Все словари русского языка: Толковый словарь, Словарь синонимов, Словарь антонимов, Энциклопедический словарь, Академический словарь, Словарь существительных, Поговорки, Словарь русского арго, Орфографический словарь, Словарь ударений, Трудности произношения и ударения, Формы слов, Синонимы, Тезаурус русской деловой лексики, Морфемно-орфографический словарь, Этимология, Этимологический словарь, Грамматический словарь, Идеография, Пословицы и поговорки, Этимологический словарь русского языка.

методы лингвостилистического анализа

Стилистический словарь

МЕТОДЫ ЛИНГВОСТИЛИСТИЧЕСКОГО АНАЛИЗА - это совокупность различных приемов анализа текста (и его языковых средств), с помощью которых в стилистике формируются знания о закономерностях функционирования языка в различных сферах общения; способы теоретического освоения наблюдаемого и выявленного в процессе исследования. Наряду с использованием общелингвистических методов стилистика вырабатывает и свои, соответствующие предмету исследования и целям анализа. Правила использования методов, а также составляющих их приемов есть методика стилистического анализа. Кроме того, понятие М. с. а. (как и более общее понятие "методы лингвистич. анализа") связано с понятиями аспект, концепция и методология, не совпадая, однако, по значению ни с одним из них полностью.

Аспект исследования - это "угол зрения", "ракурс рассмотрения" объекта действительности, например диахрония и синхрония, парадигматика и синтагматика, язык и речь в совокупности используемых при их изучении методов и приемов. Концепция (лат. conceptio - понимание, система) - определенный способ понимания, трактовки каких-либо явлений, руководящая идея для их освещения, ведущий замысел, конструктивный принцип различных видов деятельности. Следовательно, концепция предопределяет возможную процедуру реализации (практической проверки) своих собственных принципиальных положений. Именно в этом смысле стилистика как определенный способ видения языковых явлений не только по-своему использует существующие в лингвистике методы, но и предлагает (разрабатывает) свои собственные. Методология (греч. methodos - путь исследования, теория, учение + logos - слово) - это учение о приемах и средствах научного познания, это совокупность методов, применяемых в какой-либо науке.

Таким образом, методология - это наиболее общее, наиболее широкое понятие. Она может быть основой для многих концепций. Метод как важнейшее составляющее включается и в методологию, и в концепцию, хотя разработка его ведущих принципов и приемов, последовательность их использования диктуются прежде всего концептуальными установками. Метод, как правило, представляет собой совокупность приемов, вводимых в действие в определенной последовательности.

Методологической основой стилистического анализа в русской лингвистике с XIX в. являются фундаментальные положения о связи языка и мышления, языка и общества, о социальной сущности языка и его функций (труды В. Гумбольдта, А.А. Потебни, Ф. де Соссюра, Б. Де Куртенэ, М.М. Бахтина, Л.С. Выготского, Б.А. Серебренникова, А.А. Леонтьева, Г.П. Щедровицкого и др.).

С оформлением функц. стилистики в отдельную научную дисциплину особое значение приобретают проблемы системности изучаемого объекта, социальных функций языка, различения языка и речи с акцентом на проблеме употребления (использования) языка в разных сферах общения, связанных с разными видами деятельности и формами сознания. В связи с этим методологическая основа стилистики расширяется, опираясь на знания смежных гуманитарных наук - философии, гносеологии, психологии, психолингвистики, науковедения и др.

Применение того или иного метода в конкретной исследовательской практике зависит от цели исследования. Если в самом общем плане под стилистикой понимать лингвистическую науку о средствах речевой выразительности и о закономерностях функционирования языка, обусловленных целесообразным использованием языковых единиц в зависимости от содержания высказывания, целей, ситуации, сферы общения и др. экстралингвистических факторов, то следует признать реальность существования различных целей стилистического исследования, каждая из которых формирует определенное методико-стилистическое направление, аспект исследования. Сегодня выделяют шесть таких направлений, различающихся методами (методикой) анализа объекта исследования: стилистику ресурсов, (в том числе практическую), функциональную стилистику, стилистику текста, стилистику художественного текста, диахроническую и сопоставительную стилистики как ответвления (разновидности) от стилистики ресурсов и функц. стилистики. При этом принципы функц. стилистики - как методологически более широкого направления - пронизывают собою все другие стил. направления: в рамках функц.-стилистических исследований могут быть поставлены цели и решаться задачи, относящиеся к любому из направлений или сразу к нескольким из них, однако концептуальная основа, целевое начало все же будет оставаться за функц. стилистикой. Можно считать, что последняя в определенных случаях соотносится с другими стилистическими направлениями как методология с входящими в нее конкретными методами.

Теоретической основой функциональной стилистики (см.) является идея о единстве языка со всем комплексом неязыковых (экстралингвистических) факторов, сопутствующих интеллектуально-духовной деятельности человека и влияющих на процесс и специфику речепроизводства. Поэтому предмет ее исследования - речевая организация (речевая системность), т.е. не структура языка, не сами по себе языковые средства, а принципы их отбора и сочетания в различных сферах деятельности, в зависимости от конкретных коммуникативных условий общения и экстралингвистических стилеобразующих факторов (см. Стилистика; Функциональная стилистика, или учение о функциональных стилях; Экстралингвистические, или внелингвистические, стилеобразующие факторы функциональных стилей).

В стилистике ресурсов основной метод и путь анализа - от средств к функциям; т.е. главной целью здесь является определение того, как те или иные стилистические средства языка (единицы и их пласты со стилистическими окрасками) используются в текстах отдельных произведений, авторов, жанров и т.д., какие конкретные стилистические функции они выполняют.

В функц. стилистике, как одном из центральных направлений стилистики, общий подход и методика исследования противоположны - от функций к средствам; т.е. центральной целью анализа является выявление того, какими языковыми и речевыми средствами реализуются основные функции речевых разновидностей (функц. стилей, подстилей, жанров), как экстралингвистическая основа стилей влияет на формирование речевой организации, речевой системности стилей. При этом учитывается взаимодействие средств не только одной стилевой окраски или одного уровня языка, но взаимодействие разноуровневых средств.

Таким образом, функц. подход (метод), во-первых, означает анализ единиц разных уровней языка, причем не столько структурно-системное их исследование, сколько коммуникативно-системное, с учетом целей и задач общения. Во-вторых, для функц. стилистики характерен функциональный метод, смысл которого заключается в установлении значимости определенных закономерностей функционирования языковых средств для специфики речевой системности стиля и его разновидностей (текстов). В-третьих, функц.-стилистический метод теснейшим образом связан с идеей единства лингвистического и экстралингвистического аспектов речи. Эта идея, в свою очередь, предопределяет важность для функц. стилистики принципа системности, когда речевая единица понимается как некоторый компонент взаимообусловленности в ряду других подобных единиц, а также в соотношении этого ряда с экстралингвистическими факторами стиля. Исходя из данного принципа лингвистические явления рассматриваются в функц. стилистике с точки зрения их текстообразующей роли. В-четвертых, функц.-стилистический метод основан на признании деятельностной природы языка (язык как интеллектуально-эмоциональная деятельность), в связи с чем в рамках функц. стилистики особое значение приобретает антропоцентрический подход к изучению языковых явлений. При этом необходим и используется комплексный/междисциплинарный метод, т.е. исходя из учета знаний смежных дисциплин (гносеологии, психологии, психолингвистики, науковедения и т.д.) определяется, как и в чем экстралингвистические факторы, и прежде всего базовые (назначение форм сознания, типа мышления, соответствующего вида деятельности в обществе, целей и задач общения и др.), воздействуют на закономерности функционирования языковых средств, формируя специфику стиля и его речевую организацию на уровне и микротекста, и макротекста. Таковы основные принципы функц.-стилистического подхода к исследованию языка (речи), позволяющие выявить конструктивные приемы формирования функц. стилей, закономерности текстообразования в каждом из них и т.д.

Кроме этих основных, базовых принципов исследования, в функц. стилистике существуют и учитываются вторичные, производные от них. Это: 1) принцип единства формы и содержания. Формально-языковые черты текста неразрывно связаны с его содержательной стороной, поэтому изучение специфики функционирования тех или иных единиц может быть объективным только на основе признания взаимообусловленности поверхностного (структурно-языкового) и внутреннего (содержательно-смыслового) уровней текста. При этом функц. стилистика анализирует поверхностный уровень текста не с формальной (грамматической), а с функционально-коммуникативной стороны; 2) принцип координации общего и отдельного. Этот принцип предполагает рассмотрение отдельного - лексической единицы, высказывания, сложного синтаксического целого или целого текста - либо в качестве единицы целого, отражающей все свойства и особенности этого целого (напр. определенного функционального стиля как особой системы), т.е. в аспекте типологии; либо в качестве единицы предельно конкретного характера (напр. особенности индивидуального стиля писателя, ученого, законодателя, публициста и т.д.), находящейся в родо-видовых отношениях с целым, "отпечатки" которого она тем не менее сохраняет.

Исходя из этих концептуальных принципов функц. стилистики ее важнейшими, базовыми методами анализа являются: 1) функциональный метод, который в отличие от структурного метода основан, как уже было отмечено, на внимании к функц. аспекту языка/речи, когда языковые средства изучаются с точки зрения их роли в процессе формирования и выражения мысли, концепции, композиции, жанра и т.д. Здесь в центре внимания оказываются не статические свойства языка/речи, а именно процесс рече-текстообразования. Это предопределяет, в свою очередь, и собственно коммуникативный подход функц. стилистики к объяснению языка, т.е. учет целей, задач, ситуации, условий общения и т.д. вплоть до социальных и индивидуальных особенностей коммуникантов; 2) комплексный метод изучения языка/речи, т.е. широкое (и целенаправленное) использование данных разных наук - особенно философии, психологии, науковедения, логики, социологии, теории коммуникации, прагматики и некот. др. - для объяснения в процессе научной интерпретации полученных в эксперименте или наблюдении фактов; 3) многоаспектный анализ взаимосвязи разноуровневых языковых единиц в процессе их функционирования, выявление закономерностей этого функционирования, специфики функц. стилей.

Более частными методами функц. стилистики - однако не менее важными для нее в теоретическом плане - являются семантический (или семантико-смысловой), стилостатистический и сопоставительно-диахронический метод, опирающийся на сравнительно-исторический анализ высказываний/текстов. При этом семантический метод можно считать ведущим в этой группе более частных видов стил. анализа, что связано с особым вниманием функц. стилистики к проблеме адекватности выражения в высказывании/тексте различных оттенков смысла.

Так, семантический метод связан с анализом тех или иных языковых (речевых/текстовых) элементов с точки зрения их содержательно-смыслового значения в окружающем контексте или целом произведении, а также с точки зрения определения специфики взаимодействия внешнего и внутреннего членов высказывания. Стилостатистический метод используется при определении стилевой специфики как следствия воздействия на этот стиль тех или иных экстралингвистических факторов (см. Стилостатистический метод). С помощью сопоставительного метода анализа в стилистике устанавливается специфика каждого из стилей речи, их функциональное, лингвистическое, композиционное и семантико-смысловое своеобразие по отношению друг к другу. Сопоставительно-диахронический метод призван помочь изучать процессы формирования функц. стилей в связи с изменением социально-исторических условий жизни человека и, следовательно, экстралингвистических факторов языка. Данный метод применяется при исследовании специфики функционирования тех или иных единиц в языке/речи/тексте любого временного периода, а также при исследовании закономерностей формирования стилистической системы и функц. стилей в рамках лит. языка.

Кроме названных исходных, общих методов и принципов функц.-стилистического анализа, сегодня в стилистике существует целый ряд конкретно-практических методов, или приемов непосредственной реализации стилистического исследования языка. Их можно подразделить на: 1) общенаучные, среди которых выделяются а) метод непосредственного наблюдения, б) описательный метод с такими его специальными приемами, как наблюдение, сопоставление, классификация, эксперимент, реконструкция, обобщение, интерпретация, в) метод моделирования; 2) общефилологические, включающие прием интерпретации и сравнительный анализ языкового материала; 3) общелингвистические методы, представленные в стилистических исследованиях а) структурным, в частности структурно-семантическим анализом, б) статистическим анализом, в) методом построения лингвистических парадигм, г) методом полевого структурирования, д) комплексным анализом; 4) частнолингвистические, в т.ч. собственно стилистические методы, объединяющие а) дискурсный анализ, б) дистрибутивный анализ, в) компонентный анализ, г) метод ступенчатой идентификации объекта исследования, д) контекстуальный, или контекстологический, анализ, е) прагматический, ж) семемный анализ, з) структурно-смысловой анализ материала, и) дискурс-анализ и некот. др.

Конкретное применение М. с. а. определяется целями, задачами, методологическими и концептуальными установками исследования, а также принадлежностью ученого к той или иной лингвистической школе. В связи с этим такие методы, как дискурс-анализ, комплексный анализ и метод полевого структурирования, несколько модифицируются в рамках функц. стилистики. Так, метод полевого структурирования используется для систематизации выявленных стилистических средств (не только дотекстовых, но и текстовых) с точки зрения их близости/отдаленности (центральности/периферийности) в плане реализации в тексте определенной стилевой черты или категории (см. Функц. категория текста). Метод дискурсного анализа понимается не как анализ тех или иных структурно-семантических контекстов целого - напр. фрагментов текста, содержащих экспрессивность, императивность, недосказанность и т.п., - а как анализ той или иной структурно-семантической особенности текста в ее взаимосвязанности с экстралингвистическими основами коммуникации конкретной речевой сферы (см. Дискурс). Комплексный анализ в рамках функц. стилистики предполагает не просто объединение разных видов и приемов исследования (как, напр., в других дисциплинах), но, главным образом, учет связи конкретных фактов функционирования языка в той ли иной сфере общения с различными экстралингвистическими явлениями, изучающимися в других науках. Причем опора на данные других наук - философию, логику, социологию, науковедение, психологию, психолингвистику, прагматику, семиотику, теорию коммуникации, культурологию и др. - выступает как объяснительная основа изучения закономерностей функционирования языка (речи).

Кроме того, особое содержание получает в рамках функц. стилистики метод интерпретации, связанный с объяснением и толкованием функц. специфики не столько дотекстовых единиц, сколько именно текстовых, с выходом на интерпретацию целого текста=произведения.

Учет целей, подцелей и задач общения в процессе познавательной и речемыслительной деятельности, отраженной в тексте, при выявлении проекции их на конкретный текст, его содержательно-смысловые единицы и речевые жанры дает возможность определить структуру и композицию текста на уровне микротекстов, первичных речевых жанров как отражение динамики речемыслительной деятельности. При этом в качестве частных методов используются стилостатистический и количественный, точнее качественно- (с учетом семантики) количественный метод (см. работы О.Б. Сиротининой, М.А. Кормилицыной, В.В. Одинцова, О.А. Крыловой, Ю.А. Скребнева, Н.М. Разинкиной, Е.А. Баженовой, В.А. Салимовского, Н.А. Купиной, В.В. Дементьева, К.Ф. Седова, И.А. Стернина и др.).

Особую группу М. с. а. представляют приемы, применяемые для анализа художественного текста (х. т). Изучение х. т. исходит из принципа общей образности, единства формы и содержания, реализации эстетической функции языка в этой сфере общения. Основным методом (подходом) анализа изучаемого объекта является определение того, как весь строй речи отдельного худож. контекста, произведения (ряда текстов писателя, литературного направления и т.д.) и отдельных его языковых и текстовых единиц (стилистических приемов, композиции и т.п.) способствует выражению идейно-образного содержания произведения, реализует в тексте "образ автора" (см.).

Одним из наиболее ранних методов анализа, используемых в русской стилистике, является метод "explication du text", разработанный и примененный Л.В. Щербой при анализе худож. и особенно стихотворных произведений. Суть этого метода заключается в определении взаимодействия лингвистической организации (особенностей архитектоники, специфики синтаксических структур, приемов и принципов расстановки и расположения слов, форм и типов интонационного членения высказывания и др.) с идейным, худож.-образным и эмоциональным содержанием текста. При этом взаимодействие рассматривается как конструктивное взаимовлияние, посредством которого в целом произведении создается (материализуется, выражается) эстетическая концепция автора произведения (Щерба, 1957. См. также: Ефимов, 1974; Григорьев, 1979; Горшков, 1982, 1996; Шанский, 1990 и др.).

А.М. Пешковским разработана методика стилистического эксперимента, которая заключается в подстановке синонимов к тому или иному слову в произведении (или в изъятии каких-либо слов из него) и определении эстетической значимости авторского слова/выражения, его концептуально-образной и смысловой нагрузки по сравнению с экспериментальными текстами. Ср. введенное ученым понятие "общей образности", которая заключается в том, что все языковые единицы того или иного истинно худож. текста направлены на выражение конкретного худож. образа и поэтому являются строго эстетически и стилистически мотивированными, т.е. единственно возможными для выражения данной эстетической мысли (Пешковский, 1930).

Анализ худож. текстов представлен и подходом к ним Б.А. Ларина, направленным на раскрытие системных взаимосвязей слова с другими словами худож. целого при выражении так называемой сквозной поэтической мысли-идеи (или лейтмотива) произведения, худож. образа. Такое свойство худож. слова ученый назвал "комбинаторным приращением смысла", появляющимся у слова в динамике содержательно-концептуального развертывания всего х. т. (целого), а также идиостиля писателя (Ларин, 1974). Близка к этому идея Г.О. Винокура о "внутренней форме художественного слова", заключающаяся в том, что лексические средства языка и их значения оказываются в х. т. той основой, отталкиваясь от которой, художник создает поэтическое слово - метафору, целиком "повернутую" к теме и идее произведения. При этом смысл и назначение худож. метафоры могут быть поняты только по прочтении всего произведения, т.е. вытекают из эстетического целого (Винокур, 1991).

В целом все эти методы(-ики) можно условно объединить в более общем методе, называемом "слово и образ" (см. Виноградов, 1959, 1981; Шмелев, 1964; Васильева, 1983; Кожина, 1966, 1993) и ориентированном на выявление в х. т. системы языковых средств реализации образно-эстетической функции художественного стиля речи (см.). Этот метод направлен на достижение наиболее адекватного прочтения авторского текста, в аспекте единства слова и образа выявляется характер индивидуального стиля писателя, литературного направления, т.е. решаются различные проблемы интерпретации х. т. Ср. в связи с этим разработанные В.В. Виноградовым принципы исследования языка худож. литературы как искусства поэтического слова, языка худож. произведения, индивидуально-авторского стиля и самого понятия "образ автора" (Виноградов, 1981), а также развитие этих идей в работах В.В. Одинцова (1980), Н.А. Кожевниковой (1994), Л.А. Новикова (1983), В.П. Григорьева (1979), Д.Н. Шмелева (1964), И.Я. Чернухиной (1977) и др.

В области стилистического анализа х. т. наиболее распространены такие методы, как ассоциативно-концептуальный анализ поэтического (худож.) текста, выявляющий его доминантные смыслы. Такой анализ объединяет следующие конкретные исследовательские действия: компонентный анализ, контекстологический анализ, эстетико-стилистический анализ, культурологический анализ, соотносящий текстовые смыслы с информацией общекультурного фонда. Х. т. изучается также посредством тематико-классификационного, семантического, формально-когнитивного видов анализа, направленных на исследование структурно-содержательных особенностей того или иного концепта в х. т.; концептуального анализа, призванного выявлять идеи концептов как нормативно-ценностных фактов в поэтическом (худож.) творчестве; метода структурно-фрагментарного описания, опирающегося на понятие системности х. т. и предусматривающего выделение отдельных фрагментов в целях сопоставления; сопоставительно-стилистического анализа, позволяющего сопоставить первоначальный (черновой) текст с его окончательным вариантом с целью выявления особенностей авторской работы над концепцией произведения; метода лингво-поэтической интерпретации, предполагающего толкование содержания текста на основе вскрытия системно-семантических отношений языковых единиц разных уровней. Кроме того, при исследовании х.т. в последние годы широко применяется комплексный анализ, совмещающий в себе разные виды не только лингвистического, но и литературоведческого анализа (см. работы Л.Г. Бабенко, Н.С. Болотновой, Н.А. Купиной, Н.А. Кузьминой и др.).

Особого внимания заслуживает появившаяся в последние годы коммуникативная стилистика художественного текста (см.). В связи с особыми исследовательскими задачами коммуникативная стилистика х. т. вырабатывает свои методы (методики) анализа, которые в целом могут быть представлены тремя разновидностями: метод ассоциативного поля, "регулятивного структурирования" и метод информационно-смыслового анализа (Болотнова, 2000, 2001).

Метод ассоциативного поля основан на выявлении в х. т. ассоциативных связей между словами. При этом анализ лексем идет по разным уровням, когда учитываются одновременно их фонемный облик и грамматическая природа, морфемная структура и лексическое значение, стилистическая маркированность и тематическая и ситуативная соотнесенность и т.д. Именно благодаря своим ассоциативным связям слово становится "проводником" эстетической концепции автора, выражаемой в целом произведении, способствует определению концептуальной и языковой картины мира автора и его идиостиля.

Метод "регулятивного структурирования" предполагает выявление в тексте регулятивных структур (регулятивов), стимулирующих различные коммуникативные эффекты и представляющие собой текстовые структур-стимулы. Последние понимаются как приемы организации текстовых микроструктур, соотнесенных с общей коммуникативной стратегией текста (см. Регулятивность). Регулятивы выделяются и формируются на основе лексических средств, соотнесенных в восприятии читателя по принципу ассоциативных связей. Поэтому вспомогательными приемами анализа здесь служат психолингвистический эксперимент и контекстуальный анализ.

С помощью информационно-смыслового метода осуществляется анализ смыслового развертывания текста, направленный на изучение процесса смыслоформирования на основе информации, представленной в худож. произведении. Под информацией здесь понимаются знания о мире, воплощенные в тексте с позиций определенного эстетического идеала автора. Результатом отражения этой информации в сознании адресата является смысл текста, под которым понимается структура лингвистически оформленных смысловых фрагментов текста, коррелирующих с действительным миром, т.е. смысловая структура текста (см.). Конкретными приемами данного метода служат а) экспериментальный анализ, позволяющий выявлять ключевые элементы лексической системы текста и актуализированные им смыслы, изучать сам механизм поэтапного формирования смысла в сознании адресата в процессе его познавательной деятельности, определять индивидуально-авторскую специфику в развертывании эстетического смысла, особенности этого процесса в текстах разных типов в связи с их разной коммуникативной стратегией и т.д.; б) контекстуальный анализ; в) компонентный анализ; г) моделирование текстовых парадигм и ассоциативно-смысловых полей концептов.

В завершение следует отметить, что в современной функц. стилистике - особенно в связи с переходом к изучению целого текста - применяется именно комплексная методика исследования как с точки зрения объединения разных типов анализа в рамках конкретной работы, так и с точки зрения взаимодополняющего совмещения собственно лингвистического и экстралингвистического планов интеллектуально-духовной деятельности. В функц. стилистике комплексный подход к изучению речевой ткани текста является не просто одним из методов, но основой функционально-стилистического анализа.

Лит.: Пешковский А.М. Вопросы методики родного языка, лингвистики и стилистики. - Л., 1930; Виноградов В.В. О художественной прозе. - М.; Л., 1930; Его же: О языке художественной литературы. - М., 1959; Его же: Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. - М., 1963; Щерба Л.В. Избранные работы по русскому языку. - М., 1957; Шмелев Д.Н. Слово и образ. - М., 1964; Кожина М.Н. О специфике художественной и научной речи в аспекте функц. стилистики. - Пермь, 1966; Ее же: О речевой системности научного стиля сравнительно с некоторыми другими. - Пермь, 1972; Ее же: Стилистика русского языка. - М., 1993; Ефимов А.И. Стилистика русского языка. - М., 1969; Ларин Б.А. Эстетика слова и язык писателя. - Л., 1974; Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики: Исследования разных лет. - М., 1975; Чернухина И.Я. Очерк стилистики худож. прозаического текста. - Воронеж, 1977; Григорьев В.П. Поэтика слова. - М., 1979; Одинцов В.В. Стилистика текста. - М., 1980; Новиков Л.А. Худож. текст и его анализ. - М., 1983; Васильева А.Н. Худож. речь (курс лекций). - М., 1983; Купина Н.А. Смысл худож. текста и аспекты лингвистического анализа. - Красноярск, 1983; Сулименко Н.Е. Лексические предпосылки свертывания информации в худож. тексте // Проблемы исследования слова в худож. тексте. - Л., 1990; Шанский Н.М. Лингвистический анализ худож. текста. - Л., 1990; Винокур Г.О. О языке худож. литературы. - М., 1991; Рогова К.А. О филологическом анализе худож. текста // Худож. текст: Структура. Язык. Стиль. - СПб., 1993; Солганик Г.Я. От слова к тексту. - М., 1993; Горшков А.И. Язык предпушкинской прозы. - М., 1982; Его же: Русская словесность: От слова к словесности. - М., 1996; Болотнова Н.С. О трех направлениях коммуникативной стилистики худож. текста и изучении текстового слова // Русский язык в современном культурном пространстве: Материалы юб. конф. - Томск, 2000; Ее же: Филологический анализ текста. Часть I. - Томск, 2001 и др.

Н.В. Данилевская

Полезные сервисы

методы филологического исследования текста

Лингвистические термины

1) общенаучные:

а) наблюдение;

б) количественно-статистический анализ;

в) моделирование текста;

г) эксперимент;

д) сравнительно-сопоставительный;

2) общефилологические методы:

а) трансформационный анализ текста;

б) дистрибутивный;

в) контекстологический;

г) компонентный;

д) композиционный;

е) структурный;

ж) семиотический;

з) концептуальный;

3) частные, специфические методы:

а) интертекстуальный анализ;

б) семантико-стилистический анализ;

в) метод слово-образ;

г) сопоставительно-стилистический;

д) метод, близкий к эксперименту;

е) биографический; мотивный анализ.

Полезные сервисы

тюркология

Лингвистика

Тюрколо́гия -

комплекс гуманитарных дисциплин, изучающих языки, историю,

литературу, фольклор, культуру народов, говорящих на тюркских языках. Первоначально тюркология

развивалась преимущественно как филологическая дисциплина;

лингвистическая тюркология как самостоятельная область начала

формироваться во 2‑й половине 19 в.

Важными источниками для изучения истории тюркских языков, создания их

классификации стали орхоно-енисейские надписи (см. Орхоно-енисейских надписей язык), древнеуйгурские памятники, сочинения

средневековых арабоязычных, персоязычных и тюркоязычных авторов. Особое

значение имеет свод средневековых сведений о тюркских племенах и их

языках «Дивани лугат ат-тюрк», созданный в 11 в. Махмудом Кашгари.

Западная Европа непосредственно познакомилась с тюрками в 11-13 вв.,

во время борьбы Византии и крестоносцев против тюрок-сельджуков; интерес

к ним возрос после захвата турками-османами Константинополя (1453) и

угрозы дальнейшего их вторжения в Европу. К 14-17 вв. относятся

описания Турции, сделанные возвратившимися из турецкого плена

европейцами, а также путешественниками и послами: венецианцем Марко

Поло, русским Афанасием Никитиным, саксонцем Адамом Олеарием и другими.

В конце 16 в., а также в 17-18 вв. изучение Османской империи являлось

главным направлением тюркологии в западном востоковедении и

преследовало преимущественно практические политические цели: одним из

первых объектов изучения в Европе (вплоть до 2‑й половины 19 в. он

практически был единственным) стал турецкий язык; в Стамбуле, Венеции, Париже, Вене и

других городах организуются школы переводчиков, издаются грамматики и

словари турецкого языка: в 1533 появилось первое рукописное пособие

флорентийца Филиппе Ардженти, в 1612 - первая печатная грамматика

И. Мегизера. Эти и ряд других трудов по турецкому (османскому) языку,

особенно турецкая грамматика и словарь Франциска Менинского (1680;

грамматика переработана под ред. А. Ф. Коллара и переиздана в трёх томах

в Вене в 1756, словарь переработан и переиздан там же в 1780),

подготовили почву для научного изучения тюркских языков в Западной

Европе и России. Начиная с 18 в. особенно успешно развивалась

османистика во Франции (Ж. Б. Д. Гольдерман, А. Паве де Куртей и

другие); изучением турецкого языка занимались также Л. Бонелли, Э. Росси

и другие в Италии, Й. Гаммер-Пургшталь в Австрии, А. Л. Дейвидс,

Дж. У. Редхауз и другие в Великобритании, Т. Ценкер, В. Банг и другие в

Германии (где в 1887 был учрежден в Берлине Семинар восточных языков),

А. Панн, А. Котула и другие в Румынии. Лишь со 2‑й половины 19 в.

западноевропейские учёные обращают внимание на другие тюркские языки: чувашский, казанско-татарский, кумыкский (З. Гомбоц, Б. Мункачи, В. Прёле и другие

в Венгрии), уйгурский (Г. Ракетт, затем

Г. Ярринг в Швеции); проблемы тюркологии разрабатывали в связи с

урало-алтайским языкознанием М. А. Кастрен, Г. Й. Рамстедт,

А. М. О. Рясянен в Финляндии. В Дании В. Томсен в 1893 нашел ключ к

чтению древнетюркских рунических надписей.

[Тюркология в России и СССР]

Ранние контакты восточных славян с тюркскими племенами, возникшие ещё

до образования в 9 в. Киевской Руси, обусловили практическое знание ими

тюркских языков, которое особенно укрепилось во время монголо-татарского

нашествия в 13-15 вв. и поддерживалось необходимостью сношений с

Золотой Ордой. Появились официальные переводчики-толмачи с турецкого,

казанско-татарского и крымскотатарского

языков (конец 15 - начало 16 вв.), тюркские слова толковались в числе

других иноязычных слов в азбуковниках. Все это обусловило интерес к истории,

этнографии, языкам тюрков и способствовало зарождению научной тюркологии

в России. При Петре I началось планомерное изучение Сибири, в т. ч.

собирание материалов тюркских языков, которое после создания в 1725

Петербургской АН приобрело систематический характер. Значительную роль

сыграли организованные Петербургской АН в 18 в. экспедиции с целью

изучения Сибири, Поволжья, Кавказа, Средней Азии, особенно Вторая

академическая экспедиция 1769-74. «Сравнительный словарь всех языков и

наречий...» (т. 1-4, 1790-91) включал слова из 279 языков, в т. ч.

лексический материал из 19 тюркских языков и диалектов. Словарь вобрал в себя материалы из

многочисленных рукописных словарей (например, «Русско-татарский словарь»

С. Хальфина, 1785; «Словарь Дамаскина», 1785; анонимный рукописный

«Словарь языка чувашского», включавший около 30 тыс. слов, 1785, и

другие). Со 2‑й половины 18 в. появились средние учебные заведения, в

которых преподавался татарский язык (Казань,

Астрахань, Москва, Омск, Тобольск). «Азбука и грамматика татарского

языка...» Ибрагима Хальфина (1809) была наряду с «Грамматикой татарского

языка...» И. И. Гиганова (1801) одним из первых учебных пособий

подобного рода в России; в течение 19 в. был описан грамматический строй (преимущественно морфология) чувашского, татарского, турецкого, азербайджанского, кумыкского, узбекского, алтайского, казахского, тувинского, тофаларского языков, язык ряда памятников.

Постепенное вовлечение в круг интересов исследователей всё большего

количества языков и углубление самих исследований сделало

тюркологию к середине 19 в. самостоятельной областью, включило её в

сферу развития языкознания в целом, особенно в сравнительно-историческом

плане. Заметную роль в развитии тюркологии в 19 в. сыграла деятельность

учёных, преподававших в духовных учебных заведениях (Н. И. Ильминский,

Г. С. Саблуков, Е. А. Малов), а также в православных духовных миссиях.

Значительным явлением в развитии тюркологии был труд О. Бётлингка

«О языке якутов» (опубликован на немецком языке

под названием «Über die Sprache der Jakuten»,

1851) и «Грамматика алтайского языка» Ильминского, В. И. Вербицкого,

М. А. Невского (Макария) (1869).

В 60‑х гг. 19 в. началась научная деятельность В. В. Радлова, с

именем которого связан принципиально новый этап в развитии

отечественной и мировой тюркологии. В это время в орбиту научных

исследований были не только вовлечены все живые и мёртвые тюркские языки, но началось их

планомерное сравнительное изучение, в т. ч. изучение древне‑ и

среднетюркских памятников письменности, предпринято было составление

общетюркских словарей и т. д. В 1859-71 Радлов занимался изучением

языков, фольклора, этнографии, археологии народов Алтая и Западной

Сибири; в 1866 вышел 1‑й том серии «Образцы народной литературы северных

тюркских племён»; в 1882-1883 опубликован на немецком языке

«Сравнительная грамматика северных тюркских языков, ч. 1. Фонетика».

С 1859 учёный работал над фундаментальным трудом «Опыт словаря тюркских

наречий», включившим лексику всех известных

науке того времени тюркских языков и диалектов (в. 1 вышел в 1888,

издание окончено в 1911, 24 выпуска объединены в 4 тома). Большой вклад

сделан Радловым в исследование памятников древнетюркской письменности: он издал в 1894-95,

1897, 1899 серию «Древнетюркские надписи из Монголии», где содержатся

тексты памятников, их перевод, словарь и грамматический очерк. В истории

изучения древнетюркских памятников особое место занимают и труды

ученика Радлова П. М. Мелиоранского, который в отличие от воспринявших

общефилологические традиции Радлова тюркологов С. Е. Малова,

А. Н. Самойловича, Н. Ф. Катанова был представителем чисто

лингвистического направления тюркологии. В 19 - начале 20 вв. в

развитии тюркологии начинают участвовать отдельные учёные -

представители тюркоязычных народов (Ч. Ч. Валиханов, Каюм Насыри,

М. Ф. Ахундов, И. Алтынсарин, Катанов, А.‑К. Бакиханов и другие).

История научной тюркологии в России тесно связана с центрами

преподавания тюркских языков: в начале 19 в. они изучались в

Петербургском и Казанском университетах. Кафедру турецко-татарского

языка в Казанском университете возглавил с 1828 А. К. Казем-Бек, автор

«Грамматики турецко-татарского языка...» (1839), долгие годы

определявшей развитие тюркологические грамматические традиции в русской

тюркологии. Позднее кафедрой руководил ученик Казем-Бека И. Н. Березин,

затем Ильминский, один из первых исследователей казахского языка.

В Петербургском университете турецкий язык преподавал О. И. Сенковский,

затем А. О. Мухлинский, Березин, В. Д. Смирнов, Самойлович. В 1855 в

университете был создан факультет восточных языков (ФВЯ) и постепенно

расширился круг преподаваемых тюркских языков: с 1845 азербайджанский

язык вёл Л. З. Будагов, автор 2‑томного «Сравнительного словаря

турецко-татарских наречий» (1869-71); преподавались также чагатайский язык, казахский (Мелиоранский, автор

«Краткой грамматики казак-киргизского языка», ч. 1-2, 1894-97),

узбекский (Самойлович). В 1919 ФВЯ вошёл в состав факультета

общественных наук 1‑го Петроградского университета; в 1920 в

Петрограде был организован Центральный институт живых восточных языков

(с 1924 Ленинградский институт живых восточных языков, с 1927

Ленинградский восточный институт, в 1938 влившийся в Московский институт

востоковедения). В 1944 в ЛГУ был воссоздан восточный факультет с

кафедрой тюркской филологии. Турецкий и узбекский языки преподавались

и в Лазаревском институте восточных языков в Москве (1815-1918), где

кафедру турецко-татарского языка возглавлял с 1850 Л. Э. Лазарев, автор

турецкой грамматики; в конце 19 - начале 20 вв. здесь работали

Ф. Е. Корш, А. Е. Крымский, В. А. Гордлевский, внёсшие значительный

вклад в развитие тюркологии На базе Лазаревского института был создан

Московский институт востоковедения (1921-54). В 1943 было создано

восточное отделение на филологическом факультете МГУ, руководимое

Н. К. Дмитриевым и в 1958 преобразованное в Институт стран Азии и Африки

при МГУ.

Советская тюркология, отличаясь от дореволюционной новой методологической основой, новыми задачами, в то

же время сохраняет лучшие традиции отечественного востоковедения.

Большую роль в продолжении этих традиций сыграло активное участие в

создании новой тюркологии таких учёных, как Смирнов, В. А. Богородицкий,

Самойлович, С. Е. Малов, Н. И. Ашмарин, Крымский, П. А. Фалёв,

Гордлевский, которые, начав свою деятельность в дореволюционной России,

продолжили её в советское время.

В 1926 в Баку состоялся Всесоюзный тюркологический съезд, имевший

важное значение для определения задач советской тюркологии и её

развития. Началась интенсивная работа по языковому строительству -

созданию алфавитов, соответствовавших фонетическому строю тюркских языков, разработке

терминологии и орфографии, подготовке местных языковедческих

кадров. В 20‑х гг. советскими учёными Н. Ф. Яковлевым, Л. И. Жирковым,

Самойловичем, Б. В. Чобан-заде, Е. Д. Поливановым, А. А. Пальмбахом,

А. М. Сухотиным, К. К. Юдахиным и другими, принявшими участие в

деятельности Всесоюзного центрального

комитета нового алфавита, были разработаны научные основы новых

алфавитов и орфографий для тюркских языков народов СССР. В этот период и

позже изучались фонетика, грамматический строй, лексика мало или вовсе

не изученных языков, создавались учебные пособия для тюркоязычных

школ. Значительный вклад в отечественную тюркологию, в т. ч. в

изучение строя тюркских языков, внесли Чобан-заде, Н. К. Дмитриев,

А. П. Поцелуевский, И. А. Батманов, Юдахин, Х. Жубанов,

Н. Т. Сауранбаев, С. Аманжолов, В. Г. Егоров, Б. М. Юнусалиев,

Л. Н. Харитонов, А. К. Боровков, А. П. Дульзон, Дж. Г. Киекбаев,

В. В. Решетов, Е. И. Убрятова, М. Ш. Ширалиев, Э. Р. Тенишев,

А. М. Щербак, Н. А. Баскаков, А. Н. Кононов и другие.

С 40‑х гг. наряду с изучением современных тюркских языков и их

диалектов начинается изучение исторической и сравнительно-исторической

фонетики, грамматики, широко развиваются лексикология и лексикография, диалектография и диалектология, с 50‑х гг. - лингвистическое

изучение памятников тюркской письменности. Тексты памятников, а также

обобщающий труд «Памятники древнетюркской письменности» (1951)

опубликовал С. Е. Малов. Изданы «Этимологический словарь тюркских

языков» Э. В. Севортяна (т. 1-3, 1974-80, работа над следующими томами

продолжается в Институте языкознания АН СССР), «Древнетюркский

словарь» (1969), «Историко-сравнительный словарь тюркских языков»

Э. Н. Наджипа (1979), в Ташкенте вышел «Толковый словарь языка

произведений Алишера Навои» (т. 1-3, 1983-84), выпущены толковые словари

современного казахского, азербайджанского, туркменского, узбекского,

татарского языков.

Характерной особенностью советской тюркологии является создание

многочисленных научных центров в республиках и областях тюркоязычных

народов СССР, где работают национальные кадры учёных. Проблемы

лингвистической тюркологии в СССР изучаются в ИВАН СССР в Москве и в его отделении в

Ленинграде, Институте языкознания АН СССР, в

востоковедных институтах и отделах АН Азербайджана, Казахстана,

Киргизии, Туркменистана, Узбекистана, в Казанском, Башкирском и

Дагестанском филиалах АН СССР, в специальных

научно-исследовательских институтах Каракалпакии, Тувы, Чувашии,

Горно-Алтайской, Хакасской автономных областей, в Институте истории,

филологии, философии Сибирского отделения АН СССР и в Якутском филиале

этого отделения, а также в институтах АН Армении и Грузии. Подготовка

специалистов по тюркологии осуществляется в Институте стран Азии и

Африки при МГУ, на восточном факультете ЛГУ, в университетах Алма-Аты,

Ашхабада, Баку, Казани, Нальчика, Самарканда, Ташкента, Тбилиси, Уфы,

Фрунзе, Чебоксар, Якутска и в некоторых других учебных заведениях.

Для улучшения координации научных исследований в области тюркологии,

а также для усиления международных контактов и научного сотрудничества с

тюркологами зарубежных стран в 1973 при Отделении литературы и языка АН

СССР создан Советский комитет тюркологов.

[Современная зарубежная тюркология]

В ряде стран Восточной Европы тюркология традиционно развивается в

областях историко-филологических, реже - собственно

лингвистических штудий. В Венгрии проблемы тюркологии

разрабатывали и разрабатывают Д. Немет, Л. Лигети, Д. Хазаи,

А. Рона-Таш, Ж. Какук, Д. Кара, Э. Шютц, И. Вашари; в НРБ - Г. Гылыбов,

Б. Недков, Н. Тодоров и другие; в Румынии - М. Губоглу, В. Дрымбэ; в

СФРЮ - Г. Елезович, А. Шкалич, Е. Джинджич, Х. Шабанович; в ГДР -

П. Циме, З. Клейнмихель и другие; в Чехословакии - Й. Блашкович,

Й. Кабрда и другие; в Польше - А. Зайончковский, В. Зайончковский,

А. Дубиньский, Э. Трыярский. Тюркологические учреждения КНР

сосредоточены в Пекине и Урумчи.

Основные направления современной тюркологии в Турции развиваются

после 1928; в 20‑х гг. в Турции широко развернулось языковое

строительство, включая реформу алфавита 1928. В 1932 в Анкаре было

создано Турецкое лингвистическое общество - ТЛО (Türk

Dil Kurumu), которое активно проводило политику замены устаревшей или заимствованной лексики турецкими неологизмами, издало ряд различных словарей,

грамматик, исследований по истории и диалектологии турецкого языка, а также памятников

тюркской письменности (Р. Р. Арат, Т. Бангуоглу, М. А. Агакай,

Б. Аталай, А. Дильачар, О. А. Аксой, А. С. Левенд и другие). В 1983 в

Анкаре создано Высшее общество культуры, языка и истории им. Ататюрка

(Atatürk Kültür, Dil ve Tarih Yüksek Kurumu), в

состав которого вошло ТЛО. Центрами тюркологии в современной Турции

являются также литературный факультет Стамбульского университета,

институты тюркологии и исламских исследований при этом университете,

факультет языка, истории и географии Анкарского университета и

тюркологический институт при нём, Эрзурумский университет.

Тюркология представлена в Австрии, Великобритании, Дании, Италии,

Франции, Финляндии, Швейцарии, ФРГ, Швеции и других странах. А. фон

Габен, Г. Дёрфер (ФРГ), А. Титце (Австрия), К. Г. Менгес (США), П. Аалто

(Финляндия), Л. Базен, Ж. Л. Боке-Граммон и другие (Франция),

А. Бомбачи, Р. Факкани (Италия), Ярринг, Л. Юхансон (Швеция) занимаются

как общими проблемами тюркологии, так и историей тюркских языков,

исторической грамматикой. В США тюркология зародилась в 30‑х гг. 20 в.,

стала быстро развиваться в 50-60‑х гг., главным образом за счёт

привлечения тюркологов из Европы и Турции; с их помощью поставлено

преподавание тюркских языков в Колумбийском университете, Гарвардском

университете и находящемся при нём Центре средневосточных

исследований, университете в Лос-Анджелесе, университете штата

Индиана и других. Университет в Индиане издаёт с 1960 «Uralic and Altaic series», где печатаются пособия по

уральским и алтайским

языкам, в т. ч. и по тюркским. Тюркология в Японии, имевшая давние

традиции, возродилась после 2‑й мировой войны. Японские востоковеды

объединяются в Институте культуры {東方学会},

основанном в 1947 с отделениями в Токио и Киото.

[Периодика]

Основные периодические издания по тюркологии (помимо

общевостоковедческой периодики):

«Советская тюркология» (Баку, 1970-),

«Тюркологический сборник» (М., 1970-),

«Asia Major» (L., 1949-),

«Türk Dili. Belleten» (İst., 1933-),

«Türk Dili Araştırmaları yıllığı. Belleten» (Ankara,

1953-),

«Türkiyat Mecmuası» (İst., 1925-),

«Ural-Altaische Jahrbücher» (Wiesbaden, 1922-),

«Turcica» (P., 1969-),

«Journal of Turkish studies - Türklük

Bilgisi Araştırmaları» (Duxbury, 1977-).

Востоковедные фонды крупнейших библиотек Советского Союза. Статьи и

сообщения, М., 1963;

Ливотова О. Э., Португаль В. Б., Востоковедение в

изданиях АН. 1726-1917, М., 1966;

Кононов А. Н., Тюркская филология в СССР. 1917-1967, М.,

1968 (лит.);

его же, История изучения тюркских языков в России, М.,

1972; 2 изд., Л., 1982;

Азиатский музей - Ленинградское отделение института востоковедения

АН СССР, М., 1972;

Базиянц А. П., Лазаревский институт в истории

отечественного востоковедения, М., 1973;

Биобиблиографический словарь отечественных тюркологов, М.,

1974;

Милибанд С. Д., Биобиблиографический словарь советских

востоковедов, М., 1975; 2 изд., М., 1977;

Dougat G., Histoire des orientalistes de l’Europe

du XIIe au XIXe siècle, t. 1-2, P., 1869-70;

Benzing J., Einführung in das Studium der

altaischen Philologie und der Turkologie, Wiesbaden, 1953;

Philologiae Turcicae fundamenta, t. 1-2, Wiesbaden,

1959-64;

Sovietico-Turcica, Bdpst, 1960;

Göllner C., Turcica. Die europäischen

Türkendrucke des XVI. Jahrhundert, [Bd] 1 - 1501-1550, Buc. - B.,

1961;

Handbuch der Orientalistik, Abt. 1, Bd 5-, Altaistik, 1.

Abschnitt - Turkologie, Leiden - Köln, 1963;

Sinor D., Introduction à l’étude de l’Eurasie

Centrale, Wiesbaden, 1963;

Dilaçar A., Türk diline genel bir bakış, Ankara,

1964;

Pearson J. D., Oriental and Asian bibliography,

L., 1966;

Menges K. H., The Turkic languages and peoples,

Wiesbaden, 1968;

Hazai Gy., Kurze Einführung in das Studium der

türkischen Sprache, Bdpst, 1978.

А. Н. Кононов.

Полезные сервисы