Каре́нские языки́ -

группа языков в составе китайско-тибетской семьи (см. Китайско-тибетские языки). Распространены в

Мьянме (южные области) и прилегающих районах Таиланда. Общее число

говорящих 3,3 млн. чел., в т. ч. в Таиланде - 190 тыс. чел.

У лингвистов нет единства в оценке статуса К. я. Одни учёные считают,

что К. я. образуют отдельную группу китайско-тибетской семьи языков,

наряду с китайской и тибето-бирманской группами. П. К. Бенедикт

предполагает существование тибето-каренской группы, разделяющейся

на тибето-бирманскую и каренскую ветви. Г. Льюс относит К. я. к

тибето-бирманской группе.

В составе К. я. выделяются юго-восточная и северная (язык пао с его

диалектами) ветви. Юго-восточную ветвь

составляют классы сго-пво (крупнейшие представители - сго и пво) и

бве-кая (бве, кая, падаун и др.).

К. я. - слоговые и тональные. Число тонов от шести (пао, восточный

сго) до трёх (бве). Тоны различаются регистром (высокие​/​средние​/​низкие)

и завершением (смычногортанные​/​несмычногортанные). Закрытые слоги есть в пао (на -p, -t, -k, -m, -n, -ŋ), в пво

(на -ŋ). В остальных К. я. (из известных) все слоги открытые. Типичны

сложные инициали - pr, pl, в сго также pʁ и др. Медиали - i̯ и u̯. Для

большинства К. я. характерны 9 гласных-централей: ε, e, i, a, ɤ, ɯ, ɔ,

o, u. Среди инициалей представлены межзубная ṭ, увулярные,

придыхательные; звонкие - часто только b и d. В бве отмечены

преглоттализованные.

Морфология относительно бедна. Множественное

число существительных

передаётся постпозитивными служебными показателями, их

употребление нерегулярно. Личные местоимения

изменяются в зависимости от числа, лица и синтаксической функции, например в восточном сго

для 1‑го лица единственного числа: jέ - слово-тема, jā - дополнение, jə - подлежащее​/​определение; для

множественного числа - pəwέ, pʁā, pə соответственно. Числительные, употребляясь с

существительными, сопровождаются счётными словами-классификаторами (порядок:

существительное-числительное-классификатор). Вместо порядковых

числительных используется повторение классификатора с введением

числительного «один», например вост. сго lu̯ì ‘4’ - lu̯ì kʻá

‘4 раза’ - lu̯ì kʻá təkʻá ‘4‑й раз’. Глагол имеет категорию времени (настояще-прошедшее и будущее время), которое выражается агглютинативными префиксами, категорию отрицания, которое передаётся префиксами,

конфиксами или постпозитивными служебными

словами (пво, палайчхи), категории императива и прохибитива,

выражающиеся постпозитивными служебными словами, которые могут

отделяться от глагола дополнениями и обстоятельствами. Нефинитные формы глагола,

образуемые удвоением, префиксами,

постпозитивными служебными словами, используются атрибутивно, в

связочных конструкциях, как второстепенные сказуемые. Особые служебные слова употребляются

для повышения и понижения валентности глаголов,

превращения переходных глаголов в непереходные

и наоборот (без изменения их лексического

значения), например вост. сго tέ ‘говорить’ (переходный глагол) -

tέtà ‘разговаривать’ (непереходный глагол).

Основная структура предложения -

подлежащее-сказуемое-дополнение. Зависимые слова следуют за главными.

Показателей подлежащего и дополнений, как правило, нет (в отличие от

тибето-бирманских языков), на синтаксическую функцию указывает

позиция. Косвенное дополнение располагается ближе к

глаголу-сказуемому, прямое - дальше. В качестве предлога наиболее употребительно служебное слово

lɤ (в сго и пво, в бве - ló), передающее значения орудийности, места,

исходности и др. Имеются послелоги.

Употребление подлежащего обязательно. Местоименные подлежащие -

глагольные проклитики. Именные члены предложения обычно употребляются с разного

рода детерминативами, часто

местоименно-проклитического характера. Притяжательное определение-существительное

предшествует определяемому, которое сопровождается местоименной

проклитикой (конструкция напоминает изафетную), ср. вост. сго ħó pʻó əlìʔ ‘книга

ученика’, букв. - ‘ученик, его книга’. В конце повествовательных и

вопросительных предложений употребляются частицы, указывающие на коммуникативный тип. Развита система сложных предложений. В сложноподчинённых

придаточные предложения вводятся служебными

словами. Словообразование представлено

словосложением и лексикализацией синтаксических конструкций.

Письменности К. я. разработаны в 19 в. (для

восточного пво - в середине 20 в.). Слоговой

письменностью (на основе бирманской)

пользуются сго и западный пво, пао, восточный пво - с элементами монской

письменности. Для некоторых К. я. существует письменность на основе латиницы (геба, гекхо).

Haudricourt A.-G., Restitution du karen commun,

«Bulletin de la Société de linguistique de Paris», 1946, t. 42,

№ 124;

Luce G. H., Introduction to the comparative study

of Karen languages, «Journal of the Burma Research Society», 1959,

v. 42, pt 1;

Jones R., Karen linguistic studies, Berk.- Los

Ang., 1961;

Shafer R., Introduction to Sino-Tibetan, pt 1,

Wiesbaden, 1966;

Benedict P. K., Sino-Tibetan: a conspectus, L.,

1972.

Со Ко Ту, Уэйд Дж., Словарь

каренского языка, т. 1-4, Тавой, 1847-50 (на яз. вост. сго);

Wade J., Binney J. P., The Anglo-Karen

dictionary, Rangoon, 1954;

Wade J., Thesaurus of Karen knowledge, v. 1,

Rangoon, 1963.

В. Б. Касевич.

Составить слова из слова каренские языки

Юкаги́рский язы́к

(устар. - одульский язык) - изолированный язык, единственный

сохранившийся представитель семьи юкагиро-чуванских языков (другие члены которой

могут рассматриваться и как его диалекты).

Распространён в бассейнах рек Колыма и Алазея (северо-восток Якутской

АССР, частично Магаданская область). Число говорящих около 250 чел.

Ареал распространения в 17 в. - от реки Яна на западе до бассейна

реки Анадырь на востоке, включая бассейны рек Индигирка и Колыма.

Сохранились диалекты тундренный (около 200 говорящих) и колымский

(около 50 говорящих), отличающиеся рядом фонетических, морфологических и лексических черт. Отнесение Ю. я. к группе палеоазиатских языков носит условный

характер. Вероятна генетическая связь Ю. я. с уральскими языками (материальные сходства в

базисной лексике, падежных показателях и некоторых других грамматических формантах, регулярные фонетические

соответствия в консонантизме) и, далее, с алтайскими языками и другими членами ностратической макросемьи.

Ю. я. (колымский диалект) имеет 7 кратких гласных (включая редуцированный ә), 6 долгих

гласных (с позиционной дифтонгизацией у гласных

среднего подъёма), 20 согласных фонем. Морфологический строй агглютинативный, суффиксальный. Части речи: существительное, глагол

(вместе с его инфинитными формами - именами действия, причастиями и деепричастиями; класс непереходных глаголов включает в себя качественные

основы, передающие значения прилагательных, и количественные основы,

передающие значения числительных в определённых

синтаксических функциях), числительное (только в

атрибутивной функции), местоимение, наречие, послелог, частица, междометие.

Падежи: номинатив, рематив (падеж субъекта или

объекта, на которые падает логическое ударение),

аккузатив (падеж логически безударного объекта при субъекте 3‑го лица), генитив, инструменталис, комитатив,

датив-латив, локатив, аблатив, пролатив. Рематив, аккузатив и

датив-латив имеют по две формы в зависимости от определённости​/​неопределённости имени.

Притяжательные формы имеются только в 3‑м лице.

Глагол имеет развитую систему форм наклонения, способа действия и залога, образуемых синтетическим и аналитическим путём. По личным окончаниям (типам

спряжения) различаются непереходные и

переходные глаголы. Кроме того, глагол в предложении принимает специальные нефинитные формы

(ремо-субъектную и ремо-объектную) в тех

случаях, когда он логически безударен и субъект или объект действия

стоят в ремативе. Этим правилом определяется специфическая для Ю. я.

система морфологически выраженного актуального

членения предложения. Предполагается, что историческим источником

ремо-субъектных и ремо-объектных конструкций явились конструкции, в

которых роль предиката выполнял не глагол, а

смысловой субъект или объект (в ремативе), а роль грамматического

субъекта или объекта - глагол (в нефинитной форме).

В лексике Ю. я. помимо общего урало-юкагирского фонда присутствуют

заимствования из русского, якутского, эвенского

(преимущественно в тундренном диалекте) и некоторых других языков

близкоживущих народов. Значительная часть лексики Ю. я. пока не

поддаётся этимологизации; существенные

лексические различия между двумя диалектами (в т. ч. в базисном словаре)

могут указывать на наличие субстрата или иные

нетривиальные условия диалектной дифференциации. Письменность на Ю. я., разработанная в 70‑х гг.

20 в. Г. Н. Куриловым на основе русского и

якутского алфавитов, применяется в местных изданиях на Ю. я. и в его

школьном преподавании.

Йохельсон В. И., Одульский (юкагирский) язык, пер. с англ.,

в кн.: Языки и письменность народов Севера, ч. 3, М.-Л., 1934;

Крейнович Е. А., Юкагирский язык, М.-Л., 1958;

его же, Исследования и материалы по юкагирскому языку, Л.,

1982;

Collinder B., Jukagirisch und

Uralisch, «Uppsala Universitets Årsskrift», 1940,

№ 8;

Angere J., Die uralo-jukagirische Frage, Stokh.,

[1956].

Angere J., Jukagirisch-deutsches

Wörterbuch, Stockh.-Wiesbaden, [1957].

Е. А. Крейнович (дополнения: И. А. Николаева, Е. А. Хелимский).

Составить слова из слова юкагирский язык

Ю́то-ацте́кские языки́ -

семья индейских языков.

Распространены главным образом в Мексике и США. Общее число говорящих

около 1,5 млн. чел. Э. Сепир, Б. Л. Уорф, А. Л. Крёбер объединяют

Ю.‑а. я. вместе с языками кайова-тано в тано-ацтекскую филу (см. Тано-ацтекские языки). Предпринимались

попытки реконструировать Ю.‑а. я. в составе

гипотетической филы макропенути. Ряд вопросов внутренней

классификации Ю.‑а. я. остаётся также нерешённым. Сепир выделял 3

ветви Ю.‑а. я.: шошонскую, ацтекскую и сонорскую. Уорф подверг сомнению

единство шошонской группы. Наиболее принята классификация С. Лэма,

согласно которой семья Ю.‑а. я. подразделяется на 8 подсемей:

нумическую (нумийскую), или плато-шошонскую, включающую

западную группу языков (моно, северный пайуте, или павиотсо, баннок,

иногда рассматриваемый как диалект павиотсо),

центральную группу (шошонские языки, или, по другим классификациям, один

шошонский язык, с диалектами команче, госиуте,

панаминт, винд-ривер), южную группу языков (по другим классификациям -

диалекты одного языка) - южный пайуте, каваиису, чемехуэви, юте (юта);

хопи (хопиту, моки); тюбатюлабаль (в 1977

насчитывалось 10 говорящих); шошонскую Южной Калифорнии, или

такическую, такийскую (купа, или купеньо, кауилла, или кавилья,

луисеньо, или лусеньо, серрано, габриэленьо); ацтекскую

(ацтекоидная), или науанскую (классический ацтекский, или науатль,

современный науатль, насчитывающий до 10 диалектов), почутла,

пипил(ь); пимическую (папаго, пима, пима бахо, тепеуано, или

тепехуано, тепекано, рассматриваемый и как диалект тепехуано, и

другие - всего около 10 языков); таракаитскую, или

таракаитическую (тарахумара, или тараумара, каита, яки, майо и другие -

всего около 30 языков, многие из которых рассматриваются как диалекты

каита); корачольскую (кора, гуичоль, или уичоль).

Фонологическая система характеризуется

небольшим числом согласных, включающих 1-2 ряда

смычных, лабиализованные, ларингалы. Характерно чередование согласных трёх рядов:

геминированных, спирантов и назализованных.

Основной состав гласных: i, ɨ, u, a, o. Долгота

фонологически значима. В языках ацтекской подсемьи ударение фиксированное, в хопи, таракаитских,

некоторых шошонских - ритмическое, в пимических

и корачольских - свободное, в пимических имеются также тоны и фонации. Для праязыка реконструируется ударение, фиксированное

на 2‑м слоге. Типичная структура слога CV/V.

Выделяются грамматические классы имён и глаголов; адъективы составляют, по-видимому,

подкласс глаголов. Имя имеет категории числа, падежа, дистрибутивности, посессивности. Для праязыка

реконструируется суффикс абсолютива (номинатива) *‑ti,

сохранившийся в ряде современных Ю.‑а. я. В большинстве современных

Ю.‑а. я. номинатив не маркирован; формант аккузатива развился из

местоименного объектного показателя. Датив в ряде языков омонимичен аккузативу, прочие падежные значения

обычно обозначаются препозитивными частицами.

В ряде языков имеются артикли, развившиеся

из препозитивных демонстративов (служебных слов

со значением пространственной, временно́й и дейктической ориентации), свойственных всем

Ю.‑а. я. Степени сравнения имеют разные способы

выражения, значение принадлежности выражается, как правило,

специальными частицами - проклитиками и энклитиками.

Местоимения делятся на свободные и связанные.

Существует тенденция к постановке свободных местоимений на второе место

в предложении. Для местоимений различается

единственное и множественное число (в ряде языков развились формы

двойственного числа), в некоторых языках - эксклюзив и инклюзив.

Характерной чертой многих Ю.‑а. я. является наличие в предложении

местоимения, которое фактически является согласовательным

показателем определённого имени, как подлежащего, так и дополнения. Неуточнённое (неопределённое)

подлежащее и неопределённое либо нереферентное дополнение могут

маркироваться специальными глагольными префиксами. Подлежащее при переходных и непереходных глаголах оформлено

одинаково и отлично от дополнения, которое стоит в аккузативе; по ряду

функциональных свойств подлежащее при непереходном глаголе и подлежащее

при переходном глаголе противопоставлены прямому дополнению

(синтаксическая аккузативность), а по ряду свойств все три названных

актанта одинаковы (синтаксическая

нейтральность).

Глагольная морфология богаче именной. Глагол

имеет категории времени-вида (модальности),

основные из которых - перфектив​/​имперфектив для одних языков, прошедшее​/​непрошедшее время для других; способа

действия; залога (пассив, безличный пассив,

каузатив и др.), версии, числа, наклонения. В глагольном комплексе (глагол с

относящимися к нему служебными элементами) могут быть инкорпорированы имена со значением прямого

объекта, инструмента, локатива (обычно в виде префиксов). Наиболее

продуктивна инкорпорация прямого объекта. Большинство языков имеет

категории модальности, способа действия (репетитив, т. е.

повторяющееся действие, дистрибутив, итератив и др.), времени-вида,

выражающиеся аффиксами или частицами-проклитиками. Довольно чётко

противопоставлены императив (адресованный исполнителю во 2‑м лице) и оптатив (адресованный исполнителям во

2‑м и 3‑м лице). Возвратное и взаимное значения выражаются

суффиксально, пассив и существующий в некоторых языках безличный

залог - обычно с помощью одного суффикса. Распространена модель,

подобная пассиву, но не имеющая соответствия в активе (депонентный

пассив). Глагольные конструкции легко номинализуются. Различаются

активные (дуративные) и перфективные причастия.

Существуют глаголы бытия, развившиеся из глаголов со значением ‘стоять’

и ‘сидеть’; глаголы со значением ‘иметь’ представляют собой

новообразования. Посессивная конструкция строится на основе бытийных

глаголов и локативных моделей.

Основные средства словообразования - редупликация, словосложение

(в т. ч. лексикализация инкорпоративных

комплексов), аффиксация, которая носит

преимущественно агглютинативный характер.

В ряде Ю.‑а. я. (например, в уичоль) возможны цепочки до 15 аффиксов при

глаголе. В некоторых языках глагол может инкорпорировать служебный

элемент с функцией подчинительного союза («где», «когда»). Большую роль как в

морфологии, так и в синтаксисе играет развитая

система пре- и особенно постпозитивных служебных элементов.

Преобладающие порядки слов SVO и VSO. Для

праязыка реконструируется порядок SVO, он наиболее устойчив в подсемьях

нумической, хопи и тюбатюлабаль; в ацтекской, пимической и таракаитской

наблюдается тенденция к постановке глагола на первое место. Обычно все

определения, включая числительные, предшествуют определяемому. Типично

согласование определения с определяемым в

числе. При построении сложного предложения выбор

соединительного союза и/или формы глагола зависимого предложения в ряде

языков зависит от кореферентности​/​некореферентности подлежащих

соединяемых предложений, т. е. имеется грамматическая категория кореферентности (англ.

switch-reference). Широко распространены

нефинитные обороты в функции придаточных.

В лексике много испанских и английских заимствований. Ряд слов из Ю.‑а. я. вошёл в

европейские языки (например, из ацтекского - койот, томат, шоколад).

Языки бесписьменные, кроме ацтекского

языка.

Первые описания Ю.‑а. я. относятся к концу 16 - началу 17 вв.:

первоначально языка ацтеков, с 17-18 вв. и других языков. Отдельные

ветви Ю.‑а. я. были описаны в трудах американистов 19 в. (И. К. Бушман и

другие). В 20 в. (Сепир, Уорф, Крёбер) рассматриваются вопросы

внутренней классификации Ю.‑а. я. и их связи с другими индейскими

языками. Многие Ю.‑а. я. становятся объектом внимания типологов и

синтаксистов (описан синтаксис предложения в чемехуэви, уичоль,

луисеньо, кавилья и др.).

Sapir E., Southern Paiute and Nahuatl.

A Study in Uto-Aztekan, «Journal de la Société

des Américanistes de Paris», 1913-18, v. 10-11;

Voegelin C. F., Voegelin F. M.,

Hale K., Typological and comparative grammar of Uto-Aztecan,

v. 1 (Phonology), Balt., 1962;

Lamb S., The classification of the Uto-Aztecan

languages..., «Studies in Californian linguistics», 1964, v. 34;

Miller W., Uto-Aztecan cognate sets, Berk. - Los

Ang., 1967;

Shafer R., A bibliography of Uto-Aztecan with a

note on bibliography, {IJAL};

Las lenguas de México, v. 1, Méx., 1975;

Andrews I. R., Introduction to classical Nahuatl,

Austin, 1975;

Langacker R., An overview of Uto-Aztecan grammar,

Dallas, 1977;

Studies in Uto-Aztecan grammar, v. 1-2, Dallas,

1977-79;

Steele S., Uto-Aztecan: an assessment for

historical and comparative linguistics, в кн.: The languages of native America: historical and comparative

assessment, ed. by L. Campbell, M. Mithun, Austin, 1979,

р. 444-544;

Press M., Chemehuevi: a grammar and lexicon,

Berk. - [a. o.], 1979;

Shaul D., Topics in Nevome syntax, Berk. -

[a. o.]. 1986.

Bright W., A luiseño dictionary, Berk. - Los

Ang., 1968;

Saxton D. [a. o.], Dictionary Papago/Pima -

English..., 2 ed., Tucson, 1983.

М. С. Полинская.

Составить слова из слова юто-ацтекские языки