Эскимо́сско-алеу́тские языки́ -
генетически изолированная семья языков, условно отнесённая к палеоазиатским языкам. Ареал
распространения - Чукотский полуостров (СССР), остров Беринга (СССР),
полуостров Аляска с прилегающими островами (США), Алеутские острова
(США), северные области Канады и Гренландии (Дания). Число говорящих
около 112 тыс. чел. По данным археологии и этнолингвистики, продвижение эскимосо-алеутов
в район Берингова пролива и далее в районы Северной Америки происходило
из Северо-Восточной Азии несколько тысячелетий назад.
Эскимосско-алеутская генетическая общность в результате исторического
продвижения на изолированные приморские земли и острова разделилась на
2 подсемьи - эскимосскую и алеутскую.
Взаимопонимание между носителями эскимосского
и алеутского языков невозможно ввиду различий в
лексике и грамматике.
Первоначально близкородственные языки этой
семьи в результате раздельного развития сохранили лишь отдельные
общие черты грамматического строя и лексики. Возможно, что алеуты при
продвижении на острова ассимилировали одно или несколько иноязычных
племён, на что указывает кардинальное различие эскимосских и алеутских
корнеслов.
Общеэскимосский язык в результате территориального обособления его
носителей в свою очередь разделился на 2 группы - юитскую (юпик) и
инуитскую (инупик) (всего около 25 диалектов).
Юитская группа включает азиатские диалекты (чаплинский, науканский) и
язык сиреникских эскимосов, а также часть американских диалектов
(юго-запад Аляски, острова Нунивак и Св. Лаврентия); инуитская группа
включает часть диалектов Аляски и все диалекты Канады и Гренландии.
Основные черты фонологической системы, морфологии и синтаксиса
эскимосских диалектов в значительной мере сходны, но большие различия в
лексике и фонетике затрудняют или даже исключают
взаимопонимание между отдельными группами эскимосов.
Общими чертами фонетики Э.‑а. я. являются сходство вокализма (эскимос. а, у, и, ы; алеут. а, у, и), а
также консонантных рядов заднеязычных велярных (к, г, х) и увулярных (қ,
ӷ, ҳ) и различаемых пар фонем л, л̭, н, ң. Типологически сходными являются структуры слога и слова: допускается
любой гласный и согласный в начале слова (за исключением
вариантов фонем); исключается стечение двух и более согласных в начале и
конце слова и трёх - в середине; в исходной позиции имена существительные оканчиваются только тремя
согласными (эскимос. қ, к, н; алеут, ҳ, х, н): сходны слоговые структуры
(V, CV, VC, CVC, CCVC). К существенным различиям в области фонетики
относятся отсутствие в алеутском консонантизме
фонем /в/, /п/, место которых в сопоставлении с эскимосским
консонантизмом занимает фонема /м/ (в эскимосском - все три фонемы);
отсутствие в алеутском языке фонемы /р/ и наличие в нём, в отличие от
эскимосских языков, фонем /д̌/, /ч/.
Э.‑а. я. являются агглютинативно-полисинтетическими. В морфологии Э.‑а. я. сходными
признаками являются: общность абсолютного и относительного (relative) падежей; изменение имён и глаголов по трём числам
(единственное, двойственное, множественное); лично-притяжательное
оформление имён и субъектно-объектное - глаголов; наличие больших серий
послелогов, указательных местоимений и наречий для
выражения пространственно-временны́х значений; формальное и семантическое
сходство отдельных морфем слово- и формообразования и др. К существенным
различиям относятся отсутствие в алеутском языке локативных падежей,
получивших в эскимосских языках системное развитие (7 падежей);
неполнота в алеутском языке парадигмы
субъектно-объектных форм глагола (всего 18), которая в эскимосских
языках получила логически завершённое выражение (в одних диалектах 42
формы показателей лица-числа субъекта и объекта, в
других - 63). Способ слово- и формообразования во всех Э.‑а. я.
суффиксальный. Отмечается значительное расхождение в структуре и
семантике соответствующих по значению суффиксов. Префиксация и
основосложение отсутствуют. Производные глагольные слова, образованные
от именных и глагольных основ посредством серии разных по семантике суффиксов, способны выражать значение
полного предложения, лексико-семантическим ядром
которого выступает только корневая морфема, ср.:
эскимос. аңйаңлъа-рахки-ӷа-қу-кут ‘лодку-делаем-быстро-сейчас-мы’
(основа - анйақ, ‘лодка’, остальные форманты слова - суффиксы); алеут.
укухта-ту-д̌а-лъи-на-ӷулақ ‘видеть-даже-не захотел-его-я’ (основа -
укухта ‘видеть’).
В области синтаксиса в эскимосских языках
чётко подразделяются предложения абсолютной и эргативной конструкции; в алеутском языке
эргативная структура не получила отчетливого развития (его синтаксис
недостаточно изучен).
Первые письменные сведения об эскимосских языках представили в
середине 18 в. П. Эгеде и К. Фабрициус. В начале 19 в. русский учёный
И. Е. Вениаминов создал первую научную грамматику алеутского языка, а в
1851 С. П. Клейншмидт опубликовал «Гренландскую грамматику». Изучение
Э.‑а. я. в начале 20 в. продолжается русскими, датскими и американскими
учёными (В. Г. Богораз, В. И. Иохельсон, В. К. Тальбицер, Л. Хаммерих,
Ц. Шульц-Лоренцен и другие). Со 2‑й половины 20 в. широкие исследования
Э.‑а. я. проводятся в СССР, Дании, Канаде, США, Норвегии.
Меновщиков Г. А., Эскимосско-алеутские языки, в кн.: Языки
Азии и Африки, III, М., 1979;
Bergsland K., The Eskimo-Uralic
hypothesis, «Journal de la Société
Finno-Ougrienne», 1959, v. 61;
Krauss M. E., Eskimo-Aleut, «Current Trends in
Linguistics», v. 10, The Hague, 1973;
см. также литературу при статьях Эскимосский язык и Алеутский язык.
Г. А. Меновщиков.