ГРИРСОН (Grierson) Джон (1898-1972) - английский кинорежиссер-документалист. На творчество Грирсона оказали влияние С. М. Эйзенштейн и Вс. Ил. Пудовкин. Фильмы: "Рыбачьи суда" (1929), "Ночная почта" (1936), "Северное море" (1938) и др.

Составить слова из слова грирсон (grierson) джон

Гри́рсон Джон (Grierson) (1898-1972), английский кинорежиссёр-документалист. На творчество Грирсона оказали влияние С. М. Эйзенштейн и В. И. Пудовкин. Фильмы: «Рыбачьи суда» (1929), «Ночная почта» (1936), «Северное море» (1938) и др.

* * *

ГРИРСОН Джон - ГРИ́РСОН (Grierson) Джон (1898-1972), английский кинорежиссер-документалист. На творчество Грирсона оказали влияние С. М. Эйзенштейн и Вс. Ил. Пудовкин. Фильмы: «Рыбачьи суда» (1929), «Ночная почта» (1936), «Северное море» (1938) и др.

Составить слова из слова грирсон джон

Гри́рсон Джордж Абрахам (1851-1941), англо-ирландский языковед. Исследователь языков Индии (хинди, бенгали, дардских и др.). Разработал классификацию современных индийских (индоарийских) языков, изучал живые иранские языки (дари, памирские). Основные труды «Лингвистическое обозрение Индии» (т. 1-11, 1904-28).

* * *

ГРИРСОН Джордж Абрахам - ГРИ́РСОН Джордж Абрахам (7 января 1851, Гленагири - 9 марта 1941, Камберли), англо-ирландский языковед. Занимался исследованиями языков Индии (хинди (см. ХИНДИ), кашмири, бенгали, дардских (см. ДАРДСКИЕ ЯЗЫКИ) и др.). Работал в колониальной администрации в Индии, в Бихаре. Собирал материал по языку и материальной культуре Индии («Жизнь крестьян Бихара», 1885). Основной научный труд одиннадцатитомное «Лингвистическое обозрение Индии» (1904 - 1928).

ГРИРСОН Джордж Абрахам (1851-1941) - англо-ирландский языковед. Исследование языков Индии (хинди, бенгали, дардских и др.). Основной труд "Лингвистическое обозрение Индии" (т. 1-11, 1904-28).

Составить слова из слова грирсон джордж абрахам

Инди́йские (индоари́йские) языки́ -

группа генетически родственных языков, восходящих к древнеиндийскому языку и вместе с дардскими языками и иранскими языками к индо-иранской языковой

общности, входящей в индоевропейскую семью языков (см. Индоиранские языки, Индоевропейские языки). И. (и.) я. распространены в

северной и центральной Индии [хинди, урду, бенгали, панджаби, маратхи, гуджарати, ория, ассами (ассамский), синдхи

и другие], Пакистане (урду, панджаби, синдхи), Бангладеш (бенгали),

Шри-Ланке (сингальский - на юге острова),

Мальдивской Республике (мальдивский), Непале (непали); за пределами этого региона - цыганский и парья (диалект

на территории СССР в Гиссарской долине Таджикистана). Общее число

говорящих 770 млн. чел. На западе и северо-западе И. (и.) я. граничат с

иранскими (белуджский, пушту) и дардскими языками, на севере и

северо-востоке - с тибетскими и гималайскими, на

востоке - с рядом тибето-бирманских и мон-кхмерских языков, на юге - с дравидийскими (телугу,

каннада). В Индии в массив И. (и.) я. вкраплены

языковые островки других лингвистических групп (мунда, мон-кхмер, дравидийские и другие).

Древнейший период развития И. (и.) я. представлен ведийским языком (языком культа,

функционировавшим условно предположительно с 12 в. до н. э.) и санскритом в нескольких его литературных разновидностях (эпическим - 3-2 вв. до

н. э., эпиграфическим - первые века н. э., классическим санскритом -

расцвет 4-5 вв. н. э.). Отдельные индоарийские слова, принадлежащие

диалекту, отличному от ведийского (имена богов, царей, коневодческие

термины), засвидетельствованы начиная с 15 в. до н. э. в так

называемом митаннийском арийском в документах из Малой и Передней

Азии.

Для древнеиндийского состояния на фонетико-фонологическом уровне характерно наличие классов

смычных шумных придыхательных и церебральных фонем (сохранившихся с некоторыми изменениями

вплоть до современного состояния), фонологическое противопоставление

простых гласных по долготе​/​краткости в слогах любого типа, допустимость согласного исхода слова наряду с гласным, наличие

многочисленных сочетаний согласных, особенно сложных, в середине

слова. В основе древнеиндийской морфологии

лежит система качественных чередований гласного

в корне и в суффиксе. Языку свойствен развитый

синтетический строй. Грамматические значения

передаются сочетанием многочисленных типов основ имени и глагола с той

или иной серией окончаний. Имя имеет 8 падежей,

3 числа, глагол - 3 лица, 3 числа, 6-7 времён,

4-6 наклонений, 3 залога. Парадигма глагола

представлена многими десятками личных флективных форм. В словообразовании продуктивны префиксация и

суффиксация, причём ряд суффиксов требует определённой ступени

чередования корневого гласного. Морфологическая структура слова

предельно ясна. В синтаксисе при

преимущественном конечном положении глагольного сказуемого и препозитивности определения порядок слов

свободный.

Среднеиндийский период развития И. (и.) я. представлен

многочисленными языками и диалектами, бывшими

в употреблении в устной, а затем и в письменной форме к середине 1‑го

тыс. до н. э. Из них наиболее архаичен пали (язык буддийского Канона), за которым следуют

пракриты (более архаичны пракриты

надписей) и апабхранша (диалекты, сложившиеся к середине 1‑го тыс. н. э.

в результате развития пракритов и являющиеся переходным звеном к

новоиндийским языкам). Для среднеиндийского состояния по сравнению с

древнеиндийским на фонетико-фонологическом уровне характерны резкие

ограничения на сочетания согласных, отсутствие консонантного исхода

слова, изменение интервокальных смычных, появление назализованных гласных фонем, усиление ритмических закономерностей в слове (гласные

противопоставляются по долготе/краткости только в открытых слогах).

В результате этих фонетических изменений утрачивается ясность морфемной структуры слова, исчезает система

качественных морфонологических чередований

гласных и ослабевает различительная сила флексии. В морфологии проявляются тенденции к

унификации типов склонения, к смешению именного

и местоименного склонения, к сильному упрощению

падежной парадигмы и развитию системы послелогообразных служебных

слов, к исчезновению целого ряда глагольных категорий и сужению

сферы употребления личных форм (начиная с пракритов в функции личных

форм глагола в прошедшем времени употребляются

только причастия). В синтаксисе появляется ряд

дополнительных ограничений, приведших к большей стандартизации

структуры предложения.

Новоиндийский период в развитии И. (и.) я. начинается после 10 в. Он

представлен приблизительно двумя десятками крупных языков и большим

количеством диалектов, иногда весьма отличающихся друг от друга.

Классификация современных И. (и.) я. предложена в 80‑х гг. 19 в.

А. Ф. Р. Хёрнле и лингвистически разработана в 20‑х гг. 20 в.

Дж. А. Грирсоном. В её основе лежит различение «внешних» (периферийных)

языков, обладающих рядом общих черт, и «внутренних», где

соответствующие черты отсутствуют (предполагается, что это деление

отражает соответственно раннюю и позднюю волну миграции арийских племен

в Индию, шедших с северо-запада). «Внешние» языки делятся на

северо-западные [лахнда (ленди), синдхи], южные (маратхи) и восточные

(ория, бихари, бенгали, ассамский) подгруппы. «Внутренние» языки

членятся на 2 подгруппы: центральную (западный хинди, панджаби,

гуджарати, бхили, кхандеши, раджастхани) и пахари (восточный пахари -

непали, центральный пахари, западный пахари). В состав промежуточной

подгруппы входит восточный хинди. Индийские лингвисты чаще следуют

классификации С. К. Чаттерджи, отказавшегося от различения «внешних»

и «внутренних» языков и подчеркнувшего сходство языков, занимающих

смежные ареалы. По этой классификации, не противоречащей, по сути дела,

грирсоновской, выделяются северная, западная, центральная, восточная

и южная подгруппы. Особое место занимает цыганский язык,

обнаруживающий ряд общих черт с языками северо-западной Индии и

Пакистана. И. (и.) я. за пределами Индии (цыганский язык в разных

странах, диалект парья в Таджикистане, сингальский язык на Шри-Ланке,

мальдивский язык в Мальдивской Республике) обнаруживают значительное

влияние иноязычных систем.

Современные И. (и.) я. объединяются рядом общих особенностей, которые

в известной степени объясняются дальнейшим развитием тенденций,

свойственных пракритам, и наличием межъязыковых

контактов, приводящих к образованию различных языковых союзов.

Фонологические системы этих языков насчитывают от 30 до 50 и более фонем

(число фонем постепенно уменьшается в языковых ареалах с северо-запада

на юго-восток). В целом для общеиндийской фонологической модели

характерно наличие согласных придыхательного и церебрального рядов.

Наиболее распространённая модель консонантизма

включает 5 четырехугольников: k-g, kh-gh; c-j, ch-jh; ṭ-ḍ, ṭh-ḍh; t-d,

th-dh; p-b, ph-bh (хинди, ория, бенгали, непали, маратхи и синдхи - в

последних двух языках общая модель представлена в разросшемся виде: в

маратхи за счёт аффрикат, в синдхи за счёт имплозивных). В панджаби это

не четырёх-, а трёхчленное противопоставление (k-g-kh и т. д., как в

дардских), в сингальском и мальдивском - двоичное (k-g и т. д., как в тамильском), в ассамском модель та же

четырёхчленная, но нет квадратов церебральных и палатальных. Оппозиция

придыхательности у звонких согласных трактуется в ряде современных

И. (и.) я. на грани ингерентной и просодической

(в панджаби, ленди, диалектах западного пахари и восточного бенгали это

просодическая оппозиция тонов). В большинстве языков (кроме маратхи,

сингальского и мальдивского) для гласных фонологична оппозиция

назальности, противопоставление по долготе​/​краткости не фонологично

(кроме сингальского и мальдивского). Для современных И. (и.) я. в

целом характерно отсутствие начального сочетания согласных фонем.

В области морфологии современные И. (и.) я. представляют разные

стадии последовательных процессов: утрата старой флексии -

выработка аналитических форм - создание на их

базе новой агглютинативной флексии или новой

синтетической флексии, выражающей меньший круг значений, чем старая

флексия. На основании типологического изучения морфологического строя

современных И. (и.) я. Г. А. Зограф делит их на 2 типа: «западный» и

«восточный». В «западном» типе грамматические значения передаются

флективными и аналитическими показателями, причём вторые наращиваются

на первые, образуя двухъ- и трёхъярусные системы формантов (у имён -

косвенная основа + послелоги, первичные и производные; у глагола -

сочетание причастий или отглагольных имен с вспомогательными

глаголами, первичными и вторичными). В «восточном» типе эти значения

передаются преимущественно агглютинативными показателями, на

которые могут наращиваться аналитические, например у имён - основа

(= прямому падежу) + [аффикс определённости

или множественности] + аффикс падежа + [послелог]; у глаголов -

основа (= корню) + аффикс времени + аффикс лица. В «западном» типе есть

грамматическая категория рода, включающая обычно два рода, реже - три

(маратхи, гуджарати), в «восточном» такой категории нет. В «западном»

типе прилагательные делятся на 2 подкласса:

изменяемые и неизменяемые, в «восточном» они всегда неизменяемы.

В синтаксисе для современных И. (и.) я. характерно фиксированное

положение глагола (в конце предложения) и связанных с ним слов, широкое

распространение служебных слов (в «западном» типе - послелоги, в

«восточном» типе - особые частицы). Для

«западного» типа характерно развитие эргативной

или разных вариантов эргативообразной конструкции; «восточному» типу они

несвойственны.

В лексике современных И. (и.) я. принято

различать слова тадбхава (буквально - «происходящий от него», т. е. от

санскрита) - основное ядро исконных, незаимствованных слов, прошедших

через пракриты к современному состоянию; татсама (буквально - «подобный

ему», т. е. санскриту) - заимствования из

санскрита, дешья (буквально - «местный») - слова, не имеющие

санскритского источника, диалектизмы

древнеиндийского периода, заимствования из неарийских языков Индии.

Среди внешних заимствований выделяются арабские,

персидские, английские

и другие.

В разных местах ареала, занимаемого современными И. (и.) я., на общую

модель накладываются местные особенности. Отчётливо

противопоставляются на всех уровнях восточноиндийские языки и более

раздробленная группа языков, условно называемая западноиндийской. Черты

языкового союза объединяют некоторые И. (и.) я. с дравидийскими:

сингальский с тамильским, маратхи с каннада. Синдхи, панджаби, пахари

обнаруживают ряд общих черт с другими языками «гималайского»

языкового союза, в частности с дардскими и тибетскими.

И. (и.) я. пользуются многочисленными алфавитами, исторически

восходящими к брахми (деванагари, гурмукхи и другие; см. Индийское письмо). Некоторые языки северной и

северо-западной Индии используют арабо-персидскую

графику (урду, синдхи, ленди). Об изучении И. (и.) я. см. Индология.

Зограф Г. А., Языки Индии, Пакистана, Цейлона и Непала, М.,

1960;

его же, Морфологический строй новых индоарийских языков,

М., 1976;

Елизаренкова Т. Я., Исследования по диахронической

фонологии индоарийских языков, М., 1974;

Языки Азии и Африки, т. 1, Индоарийские языки, М., 1976;

Чаттерджи С. К., Введение в индоарийское языкознание, [пер.

с англ.], М., 1977;

Beames J., A comparative grammar of the modern

Aryan languages of India: to wit, Hindi, Panjabi, Sindhi, Gujarati,

Marathi, Oriya and Bangali, v. 1-3, L., 1872-79;

Hoernle R., A comparative grammar of the Gaudian

languages, L., 1880;

Grierson G. A., Linguistic survey of India,

v. 1-11, Calcutta, 1903-28;

Bailey T. G., Studies in North Indian languages,

L., 1938;

Bloch J., Indo-Aryan from the Vedas to modern

times, P., 1965;

Turner R. L., A comparative dictionary of the

Indo-Aryan languages, L., 1962-69.

Т. Я. Елизаренкова.

Составить слова из слова индийские (индоарийские) языки

Индоло́гия -

комплекс историко-филологических дисциплин, изучающих, прежде всего

по письменным памятникам, культурную историю народов Южной Азии. Ныне

термин «индология» используется и во всеобъемлющем страноведческом

смысле. Лингвистическая индология включает собственно индийское (индоарийское) языкознание, изучение

дравидийских языков (дравидских) и мунда языков. С индологией смыкается тибето-бирманистика, изучающая языки, захватывающие

северную и восточную периферию названного региона, но в большей своей

части распространённые за его пределами.

Изучение языка зародилось в Индии в древности на основе правил

рецитации Вед (см. Индийская

языковедческая традиция). Первое из сохранившихся индоарийских

грамматических сочинений - «Аштадхйайи» Панини (5-4 вв. до н. э.),

представляющее собой полное нормативное описание санскрита, предполагает существование длительной

предшествующей традиции. Среди последующих грамматистов, представляющих

различные школы, выделяется Патанджали (2 в. до н. э.). Основы

сравнительного изучения индоарийских языков заложил Вараручи (3 в. до

н. э.?), проводивший в своей грамматике «Пракритапракаша» идею развития

пракритов из санскрита. Поздние среднеиндийские

языки - апабхранша - получили наряду с санскритом и пракритами некоторое

освещение в трудах Хемачандры (11 в.). Значительных успехов достигла

древнеиндийская лексикография. Среди словарей,

классифицирующих санскритскую лексику по

смысловым группам, выделяется «Амаракоша» Амарасинхи (середина 1‑го

тыс.).

Древнейшую лингвистическую традицию среди дравидийских языков имеет

тамильский. Её открывает грамматика

«Толхаппиям» (около 5 в.), сопровождающаяся рядом позднейших

комментариев: среди более поздних выделяется «Наннул» Паванади

(14 в.). Первая грамматика телугу -

«Шабдачинтамани» Наннаи Бхатты относится к 11 в. Древнейшие грамматики

каннада - «Карнатака бхашабхушана» Нагавармы

(12 в., на санскрите) и «Шабдаманидарпана» Кешираджи (13 в., на

каннада), малаяльского - «Лилатилакам» (14 в.,

на санскрите). Языки мунда собственной традиции изучения не имеют.

Изучение языков Индии европейцами началось в 17-18 вв. и до середины

19 в. носило преимущественно прикладной характер: миссионеры и

чиновники колониальных компаний создавали пособия для изучения живых

языков. В конце 18 - начале 19 вв. благодаря трудам У. Джоунза и

Г. Т. Колбрука (Великобритания) состоялось знакомство европейцев с

санскритом, что послужило толчком к возникновению в Европе

теоретического языкознания на базе сравнительно-исторического метода. Работы Ф. Боппа

повели к тому, что санскрит стал важнейшим объектом изучения на кафедрах

сравнительного языкознания, появившихся сначала в Германии, а затем в

крупнейших университетах других стран Европы (включая Россию) и США. Для

19 в. характерно в первую очередь описание фонетики и грамматики санскрита, что нашло

отражение в трудах Т. Бенфея, Б. Дельбрюка (Германия), И. Г. Бюлера

(Австрия), О. Бётлингка (Россия), М. Мюллера (Великобритания),

У. Д. Уитни (США), И. Шпейера (Нидерланды) и других. Обобщением

достижений в этой области явилась капитальная грамматика Я. Ваккернагеля

(Швейцария), первый том которой вышел в 1896 (завершена А. Дебруннером и

Л. Рену в 1957). Основы изучения ведийского

(ведического) языка заложили Г. Грассман, К. Ф. Гельднер (Германия),

А. Макдонелл (Великобритания) и другие. Значительное внимание уделялось

изучению трудов древнеиндийских языковедов. Вершиной санскритской

лексикографии явились составленные Бётлингком и В. Р. фон Ротом так

называемые Петербургские санскритско-немецкие словари - «полный»

(1855-75) и «краткий» (1879-89).

Из среднеиндийских языков первым привлек внимание европейцев пали, основоположниками изучения которого

явились К. Лассен и Э. Бюрнуф. Русская грамматика пали (1872)

И. П. Минаева была сразу же переведена на английский и французский

языки. Р. Чайлдерс составил пали-английский словарь (1875). Среди

исследований пракритов выделяются работы Э. Б. Кауэлла (Великобритания),

А. Ф. Р. Хёрнле, Г. Г. Якоби (Германия), Э. Сенара (Франция). Первую

сравнительную грамматику пракритов, опиравшуюся на труды индийских

грамматиков, издал в 1900 Р. Пишель (Германия).

В 70‑е гг. происходит качественный поворот в новоиндийском

языкознании. Создаются сравнительные грамматики живых индоарийских

языков, авторами которых были Р. Г. Бхандаркар (1877), один из

основоположников индийского востоковедения, и работавшие в Индии

Дж. Бимс (1872-79) и Хёрнле (1880). Тогда же появились обстоятельные, с

широким привлечением сравнительного и исторического материала описания

конкретных языков - синдхи (Э. Трумп,

1872) и хинди (С. Х. Келлогг, 1875), а

также словари, охватывающие разнородную, в т. ч. и диалектную, лексику и указывающие её этимологию. Как отрасль индоарийского языкознания

развивается цыганистика (А. Ф. Потт, Ф. Миклошич

и другие). В конце 19 в. начинается изучение дардских языков, сведения о которых раньше давались

попутно в разного рода общих работах.

Ещё в 1856 Р. Колдуэлл издал сравнительную грамматику дравидийских

языков, впервые убедительно показав их генетическую обособленность от

индоарийских. В тот же период появились грамматики и словари всех

четырёх литературных дравидийских языков, а

также отдельных бесписьменных (например, малто).

Наступление 20 в. знаменовалось прогрессом во всех направлениях.

Особенно характерно расширение и углубление интереса самих индийцев к

национальной культурной традиции (в т. ч. лингвистической) и к родным

языкам, на которых были созданы нормативные грамматики (маратхи - М. К. Дамле, хинди - К. Гуру, гуджарати - К. П. Триведи и другие) и

большие толковые словари.

Изучение древнеиндийского языка развивалось в

плане всё более глубокого исследования как конкретных явлений его строя,

так и определённых этапов развития. Были созданы многочисленные

монографии и широкие системные описания языков: труды Г. Гхоша (Индия),

В. Пизани (Италия), Г. Ортеля, П. Тиме (Германия), Рену (Франция),

Т. Барроу (Великобритания), Я. Гонды, Ф. Б. Я. Кёйпера (Нидерланды) и

других. Пристальное внимание уделялось предыстории индоарийских

языков; исследовались как общие проблемы индоевропеистики, поставленные

открытием древних индоевропейских языков Передней Азии (работы

Э. Стёртеванта, Пизани и других), так и вопросы влияния на индоарийские

языки неарийского субстрата в Индии (С. Леви,

Ж. Пржилуски, Ж. Блок, Барроу, Кёйпер). Одной из итоговых работ является

этимологический словарь древнеиндийского языка М. Майрхофера

(Австрия). В Пуне составляется капитальный словарь санскрита,

основанный на исторических принципах (А. М. Гхатаге и другие).

В изучении пракритов, как и вообще истории индоарийских языков,

серьёзную роль сыграло исследование эпиграфических и ранних

рукописных памятников (работы Блока, Э. Хульча, Дж. Брафа и других).

Были созданы описания «буддийского гибридного санскрита» (Ф. Эджертон,

США) и пракрита из Ния. В 40‑х гг. индийскими учёными опубликованы

обобщающие труды, посвящённые сравнительной грамматике и историческому

синтаксису среднеиндийских языков (С. Сен), языку пракритских надписей

(М. Мехендале) и апабхранша (Г. Тагаре). Продолжалось исследование пали

(В. Гайгер, Г. Людерс и другие); составляется «Critical

Pāli dictionary» (К. Р. Норман и другие).

Издание в 1903-28 Дж. А. Грирсоном при участии С. Конова «Описания

языков Индии», охватившего 179 языков и 544 диалекта, стимулировало, с

одной стороны, дальнейшие полевые работы, а с другой - теоретическое

осмысление доступных материалов. На новый качественный уровень вышли

фонетические описания (Т. Г. Бейли, С. К. Чаттерджи, Дж. Р. Фёрс).

Капитальные труды Блока (1920, Франция) и Чаттерджи (1926, Индия),

посвящённые истории маратхи и бенгальского,

открыли серию исторических описаний других новоиндоарийских языков

(Дх. Варма, Б. Саксена, У. Тивари, С. Джха и другие). Большой материал

по дардским языкам собрал Г. Моргенстьерне (Норвегия). В 1934 появился

общий очерк истории индоарийских языков Блока, а к 1966 был закончен

«Сравнительный словарь индоарийских языков» Р. Л. Тёрнера

(Великобритания).

В дравидологии 1‑я четверть 20 в. отмечена созданием ряда грамматик

бесписьменных языков (гонди, куи, курукх, брахуи и других) и продолжением грамматической и

лексикографической работы по литературным языкам. С 40‑х гг. полевые

работы принимают регулярный характер (М. Б. Эмено, Барроу,

С. Бхаттачарья и другие). Создаются важные обобщающие труды:

«Грамматический строй дравидских языков» Блока (1946), «Этимологический

словарь дравидских языков» Барроу и Эмено (2 изд., 1984). С 60‑х гг. всё

более расширяются исследования в области исторической фонетики и морфологии (Эмено, Л. В. Рамасвами Айяр,

Б. Кришнамурти, Г. Самбасива Рао, П. С. Субрахманьям, С. В. Шанмугам и

другие).

Из языков мунда наиболее активно изучался сантальский, грамматику и

5‑томный словарь (1929-36) которого составил П. О. Боддинг. Полевая

работа над другими языками и общие исследования их строя развернулись

в основном с 50‑х гг. (Бхаттачарья, Х. Ю. Пиннов, Н. Зайде и

другие).

Внимание исследователей, особенно американских и индийских,

привлекают проблемы социолингвистики

(Дж. Гамперц, Ч. А. Фергюсон, П. Б. Пандит, Л. Кхубчандани и другие).

Стала активно разрабатываться типологическая и

ареальная проблематика (Эмено, Ф. Саусуорс,

К. Масика, Х. Вермер и другие).

Для 2‑й половины 20 в. характерно быстрое развитие индологии в СССР,

социалистических странах (Чехословакия, ГДР) и США, а главное -

перемещение центра исследований в саму Южную Азию, прежде всего в Индию.

Вслед за Калькуттским университетом, где ещё в 20‑х гг. сложилась

сильная сравнительно-историческая школа (Чаттерджи, Сен и другие), в

независимой Индии появились центры прикладной

(Пуна) и дравидской (Аннамалайнагар) лингвистики, выпускающие ежегодно

многотомную серию исследований, а также центральные институты индийских

языков (Майсур), хинди (Агра) и другие; функционирует Лингвистическое

общество Индии (Пуна). В изучение региональных языков значительный вклад

вносят местные университеты. В плане подготовки к новому «Описанию

языков Индии» публикуются диалектные материалы.

Издаются языковедческие журналы: «Indian

Linguistics» (Пуна, 1931-), «International

Journal of Dravidian Linguistics» (Тривандрум, 1972-), «Bulletin of the Philological Society of Calcutta»

(Калькутта, 1959-), «Bhāṣā» भाषा (Дели, 1961-) и

другие. В Пакистане образована Исследовательская группа по языкознанию

{Linguistics Research Group of Pakistan},

выпускающая «Пакистанскую лингвистическую серию» {Pakistani Linguistics Series} (1962-).

[Индология в СССР]

В СССР продолжает развиваться санскритологическая традиция, которая в

дореволюционное время была представлена наряду с Бётлингком такими

учёными, как Р. Х. Ленц, К. А. Коссович, Минаев, Ф. И. Щербатской,

Д. Н. Кудрявский, Ф. И. Кнауэр, П. Г. Риттер. Исследованиями ведийского

языка до 1940 занималась Р. О. Шор, а позднее - Э. А. Макаев и

Т. Я. Елизаренкова. Различным аспектам строя санскрита посвящены работы

В. И. Кальянова, В. С. Воробьёва-Десятовского, Вяч. Вс. Иванова,

В. Н. Топорова, А. А. Зализняка. Э. Г. Алексидзе, Т. И. Оранской и

других. В. А. Кочергиной издан первый санскритско-русский словарь

(1978). Исследуются пали (Елизаренкова, Топоров, А. В. Парибок) и

пракриты (В. В. Вертоградова). Но наибольший размах получило изучение

новоиндийских языков, начатое вскоре после Октябрьской революции 1917

академиком А. П. Баранниковым и его старшими учениками

(В. М. Бескровным, А. С. Зиминым, В. Е. Краснодембским,

М. Н. Сотниковым) в Ленинграде и М. И. Клягиной-Кондратьевой в Москве.

Вслед за подготовленными ими начальными пособиями по основным языкам

(хинди, урду, маратхи, бенгальскому) в

40-70‑х гг. было выпущено более десяти словарей (среди них выделяется

2‑томный хинди-русский словарь под ред. Бескровного, 1972) и общие

очерки всех литературных языков. Ведутся исследования современного строя

и истории хинди и урду (А. С. Бархударов, Бескровный, А. А. Давидова,

З. М. Дымшиц, Елизаренкова, Г. А. Зограф, Т. Е. Катенина,

В. П. Липеровский, О. Г. Ульциферов, С. А. Черникова, В. А. Чернышёв,

А. Н. Шаматов и другие), бенгальского, ория и ассамского (Е. М. Быкова, В. Д. Бабакаев,

Б. М. Карпушкин, И. А. Световидова, Л. М. Чевкина и другие), панджаби (Ю. А. Смирнов, А. Т. Аксёнов,

И. Д. Серебряков, Н. И. Толстая), синдхи (Р. П. Егорова), гуджарати

(Л. В. Савельева), маратхи (Катенина, Б. И. Кузнецов и другие), непальского (Н. И. Королёв), сингальского (А. А. Белькович, Б. М. Волхонский,

В. В. Выхухолев, Н. Г. Краснодембская), цыганского (Т. В. Вентцель, Л. Н. Черенков),

дардских (А. Л. Грюнберг, Б. А. Захарьин, Д. И. Эдельман и другие).

Неизвестный ранее индоарийский язык парья открыл на территории

Таджикской ССР и описал И. М. Оранский. Предметом специального анализа

стали вопросы типологии индоарийских языков (Елизаренкова, Зограф) и лингвистическая география индоиранского ареала

(Эдельман).

Тамильский язык исследовался А. М. Мервартом; особенно активно

дравидийские языки стали изучаться благодаря работам М. С. Андронова,

который дал типологическую и сравнительно-историческую характеристику

дравидийской семьи языков. Изданы словари и грамматические очерки всех

четырёх литературных языков; обстоятельная грамматика тамильского языка

(Андронов); исследования по грамматике телугу (Н. В. Гуров,

С. Я. Дзенит, З. Н. Петруничева), каннада и малаялам (М. А. Дашко).

Чёткой методикой анализа выделяются описание морфологической структуры

тамильского языка, выполненное С. Г. Рудиным, и его работы по фонетике

дравидийских и индоарийских языков. Исследования языка протоиндийских

надписей (Ю. В. Кнорозов, М. Ф. Альбедиль, Гуров и другие) показали его

соответствие дравидийскому строю. Строй языков мунда был исследован в

работах Ю. К. Лекомцева.

Активно исследуются социолингвистические проблемы Южной Азии, и в

первую очередь Индии (А. М. Дьяков, Андронов, П. А. Баранников,

Бескровный, Ю. В. Ганковский, Б. И. Клюев, Т. Х. Халмурзаев, Зограф,

Чернышев).

Основными центрами изучения индийских языков в СССР являются: ИВАН

{Институт востоковедения Академии наук}

СССР и ЛО {Ленинградское отделение} ИВАН СССР, Институт востоковедения

АН Грузинской ССР; Московский, Ленинградский и Ташкентский университеты,

Московский институт международных отношений.

Бескровный В. М., Из истории изучения живых индийских

языков в России в XIX в., «Вестник ЛГУ», 1957, № 8, в. 2;

Кальянов В. И., Изучение санскрита в России, «Учёные

записки ЛГУ», 1962, № 304;

Советское языкознание за 50 лет, М., 1967;

Чижикова К. Л., Библиография работ по бенгальскому

языкознанию, М., 1974;

Windisch E., Geschichte der Sanskrit-Philologie

und indischen Altertumskunde, Tl 1-2, B., 1917-20;

Renou L., Les maîtres de la philologie védique,

P., 1928;

Zograf G. A., Indian philology, в

сб.: Fifty years of Soviet oriental studies, Moscow,

1967;

Current Trends in Linguistics, v. 5, Linguistics in South

Asia, The Hague - P., 1969.

Г. А. Зограф.

Составить слова из слова индология