория функционирует до сих пор (болгарский,
сербскохорватский, лужицкие). Структура и динамика аориста хорошо
реконструируется в истории праславянского языка. В других
индоевропейских языках аорист рано утрачен, но его рефлексы
прослеживаются в германском и кельтском претерите, латинском перфекте и др.
Праиндоевропейский (как и праславянский) аорист составлял
нейтрализуемые корреляции с имперфектом
и презенсом. Аорист и имперфект противопоставлялись презенсу как
прошедшее - непрошедшему (настоящему и будущему) с помощью более архаических (так
называемых вторичных) флексий лица и числа. Окончания
всех лиц ед. ч. и 3‑го л. мн. ч. аориста (*‑m, *‑s, *‑t, *‑nt)
отличались от соответствующих окончаний презенса (*‑mi, *‑si, *‑ti,
*‑nti) отсутствием форманта *‑i. Презенс и имперфект, образованные от
основы презенса, противопоставлялись аористу
спецификой аористных основ (ступень редукции корня, формант *‑s и др.), хотя не для всех классов
глагола; в ряде случаев основы аориста и презенса совпадали, презенс и
аорист различались лишь окончаниями.
Аорист и исконный имперфект объединялись общностью флексий и
отличались спецификой основы, хотя в некоторых случаях совпадали и
основы, т. е. формы аориста и имперфекта нейтрализовались. В плане
содержания маркированным был имперфект и обозначал длительное
несовершенное действие.
Развитие древнего аориста осуществлялось в тесном взаимодействии с
другими глагольными категориями, и прежде всего с имперфектом. Общая
тенденция генерализации основ обусловила усиление нейтрализации в
корреляции аориста и имперфекта вплоть до полной их конвергенции, чаще в пользу форм прежнего
имперфекта. Результаты такого процесса отмечаются в Авесте и
праславянском, где формы аориста часто восходят к прежнему имперфекту.
В тех языках, где аорист рано утрачен, отдельный формы его
конвергировали с формами презенса или перфекта. Некоторые формы
германского и кельтского претерита восходят то к аористу, то к
перфекту.
Противоположная тенденция усиления оппозиции аориста и имперфекта
приводила к усилению формального выражения аориста (формант *‑s и др.).
Грамматикализация форманта *‑s-, по происхождению словообразовательного суффикса, первоначально
имевшего лишь видовое значение, привела к формированию сигматического
аориста (иначе - слабого, или нового, характеризующегося
суффиксом ‑s‑), сосуществовавшего с аористом простым (несигматическим,
или сильным, образуемым присоединением окончания непосредственно к
корню) в санскрите, древнегреческом и праславянском языках. Вероятно,
простой и сигматический аорист отличались и по значению, но
реконструировать такое различие пока не удаётся. Иногда от одного и того
же корня образуются оба типа аориста (санскрит). Часто оба типа аориста
образовывали контаминированную парадигму
(2‑е и 3‑е л. ед. ч. праславянского сигматического аориста восходят к
аористу простому, а иногда и к исконному имперфекту, ранее совпавшему с
простым аористом).
Длительное сохранение аориста у славян обусловлено усилением
корреляции аориста и имперфекта благодаря тенденции к дифференциации
глагольных основ (аориста-инфинитива ~ имперфекта-презенса), с одной
стороны, и усиления противопоставления совершенного (аорист)
несовершенному виду (имперфект) - с другой. Генерализация форманта *‑x
(