Все словари русского языка: Толковый словарь, Словарь синонимов, Словарь антонимов, Энциклопедический словарь, Академический словарь, Словарь существительных, Поговорки, Словарь русского арго, Орфографический словарь, Словарь ударений, Трудности произношения и ударения, Формы слов, Синонимы, Тезаурус русской деловой лексики, Морфемно-орфографический словарь, Этимология, Этимологический словарь, Грамматический словарь, Идеография, Пословицы и поговорки, Этимологический словарь русского языка.

булаховский леон. арс

Гуманитарный словарь

БУЛАХО́ВСКИЙ Леон. Арс. (1888-1961) - лингвист. В 1910 окончил славяно-рус. отд. ист.-филол. ф-та Харьковск. ун-та, с 1916 там же приват-доцент каф. слав. филологии. В 1917-21 экстраординарный проф. каф. слав. филологии Пермского унта, в 1921-41 проф. ряда харьковских вузов. С 1936 д-р лингвистич. наук. В 1942-44 в эвакуации в Уфе зам. дир. Ин-та языка и лит-ры АН УССР. С 1944 - в Киеве, дир. Ин-та языковедения АН УССР (1944-61), зав. каф. укр. яз. и каф. славянск. филологии Киевск. ун-та (1944-47), зав. объединенным отделом рус. яз., слав. яз. и общего языкознания Ин-та языковедения АН УССР (1955-61). Дей-ствит. чл. АН УССР (1939). Чл.-корр. АН СССР (1946).

Круг науч. интересов Б. - общее, сравнительно.-историч., славян., рус. и укр. языкознание. Автор неск. учебников, в т. ч. "Введения в языкознание" (1953), долгое время являвшегося наряду с учебником А. А. Реформатского осн. пособием для филол. ф-тов сов. вузов. Предпринимал попытки реконструкции славянской акцентной системы, предвосхитив своими работами тр. В. М. Иллича-Свитыча, В. А. Дыбо, С. Л. Николаева, А. А. Зализняка, В. В. Колесова и др. ("Акцентологический комментарий к польскому яз.", 1950; "Акцентологич. комментарий к чешскому яз.", 1953-56. Вып. 1-3; "Болгарский яз. как источник для реконструкции древнейшей славянской акцентологич. системы", 1958, "Акцентологич. проблематика вопроса о славяно-балтийском языковом единстве", 1959; и др.). Занимался проблемами грамматич. строя рус., укр. и белорус. яз., историей рус. лит. яз. ("Ист. комментарий к рус. лит. яз." 1936; монография "Рус. лит. яз. первой половины XIX в.", 1941-48, Тт. 1-2). Автор "Курса рус. лит. языка" и мн. др. учебников и уч. пособий, а также работ по проблемам совр. укр. яз.

Полезные сервисы

булаховский леонид арсеньевич

Энциклопедический словарь

Булахо́вский Леонид Арсеньевич (1888-1961), языковед, академик АН УССР (1939), член-корреспондент АН СССР (1946). Труды по славистике, проблемам русского и украинского языкознания, славянской акцентологии, становлению и развитию национальных литературных языков.

* * *

БУЛАХОВСКИЙ Леонид Арсеньевич - БУЛАХО́ВСКИЙ Леонид Арсеньевич [2 (14) апреля 1888, Харьков - 4 апреля 1961, Киев], лингвист, академик АН Украины (1939), член-корреспондент АН СССР (1946). Труды по проблемам русского и украинского языкознания, славистике, славянской акцентологии (см. АКЦЕНТОЛОГИЯ).

В 1910 окончил славяно-русское отделение историко-филологического факультета Харьковского университета (см. ХАРЬКОВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ). Преподавал в Харьковском, Пермском и других университетах. В 1936 получил степень доктора наук. С 1944 директор института языкознания АН УССР в Киеве. Заведовал кафедрой украинского языка и кафедрой славянской филологии Киевского университета (см. КИЕВСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ) (1944 - 1947).

Проводил исследования в области общего, сравнительно-исторического славянского, русского и украинского языкознания. Был автором учебника «Введение в языкознание» (1953). Занимался вопросами реконструкции праславянской акцентологии.

Большой энциклопедический словарь

БУЛАХОВСКИЙ Леонид Арсеньевич (1888-1961) - языковед, академик АН Украины (1939), член-корреспондент АН СССР (1946). Труды по проблемам русского и украинского языкознания, славистике, славянской акцентологии.

Полезные сервисы

стиль

Стилистический словарь

СТИЛЬ (от лат. stilus, stylus - остроконечная палочка для письма, затем -манера письма, своеобразие слога, склад речи). В языкознании нет единого определения понятия С., что обусловлено многомерностью самого феномена и изучением его с различных точек зрения.

В русистике наиболее общепринятыми являются формулировки термина-понятия "С.", базирующиеся на его определении В.В. Виноградовым (1955): "Стиль - это общественно осознанная и функционально обусловленная, внутренне объединенная совокупность приемов употребления, отбора и сочетания средств речевого общения в сфере того или иного общенародного, общенационального языка, соотносительная с другими такими же способами выражения, которые служат для иных целей, выполняют иные функции в речевой общественной практике данного народа". Отталкиваясь от этой формулировки, С. определяют как общественно осознанную, исторически сложившуюся, объединенную определенным функц. назначением и закрепленную традицией за той или иной из наиболее общих сфер социальной жизни систему языковых единиц всех уровней и способов их отбора, сочетания и употребления. Это функц. разновидность, или вариант, рус. лит. языка, отличающийся способами его использования в разных сферах общения и создающий разные речевые стили как композиционно-текстовые структуры.

С. - фундаментальное понятие стилистики, и по мере ее развития складывались разные понимания С.

С. - одно из ранних понятий гуманитарного знания, представленное в риториках и поэтиках Древней Греции и Рима, а еще ранее в индийских поэтиках. Вплоть до средневековья понятие С. как своеобразия речи связывается с вопросом нормативности, а именно с тем, какой слог и его средства (тропы и фигуры, состав лексики, фразеологии, синтаксиса) "приличествует" употреблять в разных видах словесности. В ХVIII в. с появлением на Западе особой дисциплины, стилистики, С. определяется как своеобразие худож. речи (писателя, произведения и т.д.). В ХVIII в. С. становится также искусствоведческим термином для обозначения сугубо индивидуальной манеры изображения. Такое понимание достигает расцвета в эпоху лит. романтизма, связываясь с понятием человека-творца, гения как неотъемлемое и неотчуждаемое его свойство. Ср. высказывание Ж.Л.Л. Бюффона: "Стиль - это сам человек". У Гегеля противопоставление манеры и С. "снимается" в понятии "оригинальность". В рус. языке термин "стиль" и вариант "штиль" появляются в ХVII в., в середине ХIХ в. закрепляется термин "стиль".

Будучи явлением историческим (см. Историзм стиля), С. претерпевает изменения в содержании своего понятия.

Наиболее ранним в России было восходящее к античным риторикам трехчленное представление С. в рус. риториках XVII-XVIII вв. и теории и практике М.В. Ломоносова и его современников (см. Трех стилей теория): высокий - средний - низкий как совокупностей в каждом из них языковых средств в единстве (соотнесении) с предметом речи, темой, содержанием, группой жанров, тем самым - соответствующих трем видам "речений".

Позднее в связи с распадом в рус. лит. языке системы трех стилей и дальнейшим процессом демократизации языка на основе модификации этой модели С. выделяется оппозиция: книжный С. (см.) - разговорный (разг.-фамильярный) С. (см.) на фоне нейтрального. Стилевая окраска книжности речи была представлена (и сейчас частично сохраняется) в письменной форме в текстах специальной (науч., оф.-дел.) и худож. литературы и восходила к церк.-слав. пласту древнерус. книжности, разговорный С. (тип) - к устно-разг. речи низов городского населения и просторечию.

Эту модель С. традиционную (см.) совмещают нередко с экспрессивной (Ш. Балли), поскольку здесь по отношению к нейтральной "основе" (общеупотребительным средствам языка) представлены совокупности средств языка с повышением экспрессивно-стилистической тональности: торжественная (риторическая), возвышенная, строгая, официальная или ее понижением: С. фамильярный, грубый, дружеский, неофициальный, активизирующиеся либо в сфере книжно-письменной официальной речи и придающие ей соответствующую "окраску", либо, напротив, - в разг.-обиходной (преимущественно устной, неофициальной) со свойственной ей стилистической окраской (см.). Эти средства представляют собой ресурсы стилистической синонимии (очи - глаза - гляделки; длань - рука - лапа; вкушать - есть - уплетать). В ХХ в. они используются в худож. литературе и публицистике как средства создания юмора, сатиры, иронии.

Однако экспрессивность речи и ее источники не ограничиваются указанным аспектом (синонимией). Экспрессивность стиля понимают шире: сюда относят средства с различными эмоциональными и экспрессивными окрасками и оценкой (возвышенная, интимно-ласковая, уничижительная, презрительная и т.д.). Обычно эти экспрессивно-стилистические признаки определяются также на фоне нейтральных (стилистически не окрашенных) средств. Более строгим структурно-семантическим вариантом этой модели является понимание С. как коннотативной стороны языковых единиц, содержащих помимо денотативного разнообразные экспрессивно-эмоциональные, оценочные, стилистические, ассоциативно-образные созначения и окраски, которые сопутствуют собственно понятийному значению, передавая закрепляемые за языковыми единицами отношения и оценки говорящих к денотатам соответствующих языковых единиц.

Таким образом, на смену пониманию С. в период классицизма как замкнутой системы средств языка определенного однотипного стилистического "статуса" (соответствующих содержанию и жанру произведения) на основе трехчленного деления, приходит понимание С. как той или иной окраски (значения, точнее со-значения) у языковых единиц на фоне нейтральной нормы, единиц, составляющих стилистические пласты в системе языка. Это аспект не столько функциональный, сколько структурно-языковой, изучаемый стилистикой ресурсов (см.), хотя когда речь идет об употреблении этих средств в процессе общения, естественно, обнаруживается функциональность.

Однако с начала ХIХ в. отошла в прошлое возможность построения более или менее протяженного высказывания, тем более целого произведения, средствами одной стилистической окраски. При взгляде на историю развития стилистики такая ситуация была оценена (в ходе дискуссии 1954 г. по стилистике) даже как исчезновение стиля (если подходить к его определению с точки зрения ломоносовской традиции).

В первой половине ХIХ в. для обозначения индивидуальной манеры речи применительно к С. писателя используется номинация слог (см. у В.Г. Белинского и др.). Это значение термина С. сохраняется в лингвостилистике в качестве одного из возможных до настоящего времени. Ср. толкование в словарях термина С. как индивидуальной манеры, способа, которым исполнен данный речевой акт (или произведение) - стиль речи конкретного лица, в особенности - писателя (С. Пушкина, С. Гоголя).

Термином "С." в словарях обозначают и общепринятую манеру речи, способ ее исполнения, свойственный типизированным литературным текстам, в том числе жанровым разновидностям, когда значимы не только языковые элементы, но и композиция, и другие составляющие текста (С. романтизма, классицизма; С. к.-л. литературной школы; С. басни, репортажа, фельетона).

С середины ХХ в. в связи с развитием функц. стилистики (см.) появляется и становится центральным в современной науке понимание С. как стиля функционального. В этом случае внимание сосредоточивается преимущественно на речевой организации текста. С учетом указанного выше определения стиля, данного В.В. Виноградовым (1955), функц. стиль - это своеобразный характер речи той или иной ее социальной разновидности, соответствующей сфере общения и деятельности, соотносительной с определенной формой сознания, который создается особенностями функционирования в этой сфере языковых средств и специфической речевой организацией, речевой системностью (см.). (Подробнее см.: Функциональные стили в соотношении с разговорной речью и художественной речью, Экстралингвистические, или внелингвистические, стилеобразующие факторы функциональных стилей). Т. о., С. - явление субъективно-объективное.

Термин "функц.стиль" используют в аспекте не только речи, но и строя языка, и тогда его определяют как исторически сложившиеся в данном языковом коллективе разновидности лит. языка, представляющие собой относительно замкнутые системы языковых средств, регулярно функционирующие в различных сферах общественной деятельности.

Иногда ряд функц. стилей объединяют в широкий круг книжной речи (науч., оф.-дел., публиц., "языка худож. литературы") в противоположность речи разг., обиходной.

Существует и собственно оценочное определение С. речи - хороший С. (сочинения) или плохой - на основе соответствия/несоответствия сложившимся представлениям о норме стиля (см. Стилистическая норма).

При различии этих пониманий С. у них имеются, однако, общие, инвариантные признаки. Это наличие некоего своеобразия, специфической характерологической черты (не нейтральности) у разновидности языка/речи или у совокупности языковых средств, каких-то отклонений от обычного, буквального, лишенного коннотаций (в том числе функц.-стилистических) обозначения предмета речи (денотата в широком смысле) у одного С. по сравнению с другим. Феномен С., стилистического вообще - это нечто своеобразное, специфичное, характерное для того или иного предмета, явления, отличающее его от других предметов, явлений того же ряда. Этот смысловой компонент последовательно предстает во всех значениях слова "стиль" в словарях совр. рус. языка: 1. "Совокупность признаков, характеризующих искусство… или индивидуальную манеру художника" // "Совокупность характерных признаков, особенностей, свойственных чему-либо, отличающих что-либо". 2. "Совокупность приемов использования средств языка, характерная для какого-либо писателя…" 3. "Функциональная разновидность лит. языка…", т.е. функц. стиль, как сказано выше, - это "своеобразный характер речи той или иной ее разновидности" // "Особенности в построении речи…" 4. "Способ осуществления чего-либо, отличающийся совокупностью своеобразных приемов…" (МАС. Т. 4). Заметим при этом, что номинация "манера" тоже включает в себя понятие отличительных признаков: "Совокупность особенностей в построении речи и словоупотреблении, манера словесного изложения" (БАС. Т. 4). Кроме того (что важно для определения стиля), это наличие особых в каждой сфере общения, разновидности языка/речи принципов отбора и комбинации языковых средств, их трансформации, обусловленных экстралингвистическими факторами. Различия стилей определяются различием этих принципов, но С. - не сами принципы, а результат их действия. Т. о., каждый С. характеризуется наличием дифференциальных признаков. Индивидуальный С., по словам Ю.С. Степанова, - это "мера отклонений от нейтральной нормы". Наконец, понятие С. всегда связано с его осознанием.

С. явление не столько собственно языковое (в узком смысле последнего слова, как строя языка), сколько речевое, свойственное высказываниям (текстам) и создающееся в них. Таково мнение, напр., М.М. Бахтина, утверждающего: "Экспрессивная сторона языковых единиц - это не аспект системы языка" (1979, с. 264), "…экспрессивность отдельных слов не есть свойство самого слова как единицы языка и не вытекает непосредственно из значений этих слов" (Там же, с. 269). Если и не соглашаться с категоричностью этих утверждений, то следует бесспорно признать, что стилистические значения и оттенки у слов (как присущие им созначения, коннотации) формируются в процессе функционирования слов в речи, поскольку, как верно заметил Ф. де Соссюр, "факт речи предшествует факту языка".

Таким образом, С. творится и выражается в речевой деятельности, в процессе употребления языка и запечатлевается в тексте. С. - это одно из существенных свойств текста, формирующихся и выражающихся в его речевой системности, обусловленных в той или иной сфере и ситуации общения определенной совокупностью экстралингвистических стилеобразующих факторов (см.). В результате чего можно отличить - по стилю - один текст (группу текстов) от другого; это касается и индивидуальных особенностей речи. Неверно представлять дело лишь так, что стилистический аспект текста создается за счет языковых средств одинаковой стилистической окраски (за исключением редких особых случаев и случаев, отмеченных в произведениях ХVIII в.).

В стремлении уточнить лингвистическое понятие "С." известный чехословацкий ученый К. Гаузенблас попытался дать более глубокую его характеристику на основе учета широкого, общего понимания С. (различных "областей и форм человеческого поведения"). В результате обозначился круг (система) признаков, существенных и для стиля как понятия лингвистики. Вот эти основные признаки: "Стиль - это специфически человеческое явление", "сфера стилевых явлений - это сфера интериндивидуального контакта"; "Стиль имеет отношение к деятельности человека, для которой свойственна целенаправленность…", "Под стилем следует понимать определенный способ, принцип прохождения этой деятельности", в результате которой создается нечто целое "путем" отбора составных частей и их комбинации, важных для характеристики стиля"; "стиль связан со структурой созданного, со специфическим принципом его построения", т.е. "стиль - это свойства структуры созданного" (1967, с. 70-71). Об отношении же отдельных стилистически окрашенных единиц к языку, автор пишет, что "стилевые и языковые явления не стоят в одном ряду: стилевые явления отчасти входят в состав языковых явлений. Отчасти же выходят за их рамки" (Там же, с. 72). Ср. с указ. выше точ. зр. М. Бахтина. Подчеркнем антропоцентризм С., связанный с его онтологической природой (см. Гончарова, 1995).

Формирование стилистических средств языка и его стилевых разновидностей обусловлено расширением функций лит. языка в процессе его исторического развития, использованием лит. языка в появляющихся новых сферах деятельности и общения, а также в связи с появлением различных социальных ролей говорящих и т.д. С. развивается не только за счет многозначности языковых единиц и многофункциональности языка, но и за счет других языковых процессов, в частности заимствований из других языков, социальных, территориальных диалектов, жаргонов. Богатым источником для стилистики рус. лит. языка был старославянский (церковнославянский язык); в период же демократизации лит. языка в XIX в. - живая разговорная речь, просторечие, отчасти диалекты. Функц. стили рус. лит. языка формируются в своей основе на рубеже XVIII и XIX вв., а затем идет лишь процесс их "кристаллизации" (шлифования) и внутренней дифференциации.

В России изучение С. связано прежде всего с именами М.В. Ломоносова, Н.М. Карамзина, В.Г. Белинского, А.Н. Веселовского, А.И. Соболевского, А.А. Потебни; в XX в. - с работами В.В. Виноградова, Г.О. Винокура, М.М. Бахтина, А.М. Пешковского, Л.В. Щербы, Б.А. Ларина, В.М. Жирмунского, Б.В. Томашевского, Л.А. Булаховского и целой плеяды современных ученых Виноградовской школы.

Понятие С. лингвистического тесно связывается с понятием С. литературоведческого - при исследовании худож. текстов. Термин "С." употребляется в искусствоведении, эстетике, психологии, науковедении, когнитологии (когнитивный С. - Демьянков, Лузина). В 50-70 гг. XX в. оформляется понятие С. мышления, миропонимания как тенденций мысли, общих для науки, искусства определенного периода (М. Борн, Т. Кун, применительно к худож. литературе Р. Барт).

О многообразии современных представлений о С. и его толкованиях говорят результаты анкетирования ученых разных (преимущественно славянских) стран, проведенного проф. Ст. Гайдой и опубликованные в ж. Stylistyka-IV, где представлены точки зрения на стиль К. Гаузенбласа, Ф. Данеша, М. Елинка, Й. Крауса, Б. Хоффмана, О.Б. Сиротининой, М.Н. Кожиной, Г.Я. Солганика и др. О понимании С. в зарубежной С-ке см.: Ю.С. Степанов, Б. Тошович (2002).

Лит.: Соболевский А.И. О стиле. - Харьков, 1909; Пешковский А.М. Вопросы методики родного языка, лингвистики и стилистики. - М.; Л., 1930; Будагов Р.А. К вопросу о языковых стилях, "ВЯ". - №3, 1954; Его же: Литературные языки и языковые стили. - М., 1967; Сорокин Ю.С. К вопросу об основных понятиях стилистики. - ВЯ. - 1954. - №2; Виноградов В.В. Итоги обсуждения вопросов стилистики, "ВЯ". - №1, 1955; Его же: Стилистика. Теория поэтической речи. Поэтика. - М., 1963; Его же: Очерки по ист. рус. лит. языка ХVII-XIХ вв. - М., 1982; Ахманова О.С. Очерки по общей и рус. лексикологии. - М., 1957; Щерба Л.В. Избр. работы по русскому языку. - М., 1957; Винокур Г.О. О задачах истории языка // Избр. работы по русскому. языку. - М., 1959; Балли Ш. Французская стилистика. - М., 1961; Борн М. Состояние идей в физике // Физика в жизни моего поколения. - М., 1963; Гвоздев А.Н. Очерки по стилистике русского языка.- 3-е изд. - М., 1965; Гаузенблас К. К уточнению понятия "стиль" и к вопросу об объеме стилистического исследования. - ВЯ. - 1967. - №5; Кожина М.Н. К основаниям функц. стилистики. - Пермь, 1968; Ее же: Стилистика рус. языка. - М., 1993; Костомаров В.Г. Русский язык на газетной полосе. - М., 1971; Гальперин И.Р. О понятиях "стиль" и "стилистика". - ВЯ. - 1973. - №3; Васильева А.Н. Курс лекций по стилистике русского языка. Общие понятия… - М., 1976; Шмелев Д.Н. Русский язык в его функц. разновидностях. - М., 1977; Бахтин М.М. Эстетика словесного творчества. - М., 1979; Винокур Т.Г. Закономерности стилистич. использования языковых единиц. - М., 1980; Головин Б.Н. Основы культуры речи. Гл. II. - М., 1980; НЗЛ. Вып. IX. - М., 1980; Петрищева Е.Ф. Стилистически окрашенная лексика рус. языка. - М., 1984; Бельчиков Ю.А. Лексическая стилистика: проблемы изучения и обучения. - М., 1988; Его же: Стиль // Рус. яз. Энц.- 2-е изд. - М., 1997; Степанов Ю.С. Стиль // ЛЭС. - М., 1990; Телия В.Н. Экспрессивность как проявление субъективного фактора в языке и ее прагматическая ориентация. Механизмы экспрессивной окраски языковых единиц // Человеческий фактор в языке. Языковые механизмы экспрессивности. - М., 1991; Лосев А.Ф. Некоторые вопросы из истории учений о стиле, "Вестник Моск. ун-та. Сер. 9 - Филология", 1993. - №4; Лузина Л.Г. Когнитивный стиль // КСКТ. - М., 1996; Гончарова Е.А. Стиль как антропоцентрическая категория. Studia Linguistica. №8. Слово, предложение и текст… - СПб., 1999; Сиротинина О.Б. Что такое стиль?, "Stylistyka-IV". - Opole, 1995; Солганик Г.Я. О стиле, Там же; Jelinek M., Teze o stylu, Там же; Hausenblas K., Styl jazykovych projevu a rozvrstvení jazyka, SaS, XXIII, 1962; Bogołębska B., Proces wyodrębniania się teorii stylu na przełomie wieku XIX na XX, "Stylistyka-II", 1993; Tîшовиh. Функционални стилови. - Београд, 2002.

М.Н. Кожина

Полезные сервисы

метод

Лингвистика

Ме́тод

(от греч. μέθοδος - путь исследования) в языкознании -

1) обобщённые совокупности теоретических установок, приёмов, методик

исследования языка, связанные с определённой лингвистической теорией и с

общей методологией, - так называемые общие методы.

2) Отдельные приёмы, методики, операции, опирающиеся на определённые

теоретические установки, как техническое средство, инструмент для

исследования того или иного аспекта языка, - частные

методы.

Наиболее обобщённый метод всегда находится в тесной связи с

определённой теорией, представляет собой единство «метод - теория».

Советское языкознание подчёркивает важную роль философии и её методов в

выработке подхода к объекту исследования на всех этапах истории

языкознания. Каждый общий метод вычленяет именно ту сторону (или те

стороны) языка как объекта исследования, которые признаются

важнейшими в данной теории языка, например исторический аспект языка в

сравнительно-историческом

языкознании, его структурный аспект в структурной лингвистике, его динамический механизм

в генеративных грамматиках (см. Генеративная лингвистика) и т. д. В этом смысле

методом создаётся предмет исследования. Любой крупный этап в

развитии языкознания, характеризующийся изменением взглядов на

язык, изменением лингвистической теории, сопровождается коренным

изменением методов, стремлением создать новый обобщённый метод. При

этом, в отличие от исчезновения старых взглядов на язык и замены их

новыми, методы, унаследованные от предыдущего этапа, не исчезают

полностью, а сохраняют своё значение на новом этапе в качестве более

частных, специальных, но при этом основных методов. Таким образом,

современное языкознание обладает несколькими основными общими научными

методами, восходящими к различным эпохам. Единым философским методом советского языкознания является

диалектико-материалистический метод (см. Методология в языкознании, Философские проблемы языкознания).

Сравнительно-исторический метод -

первый научный метод в языкознании, ознаменовавший своим появлением в

начале 19 в. становление языкознания как науки в трудах Р. К. Раска,

Ф. Боппа, Я. Гримма, А. Х. Востокова и других и рассматривавшийся тогда

как универсальный. Ему соответствует определённая теория языка -

сравнительно-историческое языкознание. Основные положения

сравнительно-исторического метода: 1) каждый язык отличается

неповторимыми особенностями, раскрывающимися только при сравнении с

другими языками; сравнение обнаруживает у некоторых из них родство -

происхождение из общего источника, какого-либо существующего или уже

исчезнувшего языка (см. Родство

языковое, Праязык); 2) на этом

основании языки группируются в языковые группы и далее в языковые семьи,

например славянскую, романскую, германскую, балтийскую и другие группы в составе индоевропейской семьи языков; 3) различия

родственных языков могут быть объяснены только непрерывным историческим

развитием, которое признаётся важнейшим свойством языка вообще; 4) при

историческом изменении звуки изменяются быстрее других элементов языка.

Преобразования звуков в пределах одной языковой семьи строго

закономерны и могут быть сформулированы в виде фонетических законов. Корни

слов и флексии (с учётом

звуковых законов) обычно сохраняют устойчивость на протяжении

тысячелетий, что и позволяет установить архетипы этих элементов языка.

Сравнительно-исторический метод развивается и совершенствуется,

охватывая, помимо фонетики и морфологии, также постепенно синтаксис и семантику

(в трудах Ф. Ф. Фортунатова, В. К. Поржезинского, Я. М. Эндзелина,

К. Буги и других - в России; А. Мейе, К. Бругмана, Б. Дельбрюка,

Г. Хирта, Е. Куриловича, Э. Бенвениста и других - в Западной Европе;

А. М. Селищева, Л. А. Булаховского, В. М. Жирмунского, А. Н. Савченко,

Б. А. Серебренникова, О. Н. Трубачёва, А. С. Мельничука,

Т. В. Гамкрелидзе, Вяч. Вс. Иванова, Г. Б. Джаукяна, Г. А. Климова,

В. П. Мажюлиса, З. Зинкявичюса и других - в СССР).

Ограниченность сравнительно-исторического метода проявляется в

невозможности объяснить сходства неродственных языков, т. е. сходства

типологические (см. Типология

лингвистическая), главным образом в сфере семантики и синтаксиса и в

невозможности воссоздать целостную картину языка как синхронной, действующей системы. Первое ограничение

вызвало к жизни разработку типологии языков, понятия фреквенталий

(наиболее частых явлений в языках самых разных семей, «почти универсалий»), а второе привело к радикальному

перелому - появлению структурного подхода к языку, и метода новейшего

логического (концептуального) анализа языка (см. Логическое направление в языкознании).

Структурные методы ознаменовали перелом в развитии

языкознания, происшедший в 20‑х гг. 20 в. и связанный с трудами Ф. де

Соссюра и И. А. Бодуэна де Куртенэ. Основные положения структурных

методов: 1) подлинной реальностью признаётся не отдельный факт (морфема, звук, предложение и т. п.) какого-либо языка, а язык как

система; система не суммируется из элементов, а,

напротив, определяет их: каждый элемент языка существует в силу его

отношений к другим элементам в составе системы; 2) костяк, структуру

системы создают вневременные отношения, отношения доминируют над

элементами, структура доминирует над историей системы; основными

являются отношения оппозиции элементов

вне текста (см. также Парадигматика) и отношения взаимного расположения,

дистрибуции элементов в тексте (см. Дистрибутивный анализ, Синтагматика); 3) благодаря примату отношений

возможно вневременное и несубстанциальное - «алгебраическое» -

изучение системы; возможно применение математических методов в

языкознании; 4) подобно языку организованы некоторые другие системы -

фольклор, обычаи и ритуалы, отношения родства и др.; их изучение и

изучение языка, лингвистика, интегрируются в более общую науку - семиотику. Структурные методы развивались

тремя потоками в разных школах структурализма. Восточноевропейский

структурализм (см. Пражская

лингвистическая школа) ввёл понятие оппозиции и основанный на ней

метод прежде всего в фонологию, а от неё в другие сферы языка - главным

образом в морфологию и семантику. Датский структурализм (см. Копенгагенский лингвистический кружок)

разработал учение об алгебраических отношениях в языке, глоссематику. Американский структурализм (см. Дескриптивная лингвистика) разработал

понятие дистрибуции и основал на нём метод описания фонологии,

морфологии и элементарного анализа предложения (см. Непосредственно составляющих метод).

Структурные методы сохраняют значение как научный метод начального

описания всякого языка, установления его структуры и систематики

элементов (см. Таксономия). Их

ограниченность связана с предельной абстрактностью и с

невозможностью применить их к изучению языка как общественной,

исторической системы и в специальном плане - с невозможностью

применения для описания различных коннотаций, семантики предложения-высказывания,

синтаксиса, явлений связной речи и текста, в особенности в динамике последних.

Необходимость решения этих проблем привела к возникновению новых,

конструктивных методов, связанных с иными представлениями о языке - как

о динамической, «порождающей» системе.

Конструктивные методы (конструктивизм) возникли в начале

60‑х гг. 20 в. Основные положения этих методов: 1) требование

конструктивности, т. е. возможности и необходимости построения,

конструирования теоретических объектов: объект может быть принят как

объект теории, только если он может быть построен или смоделирован

исследователем. При этом конструктивным должен признаваться не реальный

объект, а его теоретический аналог, или модель; например, порождающая

грамматика «порождает» не реальные высказывания, как они производятся в

мышлении и речи человека, а их формальные аналоги - модели (см. Модель в языкознании); 2) исходным

объектом является предложение (в виде его теоретической модели),

поэтому конструктивными методами исследуется главным образом синтаксис

предложения и те явления семантики и словаря,

которые наиболее непосредственно связаны с предложением (например,

система тезауруса, идеография). Другие сферы

языка, например фонологическая, рассматриваются

по аналогии с последним. В предложении обнаруживаются динамические

черты языка - явления реального производства («порождения»)

высказывания в речи; 3) динамические законы построения

предложения-высказывания признаются универсальными, в то время как

национальные, исторически изменчивые особенности того или иного языка

рассматриваются как форма реализации этих универсальных

закономерностей, например морфология как «техника» семантики и

синтаксиса; 4) язык вообще понимается как динамическая система,

обеспечивающая порождение речевых произведений.

Основные идеи конструктивных методов восходят к так называемому

конструктивному направлению в математике. Ведущее место среди этих

методов заняли генеративные, или порождающие, грамматики (см. Генеративная лингвистика), в которых

метод неразрывно связан с соответствующей теорией (школы Н. Хомского в

США и «аппликативной грамматики» в СССР). Существуют генеративные

грамматики и соответствующие им методы двух типов: 1) генеративные

грамматики как средство описания какого-либо конкретного языка, в

основном создаваемые на основе задания некоторого количества исходных,

«ядерных» предложений и выведения из них других предложений путём

трансформаций (см. Трансформационный

метод); 2) генеративный метод «выбора» наиболее адекватной

генеративной грамматики из нескольких возможных. Опыты решения этих

задач привели к сращению генеративной теории - метода с формализованным

математическим языком и к превращению генеративной грамматики в раздел

математики (см. Математическая

лингвистика). Конкретное применение этих теорий к языковому

материалу показало их существенную ограниченность. Присущая

генеративной грамматике черта - отрыв от реальных языков - вызвала

кризис генеративного и в значительной степени конструктивного

(1960-70‑х гг.) направлений в языкознании и ускорила поиски новых

методов описания и объяснения языка. Эти поиски характеризуются

ориентацией в различных направлениях: а) на вовлечение в круг

исследований самых разных (теоретически - всех) языков мира, б) на единое, универсальное,

логико-семантическое описание предложения и текста в целом, в) на

возможно полный учёт прагматики,

социальных факторов при описании всей системы языка (см. Социолингвистика) и т. д.

Современное языкознание характеризуется разнообразием как

частных методов - компонентного анализа, непосредственно составляющих метода (восходящих к

общему методу структурализма), трансформационного

метода (восходящего к общему методу конструктивизма) и др., - так

и в ещё большей степени языковедческим преломлением общенаучных методов

(математического анализа - количественные

методы, статистический метод, глоттохронология; системного подхода -

сопоставительный метод, контрастивная лингвистика; эволюционного и

таксономического принципов - типология, ареальная лингвистика; естественнонаучного

эксперимента - психолингвистика;

конкретно-социологических исследований - социолингвистика). Вместе с тем сохраняет своё

значение общий филологический метод -

интерпретация текста.

Таким образом, современные тенденции в развитии методов

характеризуются отказом от исключительности того или иного

общего метода, стремлением сочетать и комбинировать различные

общенаучные, общие и частные лингвистические методы.

Мейе А., Сравнительный метод в историческом языкознании,

пер. с франц., М., 1954;

Глисон Г., Введение в дескриптивную лингвистику, пер. с

англ., М., 1959:

Сводеш М., Лексико-статистическое датирование

доисторических этнических контактов, пер. с англ., «Новое в

лингвистике», в. 1, М., 1960;

Ельмслев Л., Пролегомены к теории языка, там же;

Хэррис З. С., Совместная встречаемость и трансформация в

языковой структуре, там же, в. 2, М., 1962;

Хомский Н., Синтаксические структуры, там же;

Основные направления структурализма, М., 1964;

Пражский лингвистический кружок. Сборник статей, М., 1967;

Климов Г. А., Вопросы методики сравнительно-генетических

исследований, Л., 1971;

Кибрик А. Е., Методика полевых исследований. (К постановке

проблемы), М., 1972;

Общее языкознание. Методы лингвистических исследований, М., 1973

(лит.);

Степанов Ю. С., Методы и принципы современной лингвистики,

М., 1975;

Принципы и методы семантических исследований, М., 1976;

Макаев Э. А., Общая теория сравнительного языкознания, М.,

1977;

Гипотеза в современной лингвистике, М., 1980;

Караулов Ю. Н., Лингвистическое конструирование и тезаурус

литературного языка, М., 1981;

Фрумкина Р. М., Психолингвистические методы изучения

семантики, в кн.: Психолингвистические проблемы семантики, М.,

1983;

Проблемы искусственного интеллекта и распознавания образов, К.,

1984;

Долинин К. А., Интерпретация текста. Французский язык, М.,

1985;

Марчук Ю. Н., Методы моделирования перевода, М., 1985;

Логический анализ естественного языка, в кн.: Новое в зарубежной

лингвистике, в. 18, М., 1986;

Демьянков В. З., Новые тенденции в американской лингвистике

1970-1980 гг., Изв. АН СССР, сер. ЛиЯ, 1986, т. 45, № 3;

Методологические проблемы языкознания, К., 1988;

Linguistic theory, ed. Fr. J. Newmeyer, vol. 1-4, Camb. -

N. Y., 1988.

Ю. С. Степанов.

Полезные сервисы

фразеология

Лингвистика

Фразеоло́гия

(от греч. φράσις, род. п. φράσεως - выражение и λόγος - слово, учение) - 1) раздел языкознания, изучающий фразеологический

состав языка (см. Фразеологизм) в его

современном состоянии и историческом развитии; 2) совокупность

фразеологизмов данного языка, то же, что фразеологический

состав.

Предметом фразеологии как раздела языкознания является

исследование природы фразеологизмов и их категориальных признаков,

а также выявление закономерностей функционирования их в речи.

Фразеология в соответствии с различием фразеологизмов-идиом,

фразеологических сочетаний и устойчивых фраз (пословиц, крылатых слов и

других фразеологизмов-предложений) многими исследователями

делится на фразеологию в узком смысле, исследующую

фразеологизмы-идиомы и фразеологические сочетания, прежде всего

связанные значения слова, и через них

смыкающуюся с лексикологией, и на

фразеологию в широком смысле, изучающую и устойчивые фразы разных

структурных типов, обладающие различными семиотическими функциями (единицы фольклора,

фрагменты художественных текстов, формулы приветствий и т. п.).

Понимание фразеологии в широком смысле восходит к трудам

В. В. Виноградова.

Фразеология изучает специфику фразеологизмов как знаков вторичного образования, в частности - как

продукта особого вида вторичной номинации - косвенной, представленной различного

рода синтагматическим взаимодействием

слов-компонентов в процессах переосмысления и формирования нового

значения исходного сочетания или отдельного слова. Фразеология изучает

также особенности знаковой функции фразеологизмов, их значения,

структурно-семантическую специфику, проявляющиеся в основных

признаках фразеологичности - устойчивости и воспроизводимости,

исследует природу лексических компонентов

фразеологизмов, их синтаксическое и морфологическое строение, характер синтаксических

связей с другими единицами языка и формы

реализации в речи, природу ограничений в модификациях, возможных для

свободных аналогов фразеологизма. Особой задачей фразеологии

является изучение системных связей как между фразеологизмами (что

соотносится с проблемой «фразеологической подсистемы» языка), так и

между фразеологизмами и общеязыковой системой значимых единиц -

главным образом словами.

Разработка проблем системности связана с описанием фразеологизмов

как особых языковых сущностей, обладающих специфической

структурно-семантической организацией, с изучением типов их значения, в

частности значения идентифицирующего или характеризующего типа

(в их разновидностях), с анализом явления фразеологической полисемии, омонимии, вариантности, с

выявлением грамматических классов

фразеологизмов и с раскрытием их синтаксических функций (с учётом

гетерогенности единиц фразеологического состава языка).

Исследуются специфика функционально-стилистической

дифференциации фразеологизмов, а также соотношения нейтральных для

языка лексических способов номинации и экспрессивно окрашенных наименований

фразеологического характера. Особой задачей фразеологии является

изучение процессов фразообразования в их номинативном и коммуникативно-функциональном аспектах, а

также описание фразеологической деривации -

образования новых значений слов на базе значений фразеологизма.

Фразеология внутренне связана с лексикологией, синтаксисом и

словообразованием, поскольку структура фразеологизмов совпадает со

структурой сочетаний слов или предложений, а значение - со значением

лексического или пропозитивного типов (см. Пропозиция).

Фразеология разрабатывает принципы выделения фразеологических

единиц, методы их изучения, классификации и

фразеографии - описания в словарях.

Фразеология пользуется различными методами исследования, например

компонентным анализом значения,

представляющим слово-компонент фразеологизма на уровне семантических «множителей» или же выделяющим

слово как элемент структуры, а значение слова - как мотивирующий

элемент значения фразеологизма. На базе существующих в

языкознании методов исследования разрабатываются собственно

фразеологические приёмы анализа и описания: метод идентификации -

установление тождеств и различий слов и синтаксических конструкций,

образующих фразеологизмы, с их свободными аналогами, метод

аппликации, являющийся разновидностью метода идентификации, метод

ограничений в выборе переменных, устанавливающий отличие

структурно-семантической организации фразеологизма от сочетаний,

образуемых в соответствии с регулярными закономерностями выбора

и комбинации и т. п. Фразеология предлагает различные типы

классификаций фразеологического состава языка в зависимости от

свойств фразеологизмов и методов их исследования.

Предметом исторической фразеологии является изучение первичных,

исходных форм и значений фразеологизмов, определение их источников

по всем доступным памятникам, выявление сфер их употребления в разные

эпохи существования языка, а также установление объёма

фразеологического состава и его системной упорядоченности в ту или

иную историческую эпоху развития языка.

Фразеология как отдельная лингвистическая дисциплина возникла в

40‑х гг. 20 в. в советском языкознании.

Предпосылки теории фразеологии были заложены в трудах

А. А. Потебни, И. И. Срезневского, А. А. Шахматова и Ф. Ф. Фортунатова.

На развитие фразеологии существенное влияние оказали идеи Ш. Балли.

Вопрос об изучении устойчивых сочетаний слов в специальном разделе

языкознания - фразеологии - был поставлен в учебно-методической

литературе ещё в 20-40‑х гг. в работах Е. Д. Поливанова,

С. И. Абакумова, Л. А. Булаховского. Изучение фразеологического

состава связано и с нуждами лексикографической практики, со спецификой

фразеографии.

В трудах Виноградова были сформулированы основные понятия

фразеологии, поставлен вопрос о её объёме и задачах. В 50‑х гг.

внимание уделялось вопросам сходства и различия фразеологизма и

слова, а также сочетания слов; проблематика

фразеологии исчерпывалась в основном выяснением критериев

фразеологичности и уточнением основ классификации фразеологизмов.

С конца 50‑х гг. намечается тенденция системного подхода к проблемам

фразеологии, разрабатываются вопросы, связанные с описанием

структурно-семантической организации фразеологических единиц

(А. И. Смирницкий, О. С. Ахманова). 60‑е гг. характеризуются

интенсивной разработкой собственно фразеологических методов

исследования объектов фразеологии, основанных на идеях

системно-уровневого анализа фактов языка и на приёмах дистрибутивного анализа (В. Л. Архангельский,

Н. Н. Амосова, В. П. Жуков, А. В. Кунин, М. Т. Тагиев). Подробно

изучается системная упорядоченность фразеологического состава

(И. И. Чернышёва, Н. М. Шанский) и его историческое развитие

(Р. Н. Попов, В. М. Мокиенко, А. И. Фёдоров), особое внимание уделяется

сравнительно-типологическому изучению

фразеологического состава (Ю. Ю. Авалиани, А. Д. Райхштейн,

Л. И. Ройзензон), разработке описания фразеологизмов в словарях

(А. М. Бабкин, А. И. Молотков), а также разработке новых методов

исследования, связанных с определением фразеологии как науки о сочетаемости лексем

(М. М. Копыленко, З. Д. Попова), с исследованием процессов

фразообразования в их функциональном аспекте (С. Г. Гаврин,

Ю. А. Гвоздарев) или в номинативном плане (В. Г. Гак, В. Н. Телия). Всё

больший интерес вызывает семантика фразеологизмов и закономерности их

употребления в процессах организации высказывания, что связано с общей тенденцией -

разработкой моделей языкового синтеза.

Амосова Н. Н., Основы английской фразеологии, Л.,

1963;

Архангельский В. Л., Устойчивые фразы в современном русском

языке. Основы теории устойчивых фраз и проблемы общей фразеологии,

Ростов н/Д., 1964;

Бабкин А. М., Русская фразеология, её развитие и источники,

Л., 1970;

Кунин А. В., Английская фразеология, М., 1970;

Копыленко М. М., Попова З. Д., Очерки по общей

фразеологии, Воронеж, 1972; 2 изд., Воронеж, 1978;

Попов Р. Н., Методы исследования фразеологического состава

языка. Учебное пособие для студентов факультетов русского языка и

литературы, Курск, 1976;

Виноградов В. В., Основные понятия русской фразеологии как

лингвистической дисциплины, в его кн.: Избранные труды, т. 3.

Лексикология и лексикография, М., 1977;

его же, Основные типы лексических значений слова, там

же;

Гвоздарев Ю. А., Основы русского фразообразования, Ростов

н/Д., 1977;

Молотков А. И, Основы фразеологии русского языка, Л.,

1977;

Мокиенко В. М., Славянская фразеология, М., 1980;

Телия В. Н., Типы языковых значений. Связанное значение

слова в языке, М., 1981;

Фразеологизм и его лексикографическая разработка, Минск, 1987.

В. Н. Телия.

Полезные сервисы