БЕРДЯЕВ Николай Александрович (1874-1948), русский философ и публицист. Родился 6 марта 1874 в Киеве. Учился в Киевском кадетском корпусе. В 1894 поступил на естественный факультет университета Святого Владимира (Киев), через год перевелся на юридический факультет. Увлечение марксизмом, участие в социал-демократическом движении стали причиной ареста Бердяева и исключения из университета (1898). Марксистский период в его биографии оказался сравнительно коротким. Уже в работе Субъективизм и индивидуализм в общественной философии. Критический этюд о Н.К.Михайловском (1901) признание марксистского историзма соседствует с критической оценкой "материализма". Участие Бердяева в сборнике Проблемы идеализма (1902) ознаменовало окончательный переход мыслителя на позиции метафизики и религиозной философии. В 1904-1905 он редактирует религиозно-философские журналы "Новый путь" и "Вопросы жизни". Происходит его сближение с Д.С.Мережковским, впрочем, оказавшееся непродолжительным. В идеях последнего он в конечном счете увидит проявление "декадентства" и "религиозного сектантства". В автобиографии Самопознание, написанной в конце жизни, он скажет о духовной атмосфере, царившей в кругу идеологов "серебряного века", что это было "возбуждение", лишенное "настоящей радости". Вполне последовательная религиозно-метафизическая ориентация Бердяева нашла отражение в его работах Sub specie aeternitatis. Опыты философские, социальные, литературные и Новое религиозное сознание и общественность (обе - 1907), а также в известной статье в сборнике "Вехи". В годы после первой русской революции Бердяев постоянно критикует различные варианты российского радикализма, как "левого", так и "правого" толка (сборник Духовный кризис интеллигенции, статьи Черная анархия, Казнь и убийство и др.). Эпохальными, с точки зрения определения собственной философской позиции, стали для Бердяева его книги: Философия свободы (1911) и Смысл творчества (1916). Во время Первой мировой войны Бердяев, не разделяя взглядов, которые ему представлялись "крайностями" патриотизма (он спорил по этому поводу, в частности, с В.В.Розановым, С.Н.Булгаковым, В.Ф.Эрном), был далек и от настроений антигосударственных и тем более антироссийских. Итогом его размышлений этих лет стала книга Судьба России (1918). Отношение к Февральской революции у него с самого начала было двойственным: падение монархии он считал неизбежным и необходимым, но и "вступление в великую неизвестность" послереволюционного будущего воспринималось как чреватое хаосом, падением в "пучину насилия". Последние настроения вскоре возобладали: на первый план в размышлениях Бердяева выходит тема роковой опасности революции, приводящей к разрушению органической иерархии общественной жизни, "низвержению расы лучших", уничтожению культурной традиции (статья Демократия и иерархия, книга Философия неравенства и др.). Последовательное неприятие большевизма не помешало Бердяеву проявлять исключительную активность в послереволюционные годы: он выступал с публичными лекциями, преподавал в унивеситете, был одним из руководителей Всероссийского союза писателей, организовал Вольную академию духовной культуры, вел семинар о творчестве Достоевского. Вся эта деятельность оборвалась в 1922, когда Бердяев был выслан за границу. Европейскую известность принесла философу его книга Новое средневековье. Размышление о судьбе России и Европы (Берлин, 1924). Осмысляя трагический опыт русских революций и тенденции европейского развития, Бердяев провозглашает в этой работе завершение "безрелигиозной", "гуманистической эпохи" и вступление человечества в "сакральную" эпоху "нового средневековья", характеризующуюся религиозным возрождением и религиозными конфликтами, столкновением христианских и антихристианских идей. В идейной борьбе 20 в., по Бердяеву, позиции безрелигиозные уже не играют существенной роли. Любая значимая идея неизбежно принимает религиозный смысл. Это касается и коммунистической идеологии: "коммунистический интернационал есть уже явление нового средневековья". С 1925 по 1940 Бердяев был редактором журнала "Путь" - ведущего издания религиозно-философской мысли русского зарубежья. В "Пути" публиковали свои сочинения и видные представители европейской религиозной философии (Ж.Маритен, П.Тиллих и др.). В эмиграции Бердяев был активным участником европейского философского процесса, постоянно поддерживая отношения со многими западными мыслителями: Э.Мунье, Г.Марселем, К.Бартом и др. Среди наиболее значительных трудов Бердяева эмигрантского периода - О назначении человека. Опыт парадоксальной этики (1931), О рабстве и свободе человека. Опыт персоналистической философии (1939), Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация (1947). Уже после смерти философа увидели свет его книги: Самопознание. Опыт философской автобиографии, Царство Духа и царство Кесаря, Экзистенциальная диалектика божественного и человеческого и др. В 1947 Бердяеву была присуждена степень доктора теологии в Кембриджском университете. Умер Бердяев в Кламаре близ Парижа 23 марта 1948. Своеобразие философии, по Бердяеву, состоит в том, что она не сводится к системе понятий, представляет собой не столько "знание-дискурс", сколько "знание-созерцание", говорящее на языке символов и мифов. В мире символов его собственной философии ключевая роль принадлежала свободе и творчеству, с которыми в конечном счете связаны все прочие идеи-символы: дух, чье "царство" радикально, онтологически противостоит "царству природы"; объективация - бердяевская интуиция драматизма судьбы человека, не способного (культура - "великая неудача") выйти из пределов "царства природы"; трансцендирование - творческий прорыв, преодоление, хотя бы на миг, "рабских" оков природно-исторического бытия; экзистенциальное время - духовно-творческий опыт личной и исторической жизни, имеющий метаисторический, абсолютный смысл и сохраняющий его даже в эсхатологической перспективе. При этом именно свобода определяет содержание "царства духа", смысл его противостояния "царству природы". Творчество же, которое всегда имеет своей основой и целью свободу, фактически исчерпывает позитивный аспект человеческого бытия в бердяевской метафизике и в этом отношении не знает границ: оно возможно не только в опыте художественном и философском, но также и в опыте религиозном и моральном ("парадоксальная этика"), в духовном опыте личности, в ее исторической и общественной активности. Бердяев придал свободе онтологический статус, признав ее первичность в отношении природного и человеческого бытия и независимость от бытия божественного. Свобода угодна Богу, но в то же время она - не от Бога. Существует "первичная", "несотворенная" свобода, над которой Бог не властен, которая "коренится в Ничто извечно". Эта же свобода, нарушая "божественную иерархию бытия", порождает зло. Тема свободы, по Бердяеву, важнейшая в христианстве - "религии свободы". Иррациональная, "темная" свобода преображается Божественной любовью, жертвой Христа "изнутри", "без насилия над ней", "не отвергая мира свободы". Богочеловеческие отношения неразрывно связаны с проблемой свободы: человеческая свобода имеет абсолютное значение, судьбы свободы в истории - это не только человеческая, но и божественная трагедия. В неспособности воспринять глубочайший и универсальный трагизм христианства Бердяев был склонен усматривать коренной недостаток традиционных теологических систем, постоянно указывая на их чрезмерный рационализм и оптимизм. Наиболее близкими себе религиозными мыслителями прошлого он считал Экхарта, Баадера, позднего Шеллинга и в особенности Беме. Основное же направление европейской метафизики, восходящей к Платону, находится, по Бердяеву, в русле онтологического монизма, утверждает фундаментальную первичность бытия (в его различных формах) и уже потому враждебно идее человеческой свободы и соответственно персонализму. "Нужно выбирать между двумя философиями - философией, признающей примат бытия над свободой, и философией, признающей примат свободы над бытием... Персонализм должен признать примат свободы над бытием. Философия примата бытия есть философия безличности" (О рабстве и свободе человека, 1939). С этой позицией было связано критическое отношение Бердяева к современному философскому "онтологизму" и, в частности, к фундаментальной онтологии М. Хайдеггера.

ЛИТЕРАТУРА

Полторацкий Н.П. Бердяев и Россия. Нью-Йорк, 1967 Бердяев Н.А. Сочинения, тт. 1-4. Париж, 1983-1991 Бердяев Н.А. Судьба России. М., 1990 Бердяев Н.А. Философия свободного духа. М., 1994 Бердяев Н.А. Истина и откровение. СПб, 1996

Составить слова из слова бердяев николай александрович

БОЭЦИЙ - БОЭ́ЦИЙ (Boethius) Аниций Манлий Торкват Северин (ок. 480, Рим - ок. 525, Павия), римский философ, государственный деятель, богослов.

Как философ видел свою задачу в том, чтобы латинизировать и гармонизировать греческую философию Платона, Аристотеля и неоплатоников, укрепив тем самым римскую культуру и государственность перед лицом варварского завоевания. Как богослов стремился латинизировать никейское и халкидонское богословие, перенеся на латинскую почву тонкие различия греческих понятий в учениях о Троице и об ипостаси и природах Христа. На латинском Западе почитается как отец Церкви; вплоть до 14 в. считался «summus philosophus» - «нашим главным философом». Для латинского средневековья Боэций - один из главных наставников в античной философии и логике, а также в специальных науках (арифметике, геометрии, музыке, астрономии, риторике); один из создателей схоластического метода.

Жизнь

Боэций происходил из знатного римского рода Анициев. Осиротев, в детстве был усыновлен Квинтом Симмахом, консулом, затем главой сената и префектом Рима. Учился, предположительно, или в Александрии, или в Риме, или в Равенне - с 493 в столице остготского короля Теодориха, (см. ТЕОДОРИХ) завоевавшего Италию. Женился на дочери Симмаха. Сделал при Теодорихе блестящую карьеру: в 510 - консул, затем принцепс римского сената; в 522 Теодорих назначает его на должность magister officiorum - уже не только почетный, но реальный пост первого министра королевства. Тогда же почетными консулами назначаются два его малолетних сына. К этому времени он - знаменитейший ритор (писатель) и философ Италии. В 523/4 по обвинению в государственной измене приговаривается к тюремному заключению, затем - к смерти. В тюрьме пишет самое известное свое сочинение - «Утешение философией». Казнен в Павии в 524 или 526 (до конца 19 в. в Павии сохранялся местный культ св. мученика Боэция). Обвинялся Боэций в том, что 1) стремился вернуть Риму утраченную свободу; 2) пытался защитить сенаторов путем сокрытия документов, уличающих их в «оскорблении величества» Теодориха; 3) занимался магией и осквернял святыни. Первые два пункта сам Боэций признал справедливыми. Вскоре был казнен и единственный его защитник Симмах.

Из сочинений Боэция более всего читалось «Утешение», в особенности после эпохи Возрождения (см. ВОЗРОЖДЕНИЕ (Ренессанс)); чаще всего изучались и комментировались в средние века богословские трактаты, особенно «О Троице» и «О гебдомадах» (известны комментарии Ремигия, Беды Достопочтенного, (см. БЕДА Достопочтенный) Жильбера Порретанского, (см. ЖИЛЬБЕР ПОРРЕТАНСКИЙ) Кларенбальда Аррасского и Фомы Аквинского (см. ФОМА АКВИНСКИЙ)). Наибольшее же влияние на формирование латинской средневековой культуры и философии оказали переводы, комментарии и учебники Боэция в первую очередь по логике. Для развития математики имели значение переводы Боэцием «Арифметики» Никомаха, «Начал» Евклида. Трактат «О музыке» («О музыкальных установлениях», на латинском языке) посвящен проблемам акустики и гармонии в греческой музыке и долгое время считался самым полным теоретическим музыкальным трудом поздней античности и Средневековья.

Платон и Аристотель в трудах Боэция

Боэция трудно классифицировать, отнеся к определенной философской школе. Сам он, видимо, считал себя платоником (см. ПЛАТОНИЗМ). Но нельзя забывать, что и Аристотеля (см. АРИСТОТЕЛЬ) он считал несомненным платоником, следуя в этой общераспространенной эллинистической традиции (странно, что Боэций не перевел ни одного диалога Платона; только в «Утешении» отчасти заметно влияние «Тимея» и «Горгия»). Он объявляет, что не приемлет учения стоиков (см. СТОИЦИЗМ) и эпикурейцев (см. ЭПИКУРЕИЗМ); но влияние на него Цицерона (см. ЦИЦЕРОН) и, в меньшей степени, Сенеки (см. СЕНЕКА Луций Анней) очевидно, а их историки философии традиционно числят по ведомству Стои. Боэций не просто христианин - он признанный Учитель католической Церкви; но по поводу его «Утешения философией» до сих пор идут споры: не язычник ли его написал - там нет ни единого намека на христианский образ мыслей; так что одно время допускалось даже существование двух Боэциев - автора богословских трактатов и автора всего остального (на сегодня единство Боэция более или менее доказано и общепринято). Его комментарии по манере и методу исключительно близки к традиционным школьным комментариям греков-неоплатоников, таких как Порфирий, (см. ПОРФИРИЙ (философ)) Симпликий, Филопон и настолько же далеки от римского стиля философствования, насколько близко к нему «Утешение».

Отчасти трудность классификации Боэция связана с тем, что он четко различал жанры философствования, строго придерживаясь манеры изложения, языка, строя, аргументации и метода принятого для протрептика римского «утешения», комментария учебника или богословского исследования. Отчасти же эта трудность связана, по-видимому, с несовершенством самой историко-философской классификации, принятой в Европе после Ренессанса (см. ВОЗРОЖДЕНИЕ (Ренессанс)).

Легче указать философскую связь Боэция не с его предшественниками, а с его последователями. Множество сформулированных Боэцием тезисов стали аксиоматическим фундаментом латинской схоластики: «бытие и благо обратимы» (ens et bonum convertuntur); «личность есть неделимая сущность разумной природы» (persona est naturae rationalis individua substantia); «следует соединять, где можно, веру с разумом» и «божественных вещей следует касаться разумом»; «отношение умножает Троицу» (relatio multiplicat trinitatem). По сравнению со своим великим предшественником Августином (см. АВГУСТИН Блаженный) Боэций ввел христианскую латинскую философию в русло большей научной и терминологической строгости, одновременно умерив радикализм в решении философских проблем, таких как самостоятельное бытие универсалий, бессмертие отделенной души, радикальное трансцендирование конечного разума в богопознании - везде Боэций вносит по сравнению с платоником Августином значительную долю умеренного аристотелизма.

Онтология Боэция

Боэций первым разрабатывает по-латыни терминологию бытия, а тем самым и строгую систему онтологии (см. ОНТОЛОГИЯ). Это требовалось для изложения триадологических и христологических проблем, обсуждавшихся на Вселенских соборах, а также для комментирования аристотелевских трактатов. В существующей вещи Боэций различает «бытие» (esse) и «то что есть» (id quod est). Бытие абстрагируемое мысленно от всякой конкретной существующей вещи есть ее целевая причина, ибо все сущее стремится быть. Следовательно бытие есть высшее благо для всех сущих («Бытие и благо обратимы»). Но поскольку опыт учит, что не все вещи благи, а логика свидетельствует, что никто не стремится к тому, чем уже обладает, постольку необходимо заключить, что бытие и то, что есть - разные вещи.

Таким образом чистое («простое») бытие=Благо составляет высший онтологический уровень, благодаря причастности которому существует все, что существует - это Бог. Только в Боге бытие и то, что есть, тождественны. То, что есть может по Аристотелю существовать в другом или сказываться о другом (акциденции), либо существовать самостоятельно (субстанции). Самостоятельно существующая вещь как носитель акциденций называется субстанцией, а собственно как самостоятельно (т. е. не применительнно к другому) существующая - субсистенцией. То, чем является данная вещь, суть ее бытия или, на аристотелевском языке форма, обозначается у Боэция неологизмом (единожды, но не в строгом смысле употребленным Августином) essentia - сущность (или чаще калькой с греческого to tiv hjБОЭЦИЙn eijБОЭЦИЙnai - id quod est ei esse). Синоним сущности-эссенции - «природа» («Природа есть видовое отличие, образующее всякую вещь»).

К числу субстанций, т. е. носителей привходящих признаков (акциденций), относятся как самостоятельно существующие субсистенции-индивиды, так и общие понятия, роды и виды, которые Боэций назвал «универсалиями» - общностями или целостностями. Они существуют, сказываясь об индивидах только как единичные; существуют в мышлении только как общие. Вопрос об онтологическом статусе универсалий Боэций предельно четко формулирует, указывает все связанные с ним трудности и оставляет нерешенным (впоследствии именно сформулированная Боэцием проблема положит начало спору реалистов (см. РЕАЛИЗМ (в философии)) и номиналистов (см. НОМИНАЛИЗМ)). Наконец, Боэций выделяет еще один способ бытия - личный. Если некое сущее относится к классу субстанций; если его формальное бытие (essentia) или природа включает отличительный признак разума (intellectus et ratio); если оно существует самостоятельно (subsistentia), то оно называется «лицом».

Такой способ бытия присущ Богу, ангелам и людям. В Боге единственном и абсолютно едином (простом) все модусы бытия совпадают: в нем бытие тождественно тому, что есть и тому, что он есть, т. е. сущности или природе; он - субсистенция и лицо. Такая всесовершенная полнота бытия во всех его отношениях, целокупность бытия без ущерба и частичности есть вечность. Вслед за Плотином (см. ПЛОТИН) Боэций трактует вечность не в связи со временем, а онтологически - как особый модус бытия. «Вечность есть совершенное обладание безграничной жизнью в целом и одновременно» (aeternitas est interminabilis vitae tota simul et perfecta possessio - Утешение философией V 6; ср. у Плотина Эннеады III 7: «Целостное законченное бытие… - это и есть вечность… полнота бытия… охватывающая все бытие и исключающая всякое небытие»).

Дабы подчеркнуть это, для обозначения бесконечного времени Боэций вводит латинский неологизм sempiternitas - «всегдашность». (Впоследствии Плотиновско-Боэциевское определение вечности как онтологической категории полностью принимается и развивается Фомой Аквинским (см. ФОМА АКВИНСКИЙ): «Всем своим бытием Бог обладает одновременно, в чем и состоит смысл вечности». Сумма против язычников I 15). Тезисы Боэция о том, что в богопознании следует, насколько возможно, идти рациональным путем; о том что этот рациональный путь должен быть точен, математически строг и однозначен; и, наконец, онтологическая система Боэция легли в основу всей средневековой западной схоластики как особого типа философствования.

Составить слова из слова боэций